 |
| |
| | Элла вытащила мой палец из своей попки и снова повернулась ко мне лицом. Я приоткрыл глаза и увидел, как она стащила через голову свой большой свитер. Теперь она была полностью голой. После этого она изящно поместила свое колено на кровать рядом с моим плечом. С удивительной ловкостью она перебросила вторую ногу через меня и опустила ее на кровать. Она стояла на коленях широко разведенных ног над моим телом, лицом к моему хую. Она придвинула свои ноги ближе к моей голове, перенеся вес своего тела на руки. Мы находились в позиции 69! Я чувствовал, что пизда Эллы находится всего в нескольких сантиметрах от моего лица. | | |
| |
|
| |
| | - я больше не могу. Прости - сказал он и стал двигаться. Не церемонясь, он ускорял темп. Он трахал меня. Мое малюсенькое почти детское влагалище еле принимало твердый как биту член. Он долбал меня казалось вечность, а я тихонько плакала толкая его в твердую грудь, но он совсем не обращал на это внимание. Холодный взгляд он вонзил в мои глаза и как бешеный работал тазом. Вся машина ходила ходуном. Солдат жилистой и накаченной рукой грубо взял меня за волосы, я вскрикнула. Он набрал такую бешеную скорость, я думала это никогда не закончится, я почти визжала от боли, он приостановился и громко застонала каким-то звериным рыком. Вены на его лице и шее вздулись и я почувствовала как пульсирует его ствол внутри меня. Он кончал. | | |
| |
|
| |
| | Вдруг ее рука наткнулась на пояс моих спортивных штанов. Катя замолчала, опять нерешительно остановилась и наконец, постепенно, к моему полному восторгу стала проникать все глубже. Вот уже и резинка трусов пройдена и рука наткнулась на давно уже стоящий член, не потерявший за это время упругости. - "Ого, - сказала Катя, - какой большой. Интересно, как он может туда влезть?" Она стала стягивать штаны, но у нее это не сразу получилось, поэтому она привстала и стянула их месте с трусами до колен. Я замер. Катя осторожно взяла член в руки и принялась его ощупывать. Еще не одна девчонка (вру, в детстве играл в больницу с сестрами) не касалась моего члена. Катя прошлась пальчиками по стволу, ощупала головку, я наслаждался ее ласками. Вдоволь наигравшись с новой игрушкой, Катя спросила у меня, как сделать, чтобы я кончил. Я как смог, объяснил ей и Катя, как хорошая ученица принялась нежно и равномерно дрочить мой член, постепенно подводя меня к оргазму. Через минуту я напрягся всем телом и выстрелил порцию накопившейся внутри спермы. Катя была поражена тем, как бурно я кончил и что брызги спермы попали ей на лицо. Я попросил ее, меня развязать и Катя спросила, не стану ли я к ней приставать. Я заверил ее, что после того как кончил, мне уже ничего не хочется и она может это легко проверить, потрогав мой член. Катя потрогала и убедилась, что он совсем мягкий, сразу как-то успокоилась, очень поразилась произошедшей трансформации и развязала меня. В ту ночь мы уснули, почти не одеваясь. Катя не загораживалась от меня руками и я во всей красе, познал ощущения голого женского тела и это ощущение, не покидало меня еще долгое время и других женщин, я подсознательно сравнивал с ощущениями того, первого раза. | | |
| |
|
| |
| | Я почувствовал, что Настя расстегивает мне ширинку. В моем состоянии сопротивляться было бесполезно и я подчинился, тем более что я ничего против не имел. Танька тем временем закинула юбку вверх и мне предстали шелковые черные трусики. Но они тоже скоро исчезли и я увидел ее сокровище - сейчас оно принадлежало только мне... | | |
| |
|
Рассказ №11406
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 21/10/2025
Прочитано раз: 40565 (за неделю: 8)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "ВСТУПЛЕНИЕ
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
ВСТУПЛЕНИЕ
Искусство траха мной любимо.
Его я воспою в стихах.
Евтерпа - муза - терпелива,
И не за совесть, не за страх
Всего дороже музе трах.
РУНА ПЕРВАЯ
Прекрасное меня уже достало.
Оно меня долбает каждый миг!
От красоты во мне душа устала.
Но все ж прекрасное меня к себе манит,
Хоть на Милявскую уже и не стоит.
Я телевизор утром как включаю,
Так не могу до ночи оторваться.
И прямо так с включенным засыпаю,
И при включенном уж привык ласкаться,
Чтоб от красивого не заломило яйца.
Прекрасное с экрана так и прет!
Валит гуртом прекрасное с экрана!
Поет, танцует, говорит, орет,
Вопит, смеется, плачет без обмана -
Глубокой ночью или утром рано.
Театр, мюзиклы, музеи и кино,
Плакат, афиша, радио, реклама -
Ну, все - пищит, сверкает! . . И оно
Моей микроскопичности оправа.
Меня в нее вдавило. Я - как драма,
В которой за каких-то два часа
Герои встретятся, полюбят, разойдутся,
Детей родят и даже - чудеса! -
Под занавес отравою напьются,
И нам покажут, как они толкутся.
Вот так и я: подобен камбале.
Я вжат в себя, в себя впрессован
И, наконец, я сплющен. В кабале
Того, что оглушает. Завоеван,
Пленен и в кандалы закован.
На рынке, где невольники толпятся,
Не до того, чтоб красотою любоваться.
РУНА ВТОРАЯ
Театр, сцена: Кровоточит рана.
Интриги закулисные и злоба.
Здесь царствует Доронина Татьяна.
Она проводит каждого до гроба.
Сама же вечна, как простейшая амеба.
Но полоумная Доронина бледнеет
Перед подонками из нового замеса.
Мое перо красноречивое немеет:
Не может быть закончена п и е с а,
В которой много дров и мало леса.
Такие щепки, как Соломин, Урсуляк
С дочуркой Урсулячкой из кармана,
И Райхельгауз, и Меньшов-пошляк
С дочуркой Юлей, глупой, как мамана,
Которая ведет себя, как дама:
И Кама Гинкас, гений ТЮЗа,
С женой подмышкой Г. Яновской,
Измордовали Чехова. Он - муза
Супружеской четы! Инсценировкой
Рассказов пробавляются, сноровкой.
Мошенством рук, иначе говоря.
Но это - хлеб для всех, кто за кулисы
Проник, и, хитростью беря,
Инсценируют всех - от девочки Алисы
До мальчика Остапа с дядей Кисой.
Еланская тут всех перегнала!
Всю классику к себе на сцену вогнала!
О, классика несчастная! За что
Тебя переписали, сократили,
Переиначили и, грубо взяв в кольцо,
Ужали, утюгом сдавили,
В конспекты на потеху превратили?!
РУНА ТРЕТЬЯ
Пузан московский, баловень властей,
Такой же лысый, как градоначальник,
Играл он Ленина и тетушку Чарлей,
Но в жизни - задоцеловальник.
Он над актерской братией начальник.
Тут Арцыбашев появился. Он из жопы
У мамочки родился, через пуки.
Так и сейчас рождаются циклопы,
Которые клюют охотно щуки.
Рожая, мама не снимала даже брюки.
За ним и Яшин - истеричка из больницы.
Бежал через окно, убив, чай, санитара.
Его театр влек, и он, как птица,
Раскинул руки! Камнем вниз! Не чувствуя удара
Головой, - бегом творить! Не остужая жара!
Театр Гоголя, ты Яшина приял -
Но с батареей кто б его связал?
Театр Станиславского - за гранью.
Нашли Галибина в худруки.
Запру уста, чтоб не прорваться бранью.
От одного лица запьешь со скуки.
Скорей бы прекратили наши муки!
РУНА ЧЕТВЕРТАЯ
А щепки старого замеса!
О, боже, Селезнёву взять Наташку:
Не скрою: дылдочка - причина стресса,
И за хрустальную посуду, за рюмашку,
Удавится, слыхал. За вазу и за чашку! . .
Но есть еще страшней в Москве девица.
Ее фамилия Сигалова. Слыхали?
От Аллы у меня в глазах троится.
На сцене у нее ногами так махали,
Что в зале кто дышал, те перестали.
Как слово "Ширвиндт" где произнесут,
Ко мне родные "Скорую" зовут.
От слова "Табаков" трясет, признаться:
Как угораздило мальца провороваться?!
А Марк Захаров - гений на века,
Ему бы где-нибудь руководить ДК! . .
Куда ни ткни - прекрасное гниет.
Галина Волчек в этом мне порукой.
Она меня товарищем зовет,
А я ее по дружбе толстой сукой.
Ее театр тоже гробит скукой.
Но что меня заело на Москве!
Санкт-Петербург бежит вперед прогресса.
Олег Басилашвили на Неве,
Как и Наташка тут - причина стресса.
Интеллектуал хреновый - как во сне...
Звезда, зараза. Супер стар.
Пред ним мельчает и комар.
*
Прекрасен мир искусства, черт возьми!
Мы перед ним становимся детьми.
Рассудок наш изнемогает
И все нормальное тихонько отторгает.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
