 |
 |
 |  | Нам весело не было. Наши тела были исполосованы. Она выпорола нас ремнем с пряжкой, потом решила передохнуть и нам тоже ехидно посоветовала, приказав нам сесть на средний шпагат и поднять руки вверх. Сразу прибежали четверо мужиков, которые держали наши ноги. Через пять минут руки отекли, а ноги раздирало от боли. Я орала, Юлька сидела молча. Но я-то знала, что она никогда не занималась гимнастикой и никогда в жизни не садилась на шпагат. А тут... НУ ничего, это были цветочки. Потом эта садистка положила нас на животы и привязала по рукам и ногам. Те же самые мужики начали дубасить нас палками по пяткам. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Как только он окреп, я усадил Иру на подоконник, она уперлась в него руками, а я закинул её ноги себе на плечи. Мой член легко вошел ей во влагалище. Я начал её трахать, стараясь попадать головкой члена по матке. Ира старалась помочь, вовсю подмахивая мне задом. Так прошло около получаса. Всё её тело покрылось мелкими капельками пота, а руки начали дрожать. Я понял, что она уже устала, вышел из неё и опустил её ноги на пол. Потом, покрывая частыми поцелуями всё тело, я опустился перед ней на колени и прильнул к её половым губкам, лаская языком твердую горошинку клитора. Ирина стояла передо мной, широко раздвинув ноги и крепко прижав мою голову к себе. После того, как она кончила, я схватил её за руку и повел на балкон. Там я опер её грудью на перила и вошёл в неё сзади. Ночь была теплой и темной. Может, нас и видел кто-то страдающий бессонницей, но меня это мало волновало, а Иру приводило в восторг. Её оргазм был не слабее, чем от руки. У меня же кончать было уже нечем, поэтому член стоял всё время, как стойкий оловянный солдатик. Я имел Ирину на протяжении всей ночи ещё несколько раз в классических позах, но, думаю, читателям это не так интересно. Утром я завалился домой весь измотанный, невыспавшийся и выжатый как лимон. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Женечка вздохнув, опустилась на колени и жадно впилась губами в головку члена, медленно погружая его в рот. Борька сделал движение тазом и не встретив возражений, положил руки на голову Женечки, стал насаживать ее рот на член, все ускоряя и ускоряя фрикции. Она чувствовала как по губам скользят вздутые вены под кожей члена и горячая волна опустилась вниз во влагалище, между ног стало влажно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мужик выглядел очень колоритно. Этакий двухметровый Крокодил Данди в выгоревшей зелёной рубашке, шляпе с узкими потёртыми полями, оливкового цвета бриджах и сандалиях. Лицо мужчины занимали пронзительно-голубые глаза, шрам на левой щеке и свирепые, стремящиеся вниз усы, переходящие в бакенбарды. В огромных волосатых лапах он держал листок бумаги, на котором квадратным детским почерком красным маркером было выведено кириллицей: "ИЛИR МОРОZОВ". При этом мужик лучезарно улыбался своими голубыми глазами и железно-золотой разбойничьей улыбкой. Ничего более комичного Даша в жизни не видела. |  |  |
| |
|
Рассказ №13243
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 23/10/2011
Прочитано раз: 62378 (за неделю: 0)
Рейтинг: 42% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не просто блядь, а сфинктерная блядь, анальная сука. Меня ебут только в жопу используя пизду исключительно в качестве индикатора моего блядского состояния. Пизда должна быть всегда течная, набухшая и хлюпающая, а если это не так, то меня порют по ней тростью до крови. Потом я должна насаживаться жопой на толстую ножку перевернутого табурета, пока окровавленная пизда не потечет так, как положено бляди. Но никакая ножка не сравнится с размером и твердостью члена Господина, которые я почувствую, когда приму его глубоко в жопу...."
Страницы: [ 1 ]
Я уже долго стою голая раком cо стальным расширителем в жопе, растягивающим до предела воспаленное очко, стою перед Господином и вылизываю его ноги. Господин только что пришел и я встретила его полностью голой, так как став блядью Господина, я больше никогда, ни при каких обстоятельствах, вне зависимости от погоды и присутствия посторонних людей, не имею права носить одежду, украшения и что либо иное на своем теле, кроме расширителя в жопе. Я должна быть всегда открытая и максимально доступная для использования в любой момент, со свисающими сиськами, торчащими сосками, выпяченной течной пиздой и оттопыренной разъебанной жопой. Открыла дверь, опустилась на колени, поцеловала Его руку и мы пошли в гостиную. Я всегда иду немного впереди на четвереньках, чтобы Господин видел мои ягодицы со следами порки и раскрытое очко между ними.
Рубцы должны быть всегда свежими, сочащимися и болезненными при малейшем касании. Если они начинают подживать, то я сама говорю об этом Господину и приношу трость для нанесения новых. В случае, когда во время порки очередной удар не доставляет мне максимальной боли, то я прошу его повторить и стараюсь подставить самое чувствительное место. Господин сел в кресло, я его разула, сняла носки и теперь должна слизать пот и усталость со ступней, так, чтобы запах взопревших в обуви мужских ног был полностью смыт моей слюной.
Лежа сиськами на паркетном полу, максимально прогнув спину и задрав высоко жопу, тщательно отлизываю, забираясь влажным языком между пальцами, и посасываю каждый из них. Потом всей поверхностью языка вверх по стопе и снова пальцы в рот, чтобы они обмывались в моей слюне. Я представляю, что каждый палец Господина маленький член, и я должна его отсасывать очень нежно и заботливо. Не отрываясь ни на секунду, работаю языком, переходя от одной стопы к другой, скольжу слюнявым языком по подошвам ног стараясь размять и размягчить затвердевшие места на них, пока пинок ноги не напомнит мне о дальнейших обязанностях. Насухо вытираю ноги своими сиськами, сжимая между ними стопы Господина, уже чистые и свежие после моей работы ртом и языком. Расстегиваю Его вельветовые брюки, приспускаю их вместе с трусами и высвобождаю член.
Утыкаюсь носом в пах Господина и на мгновение замираю. Запах яичек я не спутаю ни с чем. Касаюсь их губами. Вначале поцелуй. Поцелуй покорной бляди, готовящейся обслужить ртом и языком самые интимные места своего Господина. Очень нежно и заботливо начинаю вылизывать всю промежность. На улице уже жарко и она у Господина также как и ступни ног сильно вспотела, особенно под яичками и между ягодиц. Не спеша, высунув максимально язык, приподнимая носом тяжелые, наполнившиеся за день спермой яички обмываю все слюной, обсасываю ее и сглатываю. Теперь ниже. Осторожно зарываясь лицом между ягодиц Господина, начинаю заботливо слизывать пот с его ануса.
Не спеша, иногда чуть-чуть посасывая анус губами, чтобы высосать пот и из самого углубления. Это нужно делать долго. Чтобы все было и там чисто и свежо. Если я буду старательной, то анус слегка расслабится, и я смогу забраться языком внутрь попки Господина. Это моя цель и награда. Правда пока мне это редко удается, за что и получаю регулярно в качестве наказания свою внеплановую четырехлитровую клизму с густым мыльным раствором, которую сама себе и ставлю раскорячась раком перед Господином.
Я режу большой кусок мыла на части и все до единой засовываю себе в задний проход, наливаю в емкость клизмы горячую, почти кипяток, воду и принимаю ее в кишки с небольшим напором, чтобы вода успела растворить мыло и смешаться с ним. Так как клизма емкостью два литра, то мне приходится, не вынимая наконечник из жопы, идти в ванную, доливать воду, возвращаться и снова став раком и принимать вторую порцию. Вот и сейчас вылизывая яички Господина морально готовлюсь к наказанию клизмой, во время которого буду скулить, потеть и трясти жопой от сильных спазмов в кишках и рвущейся наружу воды, которую мне нужно всеми силами удерживать, так как снова не смогла языком расслабить Его анус и вымыть изнутри. Обслуживая яички Господина, я должна быть запредельно нежна. Очень, очень долго я буду посасывать и лизать их.
Рот бляди редко касается самого члена Господина, хотя и готов к этому в любую минуту. Ощущение головки в горле я должна заслужить. А пока позволено только лизать яички и анус.
Я не просто блядь, а сфинктерная блядь, анальная сука. Меня ебут только в жопу используя пизду исключительно в качестве индикатора моего блядского состояния. Пизда должна быть всегда течная, набухшая и хлюпающая, а если это не так, то меня порют по ней тростью до крови. Потом я должна насаживаться жопой на толстую ножку перевернутого табурета, пока окровавленная пизда не потечет так, как положено бляди. Но никакая ножка не сравнится с размером и твердостью члена Господина, которые я почувствую, когда приму его глубоко в жопу.
Стою раком на кровати, вжавшись сиськами в ее поверхность, полностью готовая к использованию - спина прогнута до боли, ляжки максимально раздвинуты, очко и пизда выпячены. Я должна быть такой готовой всегда - голой, эпилированной, проклизменной, тщательно смазанной и с растянутым расширителем очком. Поэтому подолгу готовлю себя для члена Господина. Глубокие, тугие клизмы каждые утро и вечер и обязательно перед встречей занимают много времени. Иногда Господин присутствует при этом.
Тогда процедура сопровождается еще и поркой с одновременным удержанием воды внутри. Это очень сложно, ведь чтобы ни капли воды из четырех литров, залитых в мою жопу двумя порциями, не пролилось, я должна сильно сжимать очко, напрягая ягодицы. При этом удары трости становятся намного больнее. Еще очень трудно одновременно сжимать очко и максимально выпячивать жопу, так чтобы ягодицы разошлись и подставились под очередной удар. Блядь должна стараться выпячиваться так, чтобы Господину было комфортно и удобно ее пороть с максимально возможной болью, рассекая кожу и даже мышцы до крови жесткой тяжелой тростью. Но все же чаще всего клизмы ставлю сама в одиночестве, прилежно, старательно и не отлынивая. Ведь я должна быть чистой и легкой, чтобы меня можно было без проблем в любой момент насадить очком на большой член Господина.
Вот и сейчас я промытая терпеливо жду, оттопырив голую жопу, не смея оглянуться назад. Очень боюсь момента, когда мне прикажут вынуть расширитель, и я должна буду сама без напоминания широко раздвинуть руками ягодицы. Ведь я так привыкла к железу, беспрерывно растягивающему мое вечно натертое и воспаленное очко, что чувствую себя без него еще более раздетой и ощущаю теперь беззащитной и полностью открытой жопой любое движение воздуха в комнате. Вся дрожу и покрываюсь мурашками. Первое проникновение, несмотря на регулярный прием члена Господина в жопу и постоянное ношение расширителя, всегда болезненное и ошеломляющее. Как ни расслабляйся, все равно тебя будут взламывать и растягивать.
Еще мгновение и толстая, налитая головка ляжет в углубление очка. Член Господина медленно, туго, с болью, по-хозяйски войдет в меня до упора и без намека на снисхождение будет ебать. А я, всем своим глупым телом преодолевая эту боль, буду помогать Господину ебать меня. Это обязанность сфинктерной бляди - помогать и обслуживать член Господина своей жопой. Главное следить за движением члена. Вот он врывается внутрь, сминая любое сопротивление - глубоко и часто дышу, раскрываясь навстречу. Потом движение назад.
Нужно сжаться, напрягая очко, как бы пытаясь задержать член в жопе. Очень важно не упустить момент, когда Господин остановится, оставив внутри только головку и начать плавно крутить жопой, массируя ее очком. Как правило, у Господина в этот момент в руке трость, которой он иногда стегает мои ягодицы. Это сигнал к тому, что я должна начать сама резко насаживаться очком на член до самых яиц. Кричать мне нельзя и поэтому я кусаю до крови губы. Кусаю и насаживаюсь. Опять трость обжигает ягодицу, и я замираю, чтобы не мешать Господину ебать меня в жопу так, как ему хочется. Он делает это подолгу, меняя направление, глубину и скорость движений. Почувствовав, что член покинул мою жопу, я начинаю тщательно вылизывать его, став перед уже сидящим в кресле Господином на колени. Только вылизывать, взять его в рот я опять не имею права.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|