 |
 |
 |  | Целовалась Лена напористо и страстно, закрыв глаза и чуть запрокинув голову, так, что грудь её плотно прижималась к моей. Я... нет, не так - мы целовали губы, лизались языками, тёрлись грудью. Она запустила пальцы мне в волосы, а я гладил плечи и упруго выпирающие вбок стороны грудей... Нацеловавшись до помутнения в голове, я повёл поцелуи ниже, по шее, ключицам, задержался на груди, но всё же нашёл в себе силы оторваться от одного соблазна, чтобы дотянуться до другого. Внизу было всё до неправдоподобия гладко, так что преграды моим губам и языку не было. Сначала я осторожно провёл разведку, раскрыл её губки, прогулялся языком по краям, не нажимая сильно. Однако по движениям Лены навстречу мне чувствовалось, что она не боится и более сильной ласки - к чему я и приступил. До того уже неровное, её дыхание совсем сбилось, руки блуждали по моей спине и плечам, вытянутые ноги вздрагивали. Девушка начала постанывать, ещё тихонько, сдерживая себя, но постепенно распаляясь. Памятуя про пресловутого "фашиста в окопе", я не пытался заглядывать ей в лицо, сосредоточившись на ощущениях скользкой ложбинки под языком, и поэтому неожиданно громкий низкий грудной стон застал меня врасплох. Я поднял глаза - Лена сидела, отвалившись на спинку дивана, приоткрыв рот и плотно закрыв глаза, грудь поднималась так, что едва не скрывала лицо, и с каждым вздохом из неё вылетал тот самый стон-призыв, который просто невозможно ни с чем спутать. Однако я не спешил, понимая, что стоит мне проникнуть членом в неё, как всё сразу кончится (от одной лишь мысли о её горячей глубине дружок опасно дёргался), и я в помощь подуставшему языку задействовал губы. Лена потянулась руками к своей груди, вцепилась в полушария так, как я бы и не решился, и подалась вперёд бёдрами и животом. Такое приглашение игнорировать было просто невозможно, и я выпрямился, стоя на коленях возле дивана, между её ног, взялся за бёдра и потянул, помогая её движению. Однако ворваться с ходу оказалось сложнее, чем казалось - диван был неподходящей высоты. Тогда я просто подхватил её и приподнял, распластав по высокой спинке, и наконец вошёл, прижав всем телом к дивану. Стон её был похож на вскрик, руки сплелись за моей спиной, чтобы тут же немедленно раскинуться в стороны, и по глубинной дрожи внутри я понял, что Лена сейчас далеко... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Как трахали Тамару - это надо было видеть! И лёжа, и сидя, и стоя, и связанной, и распятой, и подвешенной и зажатой в колодках. , и: и: и в таких позициях, что представить невозможно. И, судя по мордашке, она получала от этого огромное удовольствие. Будь её воля, она бы трахалась до потери сознания и даже дольше. К её большому разочарованию, утром пришлось прерваться: должна была прийти сутенёрша за новой "девочкой", и надо было хоть чуть-чуть убраться. Удары стеком хорошо подбадривали рабынь, они отлично усвоили, что я умею быть жестокой и настоять на выполнении приказа. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она не понимала, почему ее жалеют, хотя и привыкла к этому с самого рождения. Ее мир был не хуже того, другого, о котором она знала понаслышке. Ее миром были запахи, звуки, прикосновения. Они говорили ей о многом. Иногда они кричали ей, и тогда она закрывала уши. А еще ее миром были сны - странные, каких не видит никто на свете. Кровь, которую она слышала в себе, несла в себе чью-то память, образы, виденные другими, далекими и близкими, которые жили раньше.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Это оказалось сделать сложнее, чем я думал, ведь любая манипуляция, каждое движение отдавало болью. Мне даже было страшно их доставать, вдруг они все в синяках или где-то кровь пошла? Вдруг, я не знаю, там уже всё так отбито, всё так вытекло, что у меня и яиц-то больше нет, а осталась одна бесформенная яичная масса? Но нет, обошлось, никаких синяков не было - яйца выглядели лишь очень красными и вспотевшими. Я тут же осмотрел своё правое яичко, отбитое больше всего, но никаких внешних повреждений вроде не было. Просто очень красное и внутри ему больно. Впрочем, внутри больно было не только ему и не только справа, так что это, если можно сказать, нормальное состояние. Оставалось лишь надеяться, что никаких внутренних повреждений нет. |  |  |
| |
|
Рассказ №13193
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 27/10/2022
Прочитано раз: 67189 (за неделю: 11)
Рейтинг: 45% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Знаете, Маша, отец одного из учеников моего класса ищет домашнюю воспитательницу своему сыну. Вы отца знаете, он говорит, что подвозил вас как-то вечером. Подросток трудный, матери нет, а папаше заниматься с сыном некогда. В школе у Коли оценки неплохие, но дисциплина отвратительная. По этому поводу папаша интересовался лично Вами. Отец желает, чтобы воспитательница жила у них в доме и хотя бы обучила Колю прилично вести себя в обществе. До того, как Коля окончит школу, Вы сумеете накопить денег, тем более, что гувернантке положено приличное вознаграждение. Питаться будете вместе с хозяевами...."
Страницы: [ 1 ]
Везде она пробивалась сама. Родители жили в деревне да еще папаша крепко выпивал. Спасло Машу то, что всегда хорошо училась и окончила школу с одними пятерками. В старших классах школы, когда всех мальчиков охватила эпидемия "дружбы" с поцелуйчиками и ощупыванием одноклассниц в подъездах, она заслужила прозвище Недотрога.
В педагогический институт поступила без проблем и там не бездельничала, знала, что никто ее проталкивать на тепленькое местечко не будет. На парней времени просто не оставалось, хотя многие пытались ее "закадрить". На сокурсников и преподавателей она производила впечатление чересчур умной девицы, которой острый язычок не убавлял присущего шарма. И то сказать, фигура у Маши на уровне - хоть спереди, хоть сзади есть на что посмотреть. И личико не подкачало. Но некогда ей заниматься такими глупостями.
Несмотря на свой возраст, была она скромна до безобразия, чем нервировала свою душевную подругу и соседку по частной квартире Ирку Седых, полненькую блондинку, похожую на пирожное безе. Ирка с первого курса озабочена поиском жениха.
- Если в институте девушка не вышла замуж, - учила она Машу каждое утро, - считай, пятьдесят на пятьдесят - загнется в девках.
В нашем институте, как и в большинстве "педов" страны, студенческие группы почти целиком девичьи - на двадцать девчонок всего пять мальчиков, которые сразу почувствовали свою цену. Через две недели они проявили к Маше интерес, но ответная реакция их быстро разочаровала. Наблюдение за парями настораживало: в их действиях возвышенной любовью и не пахло. Парни однокурсники поставили на ее особе жирный крест, посчитали Машу "своим парнем" , приглашают в лыжные походы, охотно делятся личными секретами и в день рождения дарят хорошие книги.
Маша не хуже Ирки понимает, что предстоящая работа в школе - жуткое болото. Коллектив бабский, целый день торчишь на работе, к вечеру от усталости ноги не несут, а еще предстоит подготовка к следующему дню.
- Если сразу не закадрить подходящего мужчину, тебя просто засосет, - продолжает свою атаку Ирка, - очухаться не успеешь, а тебе уже двадцать семь... После этого рубежа бабы дают объявления в газеты: "Одинокая, симпатичная, мечтает познакомиться..." О чем ты думаешь, чудо в перьях?
Все это Маша понимает, но только пожимает плечами. Как-то у нее не складывается личная жизнь. Мужчины существа неприятные (по примеру родного папаши) и Маша смотрит на них даже с опаской.
Больше чем парни, беспокоило Машу будущее материальное обеспечение. Известно сколько получает учительница литературы. Своего жилья в городе нет, а если квартиру снимать, учительской зарплаты не хватит. Должность учительницы - с голоду не умрешь, но и не пошикуешь, да за квартиру, да коммунальные платежи! Где уж тут ребенка заводить.
Студенческой стипендии на жизнь не хватало. Уже на первом курсе Маша старалась найти приработок: Готовила к экзаменам школьников-лодырей, летом ездила воспитателем в оздоровительный детский лагерь, вела внеклассную работу в прикрепленной к институту гимназии.
В самом начале третьего курса с похода на урок к такому лодырю, и началось ее знакомство с Виктором Ивановичем и его сыном Колей. Середина октября, возвращается Маша домой почти в темноте, шлепает по лужам. И "работодатель" , и ее квартира находится в студгородке Пединститута, так что идти недалеко. В одном совсем не прекрасном месте выворачивается на перекресток навороченный джип и обдает Машу с ног до головы потоками грязи. Стоит она как дура, даже злиться и проклинать этого болвана не успела начать. А джип, проехав двадцать метров, усовестился и сдал назад.
Дверь машины открывает дядечка с красивой сединой и начинает извиняться. Поскольку перед ним стоит двадцатилетняя симпатяга (правда упакованная более чем скромно) извиняется он особенно пространно. И в конце говорит:
- Я живу тут совсем рядом, не согласитесь ли вы заехать ко мне, почистить и высушить одежду?
А рядом за углом расположены коттеджи всяких "богатеньких Буратино" , которые скупили кособокие избушки обывателей и понастроили на их месте кирпичных особняков. И такое ее разобрало любопытство поглядеть, как живут сливки нашего общества. А, где наше не пропадало! Без дальнейших уговоров Маша села в машину и поехала. Не стала ему объяснять, что ее квартира тоже "почти рядом" , но за другим углом. Потом Ирка пришла в ужас от рассказа Маши:
- Как можно, села вечером в машину к незнакомому мужику! А вдруг он маньяк!
Доехали в пять минут, за которые дядечка успел представиться владельцем сети бензоколонок Виктором Ивановичем. Живет он вдвоем с сыном-школьником. Двор за высоким кирпичным забором, который наводит на мысли о Кремлевской стене. Дом двухэтажный как в телесериалах, но ничего необычного. Открылись ворота, и в них встречает дядечка в камуфляже. Козырнул хозяину и больше не обращает на них внимания.
Прошлепала она мокрыми кроссовками вслед за хозяином в шикарную комнату.
- Возьмите переодеться, пока ваше сушиться будет. - Говорит хозяин и открывает шкаф, в котором две стопки одежды. В каждой рубахи и штаны самых разных фасонов. В одной все крупногабаритное - на хозяина. А во второй вроде бы на подростка. Выбрала подходящее и пошла в ванну. А ванная размером больше комнаты, в которой она с Иркой живет, блеск никеля и зеркал, мыло и мужской порфюм на любой вкус.
После пили кофе. Хозяин не столько о своей жизни рассказывал, сколько Машиной интересовался. Потом она переоделась в свое высохшее и хозяин вызвал такси.
- Надеюсь, еще встретимся, - сказал он Маше на прощание.
Через пару дней была Маша опять на практике в элитной гимназии. Подходит к ней учительница литературы Татьяна Ивановна. Она знала о Машиных финансовых проблемах и очень сочувствовала. И говорит:
- Знаете, Маша, отец одного из учеников моего класса ищет домашнюю воспитательницу своему сыну. Вы отца знаете, он говорит, что подвозил вас как-то вечером. Подросток трудный, матери нет, а папаше заниматься с сыном некогда. В школе у Коли оценки неплохие, но дисциплина отвратительная. По этому поводу папаша интересовался лично Вами. Отец желает, чтобы воспитательница жила у них в доме и хотя бы обучила Колю прилично вести себя в обществе. До того, как Коля окончит школу, Вы сумеете накопить денег, тем более, что гувернантке положено приличное вознаграждение. Питаться будете вместе с хозяевами.
- А как же учеба? - спрашивает Маша.
- Свое образование сможете завершить и на заочном отделении, в этом я не сомневаюсь. - успокоила ее Татьяна Ивановна. - А по всем вопросам воспитания вашего подопечного обращайтесь ко мне без всякого стеснения.
Подумала Маша какое-то время и пошла наниматься.
1. ГУВЕРНАНТКА МАША, ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ
Виктор Иванович сразу потащил меня к нотариусу, договор оформлять. Хороший договор, без всякой эксплуатации несчастной гувернантки. Отпуск месячный положен, зарплата такая, что голова закружится - до окончания моим подопечным школы можно на квартиру накопить.
Еще нужно сказать о моем размещении в этом бездушном особняке. На первом этаже находятся: просторный холл, столовая, кухня и библиотека. Ее хозяин сохранил как память до рыночных времен, когда он был доцентом в нашем Институте нефти и газа. На втором этаже кабинет хозяина, спальни отца и сына, комната для меня. Очень просторная комната, мои немногочисленные шмотки далеко не заполнили встроенных шкафов, а книги полок. Даже о хорошем письменном столе мой работодатель позаботился.
Кроме того, особняк напичкан многочисленными ванными комнатами, душевыми и туалетами. Еще, на мой взгляд, в нем слишком много телевизоров, видеомагнитофонов и компьютеров, которые понатыканы почти в каждой комнате.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|