 |
| |
| | В первый же семестр "своих университетов" она окрутила скромного очкарика Веню, старосту потока, который затрахивал ее до полусмерти на своем общаговском "койко-месте". Живущие в одной комнате с Веней сокурсники уже начали постепенно привыкать к вечно сушившимся на батарее женским трусикам. Но к тому времени очкарик надоел ей, уступив место "преподу" по хозяйственному праву. Это был ее третий грех. | | |
| |
|
| |
| | - шептал я матери ласковые слова, слизывая помаду с её губ. Я чувствовал её голые груди под тонкой ночной рубашкой и мне дико хотелось взять их в ладони и помять. Но я боялся, боялся, рассердить мать и этим все испортить. Да и грубое лапанье грудей этой безумно красивой женщины, сейчас было не к месту. Мать целовала меня нежно в губы, сосалась со мной едва касаясь губами, моих губ и я отвечал ей тем же. Только мой член не хотел ни какой нежности и грубо упирался маме в живот. | | |
| |
|
| |
| | Ксюша побежала по деревянному полу в прохладном домике на тёплую улицу, погода была жаркой, на землю и побежала на песчаный пляж. Тёплый ветер. Вспомните, как он обнимает вас за плечи, те часы, когда вы свободны от дел. Ксюша же очень хорошо ощущала как ветер обнимал её за попу, за те уголки, в которые ветер не попадает. Потом она с разбегу побежала в море. Теперь уже вода, а не ветер свободно ласкала то, что всегда скрыто трусиками. Как хорошо, думала она, чувствовала свободу. Потом она увидела сестру, которая несла полотенце. и вернулась на берег. Ксюшечка была до сих пор в маечке - что бы не получить солнечный ожог. Она подняла руки вверх и Маша помогла снять ей маечку. Ксюша ощутила полную свободу от одежды, это то, чего ей так долго не хватало. На теле было много воды, поэтому тёплый ветер стал прохладным, приятно холодным, и по так новому стал неравнодушен к тому, что так тяжело разглядеть под ненужной вещью цивилизации - трусиками. Маша взяла полотенце и стала вытирать сестрёнку. Начала с туловища и рук, затем попу и ноги, затем живот, спускаясь ниже и проводя полотенцем по промежности. Ксюшке чувсвтовала приятно возбуждение, от того, что кто то касался её попы и писи. Затем Маша достала крем для загара и нанесла на всё тело Ксюше. Крем был хороший - он впитывался в тело был незаметным и не боялся воды. Ксюша целый день купалась и загорала, играла с соседским восьмилетним мальчиком в бадминтон, под закат сидела у костра и пела с группой студентов. И всё это время не замечала своей наготы. Вы могли быть случайным наблюдателем, быть на том же пляже, у того же костра, поговорить с ней, играть с ней в бадминтон. Всё это время она чувствовала себя свободно, и не замечала наготы, её поведение было обычным. Так она пошла домой и легла спать голенькой. Оказалось, что плед тоже очень приятно лежит на том, что раньше скрывали трусики. Вы могли бы это всё видеть, как она проснулась, или на закате, или днём. Её попу, полоску писи, от которой не хотелось отрывать глаз, и позавидовать непозволительной для себя детской свободе (хотя что ва мешает), или просто насладиться её совершенной красотой. Интересно, а как она потом ходила дома, и когда стала взрослеть? | | |
| |
|
| |
| | Костя решил идти, как Саша и Сережа, голышом, чтоб одинаково. Мы все пошли через лесок к пруду. Саша и Сережа бегали как ни в чем не бывало, ребята Марину не стеснялись, привыкли всегда при всех быть голышом. Через какое то время и Костя забылся, и тоже бегал с ними играя в салочки. Так прошел день. Мы стали прощаться, и я предложила Косте проводить новых друзей. Он подумал: подумал и попросил у сестры платье, а то мол комары заедят, ну и Саша и Сережа были уже одеты в свои платья. На утро в выходной мы всей семьёй решили поехать в город, (одна остановка на электричке) . Костя уже без поисков своей старой одежды попросил у Марины её платье. | | |
| |
|
Рассказ №11694
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 29/05/2010
Прочитано раз: 14877 (за неделю: 0)
Рейтинг: 81% (за неделю: 0%)
Цитата: "Повстречался х. й с п: ою,
..."
Страницы: [ 1 ]
Повстречался х. й с п: ою,
Средних лет - не молодою!
Сказать по правде; наш герой,
Был, тож не очень, молодой.
Между ними давний спор: -
"Кто из них главнее?! !"
И спор ведут до этих пор: -
"Кто из них важнее?! !"
П: да, та, важною была,
Она под юбкою жила,
У богатой бизнес леди.
За собой всегда следила,
А в губе кольцо носила
Золотое, - не из меди.
У этой леди был водила,
С виду, просто, как горилла.
И хоть плюй тут, хоть не плюй,
А он имел "приличный" х. й.
Вот этот х. й, с п: ою тою
Сидят и спорят меж собою.
Говорит ему п: а: -
"Я сияю, как звезда,
Ты же постоянно спишь
И головою вниз висишь.
Я всегда готова к бою,
Да хотя бы вот, с тобою,
Ты лишь изредка стоишь,
Ну, ответь мне! Что молчишь?"
- "Ах, ты рваная п. . да,
Тоже мне! Нашлась звезда!
Возле ж. пы ты торчишь,
Хоть ахаешь и ухаешь,
Но вонь-то, ее, нюхаешь
И еще, что-то, ворчишь!"
- "Что ж? Твой хозяин - обезьяна
Меня целует постоянно,
Иль ласкает языком,
Проникая глубоко,
Говоря еще при этом,
Что слаже, я, любой конфеты!
В меня потом, тебя сует,
И аж! До матки достает.
Коли ты б стоял еще почаще,
Жизнь моя, была бы слаще".
- "Хозяин это совершает,
За то! Зарплату получает,
Тебе же надо столь х. ев,
Сколь в этой стае воробьев.
Ой! я сейчас захохочу,
Да, я стою, когда "хочу"!"
Вот ты встал! хозяйка в рот,
Тебя скорехонько берет,
И так усиленно сосет,
Что даже я открыла рот!
Вот откуда зло берется,
Ведь мне тебя не достается!
- "Помнишь? Ты, стоял, как кол,
И лез к подруге под подол!
Я плачу тебе зарплату,
Видно, лишняя растрата,
Лучше, ты, не зли меня,
Главная, конечно, я!"
- "Подруга, ведь- кровь с молоком,
Притом уж, очень молодая,
Попытку сделал я! Облом!"
Сказал он, от стыда, сгорая: -
- "А ты зачем в прошлую среду
Отдалась в обед соседу?! !
А дома мужу не даешь,
Говоришь, устала! . . Ложь!"
- "Ну, и что? Дала соседу -
Я и в отпуск с ним поеду,
Он х. й имеет не большой,
Зато, красавец! Во! Какой!
Не-то что твой! . Горилла,
Потомок гомо - гамадрила
И: потому мужу не даю,
Что его я не люблю.
И х. ек-то маленький такой,
К тому же, толком не стоит,
Подумай миленький ты мой,
Ну, как меня, он усладит?! !
Не еб. т, а только дразнит,
Ну, какой же это праздник?! !"
Праздник - точно, знаю я,
Когда ты еб. шь меня.
Х. й заметно осмелел
И к п. . де поближе сел: -
- "Ну, вот любишь ты меня,
Значит, главным, буду я!"
- "Не пытай мою, ты, волю,
А, не-то! Тебя уволю!"
Тот сначала испугался,
Потом взял, да и поднялся
Встал во весь могучий рост
Видно, был не так уж прост!
Х. й к п. . де! Та от него: -
"Не получишь ни чего,
Пока главной не признаешь,
Ты меня по всем статьям
Я тебе, - меня ты, знаешь,
Ни чего совсем не дам!
Х. й подумал лишь минутку: -
"Да моя ж ты незабудка,
Ну, конечно, признаю
Пальму первенства, твою!
П. . да будто просветлела: -
"Ну, тогда другое дело,
Ко мне ближе подойди,
И в меня скорей войди!
Х. й подошел. Да и вошел,
И п. . де стало хорошо...
Тот сделал 2 иль 3 качка,
Изображая, простачка.
Вдруг, с ее губ, сорвался стон:
- "Все! Сейчас я выйду вон!
Если! - Думаю, ты знаешь?! !
Меня главным не признаешь!"
- "Я сдаюсь! Ты, самый главный!
Милый мой и очень славный!
Но ты, пожалуйста, не стой,
Двигайся хороший мой" :
Ну, давай сильней! Вот так!
Да! еб: ся ты мастак!
Вот так, вот дал п: де отпор
Наш х. й - герой, закончив спор.
И драл ее он до утра,
Доставая, дна - нутра!
Потом уж, рядышком уснули,
И лишь к обеду отдохнули...
В обед, однако, х. й поднялся,:
Надо по маленькой - нужде,
В туалете потолкался,:
И опять пришел к пи. . де.
А та! Лежит! Надула губы: -
"а ну, давай! Прочить мне трубы!"
А х. ю лень: - "ну, сколько можно?
С тобою сладить? Очень сложно!"
Тут с новой силой вспыхнул спор,
который, длится до сих пор!
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
