 |
| |
| | Вот одна из них. Мы возбyждаем дpyг дpyга pyками и языками, потом мой паpтнеp наcаживает меня на cвой член, входит в меня до оcнования. Я cижy на нем, а он лежит на cпине. Я cклоняюcь к немy, чтобы он мог пощипывать и покycывать мои cоcки, а подpyга cзади лаcкает мой анyc языком.
| | |
| |
|
| |
| | Я чувствовал её взгляд. Сначала просто тёплый, постепенно он стал немного отстранённым, как будто переключился на что-то иное. Вскоре вернулся и, как бы так сказать, похитрел, что ли. Затем к взгляду добавилось физическое воздействие. Скосив глаза, я обнаружил на штанах узенькую ладошку девочки. Как игривый кот, шалунья гладила ногу, а достигнув определённого результата (понятно какого) одним пальчиком надавила на образовавшийся в паху бугорок. Легонько, едва ощутимо дотронулась, погладила снова. | | |
| |
|
| |
| | Женщину раздели, и привязали за руки к верёвке свисающей с потолка. Большие пальцы ног привязали к кольцу в полу, и натянули верёвку так, что Люба стоял буквально на кончиках пальцев ног. Шульке периодически наносила удары дубинкой по телу допрашиваемой. Она била по почкам, по спине, по грудям, по животу. Через час допроса тело женщины было, покрыто синяками. Под мышками у Шульке выступили пятна пота. Марта продолжала задавать вопрос о записке. Заплаканная женщина продолжала всё отрицать. Майор поднялся, и что-то резко сказав Марте, вышел. Немки продолжили допрос. Палачесса взяла деревянную палку, начала бить Любу по передней поверхности бёдер. Во время избиения женщина громко орала, но продолжала всё упорно отрицать. Шульке, по приказу Марты, начала бить Любу плетью. Немка сняла с себя пилотку и рубашку, она была в сапогах, юбке, лайковых перчатках и чёрном бюстгальтере. Люба, которая до этого только вскрикивала во время ударов дубинкой и палкой, начала кричать практически беспрерывно. Стоявшая в шкафу Марина то же рыдала. Она понимала, что женщина страдает из-за неё. Так же, видя упорство Любы, она опасалась, что Марта не поверит в правдивость Марининых слов, и начнёт пытать её. Тем временем палачесса усердно избивала допрашиваемую. Всё тело Любы, помимо синяков. Покрылось рубцами от плётки. На вопрос, задаваемый Мартой, она продолжала отрицательно кивать головой. После тридцати минут порки, женщина потеряла сознание. Марта подошла к шкафу. | | |
| |
|
| |
| | На бедрах ремень не оставлял столь явных полос, поэтому мне пришлось прибавить темп. Захлебываясь слезами, Лена кричала так, что у меня звенело в ушах. Каждый новый удар заставлял дрогнуть ее голосок, но в последующие секунды, когда боль от ударов распространялась по всем нервным центрам, она наверстывала упущенное. Когда из предназначавшихся ей сорока четырех ударов оставалось двадцать, в ее отчаянных криках в первый раз прорезался хрип. Опасаясь, что она сорвет свой пронзительный голосок, я прервал экзекуцию и сходил за скотчем. Старательно залепив ей рот, я лишил ее возможности кричать. После чего снял со штатива камеру и поднес ее поближе, снимая с близкого расстояния результаты проделанной работы. А там было от чего прийти в исступление. Вся ее прелестная спинка была разрисована вспухшими полосами, оставленными моим ремнем, которые пересекали ее в разных направлениях, а предмет моего восторга - упругая и изящная попочка - была сплошь покрыта кровавыми разводами. Только ее стройные ножки, за исключением бедер, были еще нетронуты. Их я оставил на десерт. | | |
| |
|
Рассказ №13156
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 09/02/2023
Прочитано раз: 95447 (за неделю: 48)
Рейтинг: 35% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она не ответила. Я ушёл в спальню и стал от нечего делать смотреть в окно. Вдруг вижу: сосед Сашка (ему 4 года) и Танька Ивина (его ровесница) забежали за сарай. Сашка достал из штанов свою пипиську (размером, примерно, как теперешний тампон для девчонок) и стал что-то говорить Таньке. Она спустила до колен трусы и подняла вверх подол. Было далековато, и мне было плохо видно...."
Страницы: [ 1 ]
Как-то мой товарищ передал мне клочок бумажки, на которой было написано: иворкодубея.
- Это мне Марат дал! - (его друг)
- Я ничего не понимаю...
- Ха-ха-ха! А ты прочитай наоборот! Не понял?
Но я так ничего и не понял. То есть, фразу-то я прочитал, но, что она означает, было загадкой.
Я показал Ей. Но и Она только пожала плечами. Только потом, много лет спустя мы узнали, что это могло бы значить. А тогда, делая что-то очень невинное (хотя очень приятное) , мы считали себя невероятными преступниками и тщательно маскировались...
Сейчас у девчонок обилие всяких шмоток на разные случаи жизни, и есть некоторые правила, соблюдать которые надо неукоснительно. Например, девчонка в Америке не имеет права пойти на игровую площадку в платье, которое может вдруг задраться и покажутся трусы (о том, чтобы быть вообще без трусов, я молчу) : надо непременно панталоны длиной примерно до середины бедра. Я вспоминаю, что было раньше. Трусы девчонкам шили мамы или старшие сёстры из куска сатина или ситца - такие треуголки. Иногда даже резинки не было, трусы застёгивали на пуговицу.
Летом в жаркую погоду мы выбегали играть на улицу в одних трусах. Мальчишки обычно одевали несколько другие (это было похоже на теперешние шорты) , а у девчонок были "треуголки". У Неё - тоже. И вот однажды я смотрю, а Вовка Сайкин уставился куда-то взглядом, и у него под трусами этакий холмик поднимается. Я заинтересовался и тоже посмотрел. И сердце у меня заколотилось! Оказывается, это из-за Неё! Резинка на Её трусах, видимо, ослабла, и полосочка отодвинулась, а под ней... ну, вы догадываетесь! Я - быстро к Ней и шёпотом: "Подтяни трусы, письку видно!". А у самого - тоже всё торчком. Она быстрым взглядом "поймала" того, кто на неё смотрел, но письку прикрыла.
Возвращаюсь к Вовке, а он мне:
- Ты Её ебёшь?
Меня сразу в жар бросило, но я постарался показать, что мне всё безразлично:
- С чего это ты? Нет, конечно!
- А чё покраснел-то? . . Дело обычное. Мои-то - малышня, Тайке - всего 5. Я намедни её уговорил снять трусы, но без толку: пизда совсем маленькая, ничего не засунешь. А у твоей - просто блеск, самое то! (Ей только что исполнилось 7) . Слушай, у меня к тебе дело: постарайся Её уговорить, у тебя получится! Может, ей самой хочется, а ты, дурак, не догадываешься! Попроси хорошенько - не для себя, для друга. Если Она мне даст, проси у меня, что хочешь. Видишь мой ножик? Он - твой! . . Поговоришь?
Я кивнул. В общем-то, кивок - это ни да, ни нет - жалко что ли? . .
Когда вернулись домой, я Ей сказал:
- У Вовки Сайкина на тебя сегодня писька встала!
- Только у Вовки? Я всё видела. И твою, между прочим, тоже.
- Он просил меня с тобой поговорить.
- Да? О чём это?
- О том! Он говорит, что у тебя очень писька красивая...
- Ого! Разглядел? Ну и что?
- Говорит: ты её хорошенько попроси, может быть, она мне даст?
- А ты что? Согласен, как тогда? . . Вот позор-то был! . .
- Да, я - ничего... Может, тебе самой хочется...
- Нет уж, хватит с меня! Дураки! . .
Немного погодя я опять к ней подошёл:
- Ну, а со мной хочешь? . .
- Нет. Мне стих учить и арифметику делать.
- Я арифметику тебе сделаю, перепишешь, - и всё.
Она не ответила. Я ушёл в спальню и стал от нечего делать смотреть в окно. Вдруг вижу: сосед Сашка (ему 4 года) и Танька Ивина (его ровесница) забежали за сарай. Сашка достал из штанов свою пипиську (размером, примерно, как теперешний тампон для девчонок) и стал что-то говорить Таньке. Она спустила до колен трусы и подняла вверх подол. Было далековато, и мне было плохо видно.
- Иди-ка сюда! - крикнул я Ей. - Быстрей, а то не успеешь!
Она прибежала, и мы стали наблюдать, как Сашка пытается Таньке куда-то попасть. Было очень смешно, но у меня писька встала дыбом. Вдруг Танька нас заметила и сказала что-то всё ещё пристраивавшемуся Сашке. И они, сорвавшись с места, побежали. Танька на ходу натягивала трусы. Мы так и стояли у окна.
- А ты помнишь, как я тебе попадал? . . И тоже не сразу получалось. Может, разучился и не попаду? . . Встань-ка к шкафу! . .
Я сказал это просто так, безо всякой надежды на успех.
- Дурак! - сказала Она и вдруг встала спиной к одёжному шкафу, приспустила трусы и расширила письку...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
