Рассказ №11899

     - О-о, так и думал - маленький пенис! - улыбнулся он хитро, показав ровный ряд белых крупных зубов.
     Я смутился, украдкой пожав плечами.
     Сев на диван, он скинул с себя халат, явив моему взору своё могучее тело и здоровенный, как дубинка, член с обрезанием. Арбен был точно великаном, вылепленным из тёмно-коричневой глины, волосатым и мрачным, как горилла. На груди и плечах багровели растяжки - он тягал веса неимоверной тяжести, представил я, и нутро заныло, засосало под ложечкой. Повлажнели даже глаза, я часто заморгал. Он внезапно посерьёзнел, насупившись, грубо спросил:
     - Ты будешь моей сучкой?
     - Да... - неуверенно ответил я. Страх одолевал, язык не слушался.
     - Не слышу! - напёр он, схватив свой член, будто приструнив его. Наконец освободив его, любовался мной.
     - Буду твоей сучкой и вещью, - проговорил я, глядя на его огромный кривой член, подёргивающийся, словно в конвульсии. Шоколадная головка, сухая, словно кожица каштана, со слегка вывороченным отверстием для мочеиспускания, магически притягивала мой взгляд. Я как заворожённый смотрел то на его пенис, то ему в глаза.
     - Сучку надо унизить, как положено! - закивал он довольно. - Согласна, девочка моя - бесстыжая шлюшка?
     - Угу.
     Унижаться мне нравилось, поэтому я испытывал удовольствие, когда он оскорблял.
     - Злой армян выдерет белую девочку во все щели и оставит валяться в конче... Подойди, сучка с бритой киской! - поманил он пальцами. - И покажи щель...
     Я подошёл и повернулся попкой. Он приподнялся, рывком схватил меня и дал обильно облизать свой средний палец, целиком засунув его мне в рот. Затем придерживая одной рукой меня за живот, мокрым пальцем второй руки осторожно забрался мне в попку. Я вздрогнул, как после укола, вскрикнул. Он держал, издевательски улыбаясь, пихал мне попку, проворачивая, разрабатывая щелку. Мой кончик напрягся и подрагивал. Затем вытащил палец, снова дал мне облизать. Я закрыл глаза, он возразил, мол, сучка должна ничего не упустить. Я ожидал, что вставит мне, но он, прижав меня к своему волосатому горячему вспотевшему телу, неустанно тискал, как девочку, мял ягодицы, сжимая их пальцами, громко дышал мне в ухо, облизывал ореолы моих сосков, чмокал в щёки. Натискавшись, он поставил меня на колени и смачно плюнул мне в лицо. Я зажмурился, слюна отдавала табаком.
     - Ну-ну... сучкам нравится, когда харкают, - зло проговорил он. От него исходил какой-то чудовищный неготив и показалось, если ослушаться, то армян убьёт. Он плюнул ещё раз, затем членом принялся стучать мне по губам, носу и щекам.
     - Хватит, - взмолился я, нежно взяв его багрово-коричневый орган руками в надежде на то, что даст в рот и скорее кончит.
     - Не-ет, - недовольно протянул он. - Наказание! . .
     Арбен поднял меня и повернул попкой, заставил встать на раскоряку. Шлёпал так, что я вздрагивал, сжимая губы. Он глядел в зеркало на отражение моего раскрасневшегося лица, с наслаждением наблюдал за моей реакцией.
     - Сучке нравится наказание! - невольно завопил я, чтобы только он прекратил. Мои ягодицы покраснели и начали гореть.
     - Ах, шлюшке нравится?! - остановился он. - Ладно, пососи, а я пока отдохну.
     Он сел на диван и, закурив, наблюдал, как я брал у него в рот. Смотрел со скрытой улыбкой, слегка наклонив голову набок. Арбен вдруг засмеялся, покачав пальцем. Полное невежество по части сосания и лизание члена послужило источником насмешки. Докурив, великан встал и повернулся ко мне задом:
     - Лижи дырку.
     Я ни разу не лизал анус, но возражать не стал - не хотел, чтобы снова меня отшлёпал. Прильнув к волосатым ягодицам щекой, я пробрался кончиком языка в его большой анус.
     - Весь язык... - посоветовал он. - Сучка должна привыкнуть лизать Хозяину анус.
     - Хорошо, - и я лизал, тиская пальцами свой расслабленный, будто напуганный стручок.
     - Закончили, - удовлетворённо сказал он.
     Он положил меня на диван на спину и, прижав руки, быстро имел в рот, а потом засунул так глубоко, что меня едва не стошнило. Отпустив, дал мне отдышаться, и разочаровано заметил:
     - Сучке предстоит долго поработать над собой. Ничего, времени будет много.
     Краска досады проступила сквозь загар на его щеках, он снова повернул меня к себе попкой и разработал мне анус своим средним пальцем. Затем уложив на спину, высоко поднял мои ноги и плюнул на яички. Наблюдая, как слюна стекает на щелку, он улыбался. Вставил он мне медленно и несмотря на то, что я извивался как червяк, его член зашёл. Навалившись на меня своим потным телом, он дышал мне в ухо и покусывал мочку, целовал, облизывал щёки. Задвигав тазом, прислушался к моему глухому стону, возвещавшему о боли и наслаждение одновременно. Хлопая дико волосатыми яйцами о мои бёдра, рывками загонял член, и мне казалось, что он вот-вот ворвётся мне в живот. В попе у меня свербело, содержимое кишечника рвалось наружу. Я с нетерпением ждал его оргазма, как ждал воды умирающий от жажды. Зазвонил мой сотовый телефон, но я не мог двинуться. Проиграв известную мелодию, аппарат благополучно успокоился.
     - Нравится, когда сучку имеют? - спросил он, дыша всё громче, храпя нутром, точно запыхавшийся конь.
     - Да, Хозяин, - дрожа, ответил я сквозь стон, обнимая его влажную будто каменную спину.
     - Вставай на колени и подними голову, - приказал он, крепко держа свой надувшийся член. - Не закрывай глаза!
     Я принял требуемую позу и расслабился. Направив в меня тёмное дуло "пушки", несколько раз выстрелил горячей струёй мне в лицо. Он буквально залил меня. Захлюпало в носу, смутно видел левый глаз, чавкало во рту. В зеркало на шкафу я увидел отражение: темнокожий великан возвышался над маленьким щуплым человеком молочного цвета, золотисто поблёскивало в свете лампы выпростанное на лице семя Арбена. Заставив собрать его целиком на моих губах, прищурился, кое-что восторженно обдумывал. Я выполнил приказ, он затолкнул липкий сгусток мне в рот членом и сказал:
     - Проглоти громко и покажи.
     Я проглотил, глядя ему в глаза, и открыл рот.
     Он довольно кивнул и дал новое указание - встать на диване верх тормашками. Я безропотно исполнил. Прижав мои ноги к стене, он быстро-быстро массировал мой стручок, а затем вдруг остановился. Я облился собственным семенем, но удивительно: желание не прошло, оргазм не случился. Он кратко пояснил хитрость; унижая, к ней прибегал ни раз.
     Он привёл меня в уборную, приказал залезть в ванну и умоляюще сложить руки. Я покорно подчинился.
     - Умоляй, сучка, не делать этого... - настоял он, ухмыляясь, направляя на меня расслабленный член.
     - Умоляю вас, Хозяин, не делайте этого... прошу! - взмолился я, исказившись.
     Он помочился мне на живот, на колени и брызнул остатками на стручок, кисло запахло мочой. В жёлтой лужи, стекающей в канализацию, я простоял некоторое время, а он, удовлетворённо улыбаясь во весь рот, глядел на плод своего труда сверкающими глазами.
     - Докончи на себя, девочка!
     Сев на попу, в которой по-прежнему свербело, я кончил себе на коленки.
     Хозяин ушёл в комнату, а я обдумывал минувшее. Использованный, опущенный, точно грязная сучка-шлюшка, но освобождённый и в прекрасном настроение принял душ и вышел.
     Смотря телевизор, мы говорили о разном, нашли много общего. Арбен слушал и смотрел много из того, чем увлекался я да мало того, он прочитал те же книги и был в восторге. Работал он на настройке, занимался в спортзале недалеко от восточной окраины города. Арбен-Хозяин и друг - два разных человека. Я всмотрелся в его глаза сейчас и понял, что они могли быть мрачными, как свинцовые тучи, могли метать искры, отливая глянцем, могли становиться холодными, как зимний пейзаж, властными, обжигающими, которыми он притягивал, заставляя покоряться восторженно и самозабвенно. И в них мог вспыхнуть весёлый огонёк настоящего друга.
     Приходя к нему домой вечером или ночью, я испытывал по-прежнему противоречивое чувство. Страх и предвкушение моментов терзали сердце, заставляя кровь то леденеть, то бурно кипеть. Моё давнее преклонение перед прежним хозяином воскресло во мне перед столь могучим и суровым его воплощением в новом человеке - Арбене.
     Сталкиваясь с колким сарказмом унижений, выполняя приказы нередко абсурдные, глотая его семя и ощущая боль в попке, я жил полной жизнью, вкушая её сочные плоды. Редко навещали отчаяние, одиночество и печаль, а когда всё-таки наведывались, то я спешил к Хозяину, и нутро всегда сладко ныло, я дрожал и был счастлив.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: