Рассказ №1200

     Как говорят врачи, нет ничего извращенного, если "это" приносит высшее наслаждение обоим. Все дело в том, что минувшим летом, в июне, ко мне приезжала на неделю молодая женщина-мазохистка. Мне двадцать девять, она моложе меня на пять лет. В переписке между нами я узнал ее "наклонности" которые она не могла никак осуществить. Боялась признаться в этом мужу. После того, как я встретил ее на вокзале, мы поехали ко мне. Она не была красива на лицо, да и грудь опущена, но зато я сразу заметил ее тонкую талию, переходящую в широкие бедра и большой округлый зад. Мы выпили с ней у меня дома по чашечке кофе, разговаривая при этом о садо-мазохизме.
     Вначале было как-то неудобно начинать. Я не могу поверить, что скоро осуществится моя мечта, и я буду играть роль господина, а она - крепостной. Наконец, я спросил у нее:
      - Поиграем?
      - Можно, - ответила она, немного смущаясь.
      - Тогда раздевайся догола и ложись животом вот на эту подушечку, чтобы твои ягодицы были выше остальных частей тела! - приказал я.
      Когда она раздевалась, во мне кипел огонь сладострастия. Вот она снимает трусики, аккуратно повесив их на кресло, и покорно ложится на подушечку.
      Раздеваюсь и я, с любопытством поглядывая на ее крепкую, как орех попку. Она, моя крепостная, лежит, распластавшись на кровати. Глаза закрыты, ягодицы слегка подрагивают, ожидая порки. Теперь мы голые и начинается настоящая игра. Я очень хорошо чувствую женщину такого типа, как она. Я знаю грань между сладострастием и болью, и поэтому уверен в себе, что не переиграю.
      Я, не спеша, подхожу к ней и провожу рукой по ее спине и ягодицам, которые вздрагивают. - Пороли ли тебя твои прежние хозяева? - спрашиваю я. - Нет. Только давали пощечины и ставили на колени в угол, - отвечает она. - Ничего, ты у меня этому ремеслу быстро научишься!.
      В этот момент я хлестнул ее ладонью по заду, сначала не сильно, затем позвонче.
      Как бы в судороге она передернулась всем телом, испустив легкий стон.
      - Сегодня я тебя проучу хорошенько! Я тебе, стерва, покажу, где раки зимуют!
      - Простите, господин! - как бы молит она, поерзывая задом.
      Я глажу слегка ее влагалище и анус, приговаривая при этом:
      - Сейчас я высеку тебя, как Сидорову козу! Я тебе сейчас повиляю задом, сука!
      Она начинает учащенно дышать, слегка приоткрыв рот и закрывая глаза. Она ждет от меня дальнейших действий. Я засовываю ей указательный палец во влагалище, там уже не сухо. Достаю палец и вытираю его марлей. После беру ремень и связываю ей крепко руки, затем другим ремнем - и ноги. Она в ожидании.
      - Ну, что ж, начнем! Сейчас я тебе всыплю, ты у меня попляшешь, стерва! - приговариваю я и беру специальный ремень, который хорошо звучит при шлепании, но придает мало боли. (Очень эффектно получается. Такое ощущение, что "жертве" на самом деле очень больно...)
      Приказываю сначала поцеловать "служанке" ремень: она это делает очень нежно, будто целует своего любимого. Ее связанные руки при этом вытянуты вперед.
      - Так говоришь, что тебя не секли никогда?
      - Нет!
      В этот момент я вожу ремнем по ее спине и заду.
      - Ничего! Ты у меня станешь шелковой! Буду тебя драть каждый день! Я тебе дам, паскуда!..
      Я продолжаю гладить ремнем ее зад, медленно водя им по голому телу. Но вдруг резко размахиваюсь и наношу удар по ягодицам. Она ойкнула, вздрогнув. Я нанес еще три удара, но посильней. Она завиляла задом. Пауза.
      Легкое постанывание. Еще пять ударов - и снова пауза. Все это время я ругаю ее довольно грубыми словами, возбуждая ее все более и более. Она жаждет наказания -.это видно по ней.
      - А теперь молись, стерва! - я наношу десять сильных ударов.
      Ее зад стал красным. Затем даю ей снова целовать ремень. Она в порыве целует его. После этого я беру ее за волосы и приказываю взять в рот мой пенис. Она с готовностью выполняет и это. Я хлещу ее ремнем по заднице, которой она виляет в экстазе. Даю десять ударов.
      Через минуту развязываю ей ноги, она становится на колени. Разводит ноги в стороны.. Я шлепаю ее хлестко ладонью по правому полушарию (пару раз), это возбуждает нас обоих еще сильнее. Затем направляю палец во влагалище. Она водит задом по кругу, прижимаясь к пальцу.
      Через минуту ввожу туда свой член.
      Она вся трясется и мычит от счастья. При этом я ее оскорбляю, хлещу ладонью по ляжкам. Примерно через каждые пять фрикций я останавливаюсь и замираю. Но она хочет еще, крутится, как юла. Так продолжается пять минут; я то делаю фрикции, то замираю. Она уже кончила несколько раз и хочет еще. Но я достаю пенис и снова берусь за ремень.
      Снова пять ударов, и пауза. Она опять целует ремень, прося ее "пощадить". И вновь делаю пять ударов.
      Она на седьмом небе, я тоже. Через пять минут у нее снова пара оргазмов (очень оргастичная женщина), а я пока не хочу заканчивать наслаждение, и все повторяется по прежнему кругу. Тогда я испытываю оргазм вместе с ней. (У нее он шестой или седьмой...) Ее зад горит, она ложится на живот, и я покусываю и целую ее задницу, исполосованную до красно-синего оттенка ремнем. Игра закончена...
      Как она мне после признались, при сечении она испытывала по оргазму, также по оргазму и при оральном сексе. "Смесь боли и унижения, боли с половым актом - высшее наслаждение для меня!" - призналась она после.
      Как-то на третий день наших игр, когда я ее лупил ремнем, она попросила высечь ее розгами, но не сильно. Мы испробовали ивовые прутья. Я сек ей зад связкой в пять розог. Она также была в восторге. "Я от розог больше возбуждаюсь, чем от ремня, т.к. свист прутьев - это более утонченно для меня", - говорила она. Попробовал я ее драть и крапивой. Тогда весь ее зад становится прыщавым.
      Прыщи сходят где-то часов через двадцать...
      А самое лучшее сочетание: ремень - крапива - розги.
      Вот это я понимаю, вот это да! "Кайф неописуемый!" - клянется мне она. После наших с ней игр она становилась обыкновенной, как все женщины. Она была в отличном настроении, поскольку я помогал ей в осуществлении ее эротических фантазий. Я также был счастлив эту неделю. А потом она уехала к себе.
      Я думаю, что игры в "наказание" не несут никакого вреда окружающим. (Если, конечно, у людей есть мозги).
      Другое дело обстоит, я думаю, с настоящими садистами, которым не нужен акт вообще. Это уже люди другого плана (наподобие Чикатило). А вообще, я так считаю, что читай он книги на эту тему, он не стал бы маньяком. Ведь обычно людей тянет к тому, о чем они мало знают, или о чем запрещает читать закон (запрещал читать).
      У всех у нас есть небольшие "сдвиги" в ориентации к сексу, у одних больше, у других - меньше. Обычно маньяк не признается, о чем он думает. Я ведь никакой не маньяк, а просто - мужчина агрессивного типа. Которых миллионы.
      Поэтому я и, не боюсь признаться в своих фантазиях. А то, что выше мною описано - это сущая правда, а не вымысел онаниста. Я ищу женщину с садо-мазохистскими наклонностями. Интересно было бы попробовать поменяться ролями (или один день играть господина, а другой - раба). Мазох хорошо написал потому, что сам был таким. Де Сад пишет жестко, слишком грубо для моих фантазий. У него как-то сразу все делается...


Страницы: [ 1 ]

Читать также: