 |
| |
| | - Ой Вить, ойййй... - Валя заскулила и стала наконец нормально ерзать сидя влагалищем на хую у Петровича. Не водить тазом из стороны в сторону натирая стенки вагины об залупу бойфренда, а двигаться на члене вверх и вниз, подниматься и опускаться. Хотя я раньше не видел как женщины в такой позе занимаються сексом, ведь видеомагнитофоны в то время были только у богатых людей а массово видаки в магазинах появятся через десять лет. Но тогда по рукам ходили напечатанные на машинке эротические рассказы, по ним я имел представление о половом сношении. И глядя на тихо скулящию от сладости мать, понял то что она сейчас правильно ебется. Ерзала в таком положении на хую у Петровича моя мать недолго и вскоре к моей и вероятно радости Петровича, придавленного Валиным весом, кончила огласив зал хрущёвки протяжным женским воем. | | |
| |
|
| |
| | Оля чувствовала шарик в своей попке, как он легонько ходит вверх-вниз. Чувствовала, как он трется сквозь плоть о другие шарики. И это заставляло ее по-новому взглянуть на себя. Вот она, идет в самом обычном наряде, почти неотличимая от сотен девушек, идущих по улице. Но, вместе с тем, она получала наслаждение с каждым шагом. Получала наслаждение от одной мысли о том, в каком состоянии пребывает ее киска. | | |
| |
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
| |
| | На нём уже не было одежды, он начал целовать мой живот жарким ртом, при этом лаская внутреннюю сторону бёдер. Я невыносимо хотела почувствовать его внутри себя, попыталась снять с себя последнее, что мешала этому - это трусики, но Андрей остановил мои руки. | | |
| |
|
Рассказ №11891
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 28/07/2010
Прочитано раз: 63419 (за неделю: 47)
Рейтинг: 69% (за неделю: 0%)
Цитата: "Смешно, но я, который в бытность мужчиной сам трахал девушек, сжимаюсь от страха, когда его член приник к девичьему входу, надавил, толкнул. Максим с силой вгоняет в меня свой горячий инструмент. Правду говорят, что первый раз это всегда насилие над телом девушки. Пусть немного, но насилие. Я кричала:..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Прислушиваюсь к своим ощущениям: очень приятно, но оргазма не вызовет, годится только в качестве увертюры. И все же, и все же... Парни говорят про некоторых девушек: "у нее пизда чешется". Но что они понимают в ощущениях женского тела! У меня, конечно, там не чешется, но ощущаю приятное щекотание, между ножек становится жарко от прилива крови.
Неожиданно для меня Максим целует ягодичку.
- Вот тебе в отместку, за то, что мой член целовала.
От неожиданности я дергаюсь, пытаюсь отстраниться, но он крепко держит меня. Включаюсь в словесную игру:
- Я?? Целовала у тебя? Быть того не может! Я девушка скромная.
Максим гладит мою попку и целует вторую ягодичку (чтобы ей обидно не было).
- Точно, целовала.
- Ну, если вы так считаете, - сдаю позиции - может и было что-то подобное. Но у нас девушек такая короткая память.
* * *
Вот и выздоровел мой ненаглядный, выписался из больницы, но еще не вышел на работу. Кончились наши бурные ночные игры, но мне так недостает его ласки. Теперь я знаю, что хочу его, готова лечь с ним в супружескую постель. Твердо решила, что сегодня я ему ДАМ. Как еще можно сказать: позволю себя выебать - фу, как грубо! Или: дам сломать мою целку, позволю лишить меня девственности, невинности? Как беден русский язык! Просто сегодня я стану е г о ж е н щ и н о й.
Ну, как, Витя Долгих, готов лечь в постель с мужчиной, раздвинуть красивые ножки, отдать в его власть свое женское тело? Готов ты, бывший мужчина, окончательно стать женщиной? Не боишься, что будет очень больно, когда сломают твою целку? - Вообще-то к этому готов, любопытно, что чувствует при этом девушка, и это я скоро узнаю.
С вечера позвонила Максиму домой, договорилась, что пойдем гулять. Готовлюсь к этому событию, как дебютантка к первому выходу на сцену. Впрочем, это и будет мой дебют.
Утром приняла ванну, теперь стою голышом перед зеркалом и разглядываю свое тело. Что надеть, тем более, что все это нужно будет снять в обстановке романтического, но нетерпеливого ожидания. Может совсем маленькие трусики или стринги, нет, пошло! Надеваю целомудренные трикотажные трусы, которые ничего заранее не открывают. В комплект к ним такой же скромный лифчик, колготки телесного цвета и комбинацию.
А что сверху? Женская одежда - это не просто одеяние. Теперь я знаю, что все мужчины лучше видят, чем соображают. Поэтому необходимо намекнуть, что хотела сказать женщина, надев, ту или иную вещь. А говорят эти вещи так:
- длинная юбка до щиколоток - "считай меня скромной";
- юбка чуть ниже колен - "догадайся, что там выше";
- очень короткое мини - "на лицо не смотри, смотри сюда";
Многое расскажет мужчине и разрез на юбке или платье:
- разрез сбоку - "обрати внимание";
- разрез сзади - "следуй за мной";
- спереди - "я на все согласна";
Значит, остановимся на варианте: догадайся, что там выше, а я на все согласна. Всякие мини и брючный костюм отпадают, надеваю свое любимое зеленое платье, которое полностью расстегивается спереди, Пуговицы кончаются на ладонь ниже лобка, а внизу остаются достаточно длинные просто запахнутые полы. Очень подходит. Стоит Максиму расстегнуть три верхних пуговицы, и открыт доступ к моим титям; расстегнет до конца, откроется весь мой фасад в нижнем белье.
Принарядилась, подкрасилась и села подумать перед выходом на сцену стриптиза. И не только стриптиза... Что будет потом? Нужно забыть принцип "Люби меня, какая я есть" и быть такой, которую Максим захочет каждый день видеть около себя. Надо стать для него Единственного старательной и незаменимой в постели, стремящейся исполнить любое желание мужа, которому я буду верна до конца жизни. Постель - это хорошо, но я должен повседневно быть женщиной не капризной, в меру доброй, знающей "свое место".
А в голову лезет: "интересно, какого размера у него член, когда стоит"? Отряхнула посторонние грешные мысли и пошла...
На прогулке оба мучались одной мыслью: куда нам пойти, где найти убежище. Ну, не в лесу же ему отдаваться. В его квартире тоже неудобно, матушка будет нас стеснять и, поневоле придется соблюдать тишину (а вдруг у него кровать скрипит?) . Мой любимый первым нашел выход:
- Наташа, давай съездим на нашу дачу - и не слова о том, зачем туда отправляемся.
Оба делаем вид, что просто решили туда прокатиться без определенной цели. Все чинно, строго, целомудренно. И как только он догадался, что сегодня я уступлю?
Едва вошли в дом, как я элементарно струсила. Начала суетливо ставить чайник и доставать чашки.
- Максик, давай напьемся чаю...
Он подошел сзади и заключил мою талию в кольцо рук.
- Ты разве за этим сюда пришла? - и в голосе Максима прозвучала веселое удивление.
Что тут отвечать? Стою, покорно прижавшись спиной к теплой груди, попой ощущаю бугор на его штанах. А он привычно занялся моими пуговками: "одно, вторая, третья, четвертая, только две нижних остались не расстегнутыми! Сейчас начнет играть моими молочниками, но нет, тянет вверх комбинацию, сминая поднимает ее до горла. Это что-то новое - гладит животик, щекочет мой пупок. Интересное ощущение".
Вот теперь расстегнул лифчик и пришло время играть с сосочками. Я удерживаю руками смятую комбинацию и лифчик у своего горла. Максим мнет, крутит соски и меня заливает истома. Но долго играть не стал, властно взял руками за попку и развернул к двери.
- Пойдем в спальню.
Так и иду к нашему ложу: в наполовину расстегнутом платье, с голой грудью, руками придерживая у горла лифчик и скомканную комбинацию. Во мне трепыхаются остатки девичьего стыда: "в спальню, это сразу на его кровать? Так быстро, уже сейчас"? Ничего не быстро. В спальне Максим расстегивает последние пуговки на платье, которое падает на пол. Стаскивает с меня комбинашку и лифчик. Стою перед ним в одних трусиках и колготках. Вцепляюсь руками в их резинку. Но Максим и не собирается сам заниматься ими.
- Снимай трусы - голос звучит по-военному.
И я безропотно стягиваю с себя трусы вместе с колготками и бросаю их на платье. Стою перед своим нареченным целомудренно нагая и даже не пытаюсь прикрыться руками: "ваш приказ выполнен". Максим берет меня за плечи, поворачивает задом и передом.
- А ты, Наташа, голая еще красивее. - Рассматривает меня с каким то детским удивлением.
Потом притягивает к себе и целует. Проклятая разница в нашем росте очень мешает. Максим берет меня за попку и приподнимает, а я встаю на цыпочки, на самые пальчики. Торопливо расстегиваю его рубашку, пояс брюк, вожусь с пуговицами ширинки. И вот он в одних плавках, а я в виде "вполне готовом к употреблению". И, наконец, раздается самое последнее:
- Ложись в постель, Наташа.
Под его жадным взглядом я голая стелю нашу первую постель, ложусь и от страха свертываюсь в клубочек. Максим снимает плавки - так вот какой у него "инструмент в рабочем состоянии"! Ложится рядом, целует в губы, в соски, в живот; гладит ляжки, переворачивает на бок и больно стискивает ягодицы, гладит лобок и проникает пальцами а складку под ним. Сжал клитор! Я раздвигаю ноги и принимаю его на себя. Мозги выключились. Максим прижался ко мне своим голым телом.
Смешно, но я, который в бытность мужчиной сам трахал девушек, сжимаюсь от страха, когда его член приник к девичьему входу, надавил, толкнул. Максим с силой вгоняет в меня свой горячий инструмент. Правду говорят, что первый раз это всегда насилие над телом девушки. Пусть немного, но насилие. Я кричала:
- Ойй! Мама, больно!
А где-то в глубине сознания бывший мужчина Витя Долгих шептал: "значит, вот как это бывает, вот что испытывает девушка в первый раз под своим женихом"! Во мне движется не просто жених, а дикий возбужденный самец. Он жадно целует, мнет мое тело и толкает, толкает в меня свой твердый член. Дорвался, родимый...
Я всхлипываю.
Тогда мне впервые открылась тайна - оказывается я люблю жесткий, яростный секс. Мне нравится быть в подчиненном положении у Макса, ощущать себя рабыней, его собственностью. Это открытие как молния пронзило мозг, а тело продолжает содрогаться в серии оргазмов. Мне было очень больно, но восхитительно! Мне казалось, что это никогда не кончится.
Мы отдыхаем. Спрашиваю себя о впечатлении: "Было очень больно, но я и дальше хочу полностью принадлежать своему Максику, отдаваться дорогому мужу, выполнять все его желания".
Максим странствует руками по моему телу и спрашивает:
- Ты довольна? Получила все, зачем мы пришли сюда?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
