 |
| |
| | Я тронул существо носком ноги. На планете было довольно жарко, и мы с одеждой не перебарщивали - легкие шорты, тонкая футболка, шлепанцы. Этот моднявый прикид в облипку обтягивал защитный монослой, оставляя свободным только лицо. Ну а лицо закрывал синтезатор кислорода. Монослой можно было увидеть - он отражал свет, прям как ртуть, но ощутить его было нельзя. Это же один-единственный слой атомов! Так что я фактически тронул человека просто большим пальцем ноги. И чуть не взвыл от боли - существо было будто из бетона. | | |
| |
|
| |
| | С нормальным мужиком это не проходит. Да, для завязки знакомства, но сразу он к тебе в постель не прыгнет, и просто голову вскружить только этим не удастся. Для осады этой крепости нужны совсем другие орудия, подходы, подкопы, а мы их уже успели позабыть, потому что увлечены совращением девственников. Дальше, даже если ты и найдешь постоянного любовника - как ему объяснить, что часть твоей работы - секс? Мало найдется таких, кто это нормально воспримет! Есть еще один интимный момент. Вот ты когда спишь с обычным взрослым мужчиной (особенно первый раз) , ты ведь хочешь его чем-то удивить? Показать свой коронный прием, особые умения, уникальные способности? Так вот, со школьником это все излишне - он не поймет, а если этот прием слишком необычен, то может и испугаться. Чем проще, тем надежнее - вот главный принцип, когда спишь с пацаном. Привыкаешь к этому, и, когда ложишься с мужиком, он ждет от тебя чего-то твоего, особенного, индивидуального, а у тебя все шаблонное, как в учебнике. Мужиков это не отпугивает, скорее - коробит. И всякий раз перестраиваться непросто. | | |
| |
|
| |
| | Саша гладит одной рукоц мою попу, другой расстегивает ширинку. Я оборачиваюсь. Его хуй, если не сказать хуище, встал, а головка превратилась в большую и упругую шляпу. Саша не торопился, он смотрел и любовался. Вторая его рука опустилась на мою, уже дрожащую от предвкушения, попу. Руками он развел половинки в стороны и пальцем дотронулся до дырочки под трусиками. Мой член давно уже вырвался наружу и торчал как штырь. | | |
| |
|
| |
| | Макс как завороженный смотрел на неё. Эти белоснежные буфера, с нежнейшей тоненькой полупрозрачной кожей, под которой проглядывались голубые жилки, казалось, вот-вот выпадут из маленьких треугольников купального лифчика. Груди сжимались между собой, образуя такую же ложбинку как и на попочке. Он снова вспомнил её анальную звёздочку, и член инстинктивно начал наливаться. Макс уже был неудержим, и в любой момент готов был наброситься на чужую жену. И только рядом стоящий супруг наблюдавший, то за ним, то за своей половинкой, сдерживал его непреодолимую похоть. | | |
| |
|
Рассказ №11671 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 19/05/2010
Прочитано раз: 28280 (за неделю: 3)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Но я действительно оставался на полустанке. Там со мной были мой Петя, мои дети. Я не хотел их бросать и улетать куда-то вперед, в светлое компьютерное будущее...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Ее отца Юру Кима мы знали только по фотографиям. Это был сухощавый мужчина лет 40, у которого в Южно-Сахалинске жила своя семья - жена и двое детей. Он с той женой тоже развелся. Была у нас и одна фотография той семьи - возле дома-развалюхи стояла некрасивая женщина в сапогах с двумя подростками. В кого уродилась неземной красавицей Марина Ким, для нас так и осталось загадкой. Видимо, кто-то из ее корейских предков все-таки относился к царской династии.
Когда же Юля еще только принимала решение оставить девочку у меня, я ей мягко сказал:
- Юля, девочке нужна материнская забота.
- Бог мой, - с раздражением ответила Юля, - материнская забота, материнская забота! Я оставляю ее, между прочим, не на улице, а своим родителям!
- Но они - твои родители, - возразил я, - у Марины же должны быть свои родители.
- Бабушка и дедушка - тоже родители.
Юля была растеряна тем, что я вмешиваюсь в ее личную жизнь. И расстроена.
- В конце концов, я хочу, чтобы моя дочь росла с братьями! Чтобы она знала, что у нее есть братья! Они будут за нее заступаться! Они все должны знать друг друга! Я, конечно, могу взять ее в Токио, но придется нанимать няню, она будет расти в чужих руках: Тут - все свои! Тут русский язык! Английский от нее не уйдет!
Так Марина осталась с нами. Зиму мы с ней прожили все-таки в Синеглазке. Там было хотя бы место для третьей кроватки. Потом время от времени переезжали на чердак завода. Но следующие зимы проводили опять в Синеглазке. С газом и водой там было можно жить. Валентине Даниловне уже было не нужно привозить стираные и отглаженные пеленки. Все это мы с Петей и с ребятами делали сами дома. И до школы было рукой подать: вышли со двора и на другой стороне улицы - школа.
К тому времени у нас уже были машины: Юля поставила нам по "Нисану". У Пети был синий, у меня серый.
Связь между всеми нами стала гораздо проще.
В то время подержанные японские машины заполнили весь Дальний Восток - наша семья была, конечно, из первых, у кого появились такие машины. Они казались вечными. И действительно, мой "Нисан" со мной до сих пор. Он выдерживает бездорожье, проходит через Петропавловские снежные заносы. Мне с ним ничего не страшно. Благодаря нему я не оставил работу на заводе: на "Нисане" мне до завода от Синеглазки десять минут езды. А на автобусе эта же дорога занимает почти час.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
