Рассказ №13354 (страница 2)

     Почувствовав животом мой восставший фаллос, Игнасия тихо засмеялась и прошептала мне на ухо: "Давай я выгнусь". Она высвободилась и, повернувшись ко мне спиной, выгнулась. Обхватив ее бока, я прижался к пышным ягодицам и проник в вожделенную щель. В полной темноте, стараясь не произнести ни звука, мы наслаждались друг другом в этом необычном месте и необычайной позе, и это доставило мне особенное наслаждение.
     Игнасия двигала задом и слегка покачивала бёдрами из стороны в сторону. Кончили мы вместе и очень бурно. Игнасия шепнула мне - "Пойдём обратно". Через несколько минут мы уже были в постели. В эту ночь мы не спали. Возбуждённый увиденным, а ещё больше самой Игнасией, я обладал ей несколько раз, каждый раз получая новое удовольствие, ибо эта многоопытная, искусная женщин одинаково искусно служила Эросу в любом положении: стоя на четвереньках и лёжа на спине поперек кровати с поднятыми мне на плечи ногами, сидя у меня на коленях и лёжа на боку. Словом мы перепробовали немало способов, изображенных в памятном мне альбоме, обменивались замечаниями и выбирали позу следующего совокупления. Совершенно измученные и опустошённые мы заснули лишь утром, положив голову друг другу на грудь. Проснулись мы около полудня и ещё долго нежились, в постели. Я напомнил Игнасии о её согласии позировать мне.
     - Не сейчас, сын мой - ответила она. - Я приду сама, когда придёт время. Обедать я ушёл к себе, а за ужином Франциска сообщила мне, что сегодня я проведу ночь с сестрой Лаурой. Лаура оказалась рослой брюнеткой
     лет тридцати с мрачным некрасивым лицом. У нее было смуглое, крепкое, широкое в кости тело, которое было бы привлекательным, если бы не считать чрезмерного количества волос на нём. Чёрные, густые волосы кучерявились на её ногах, доходили почти до середины живота, виднелись даже в ложбинке между её твёрдых грудей. Это было достаточно неприятно и отнюдь не способствовало моему возбуждению.
     К тому же Лаура оказалась холодна и неумела в совокуплении. С великим трудом я оросил ее вялое лоно и почти сразу уснул. Я проснулся первым и сразу ушел.
     Вечером Франциска отвела меня к новой партнёрше, которую звали Доминика. Это была маленькая, худощавая женщина с неожиданно большими, слегка отвисшими грудями. Ее тело было прохладным и упругим, кожа гладкая и нежная. После волосатой Лауры мне было приятно ласкать новую подругу. Ее лоно казалось настолько узким, что фаллос проткнулся в него с трудом. Такого я ещё не встречал, Необычность нового ощущения распалила меня и я, с всё возрастающим удовольствием отправился в путь по дороге сладострастия. Доминика, как-то робко помогала мне, изредка вздыхая.
     - Тебе не больно, - опросил я.
     О, нет, мой повелитель, - прерывистым шёпотом ответила она.
     - Мне хорошо, обними меня покрепче. - В ответ я так сжал её тело, что казалось, хрустнули её тонкие кости, но она лишь простонала: " Ещё, ещё сильнее! О, какое блаженство! Сделай мне больно, сделай больно!" Я лежал на ней всей своей тяжестью, прижимая к постели ее маленькое тело. Доминика обвила меня руками и ногами. Казалось слиться теснее уже не возможно, но она, извиваясь подо мной и задыхаясь, молила: "О, сделай мне еще больнее, разорви меня, растерзай!" Я не успел задуматься над её странной просьбой, ибо ее яростная страсть заразила меня и разожгла. В безотчётном порыве я ущипнул её за ягодицу: "Ах... ", - радостно воскликнула женщина: "Еще, еще сильнее... "
     Уже не задумываясь над тем, что я делаю, в каком-то диком экстазе я принялся царапать и щипать её ягодицы, бока, плечи. И чем больше я причинял ей боль, тем яростней двигалось её тело подо мной, с большей страстью отдавалась она, радостно вскрикивая и шепча бессвязные слова. И вот я забрался на вершину страсти по узкой тропинке Доминики и излил в неё сладострастный душ. Наконец она успокоилась. Некоторое время мы лежали молча, потом она робко погладила мое плечо. Я понял её намерения и сказал: " Я отдохну немного. Ведь ты жаждешь продолжения?"Да, - тихо сказала она, прильнув ко мне, если ты не откажешь. - Конечно, нет. Только неужели тебе не больно?
     - О, нет, ты не поймешь этого. Я вся сама не своя, когда ты ласкаешь меня.
     Но я ckopee терзаю, чем ласкаю.
     - Это и есть для меня лучшая ласка. - Я пожал плечами и обнял её.
     Вскоре факел возбуждения разгорелся вновь, я приподнялся, готовясь внести его в пещеру наслаждения, но Доминика остановила меня: "Позволь мне сесть сверху". - "Как хочешь". Я повернулся на спину и она, усевшись на мой фаллос, принялась сама ласкать меня, энергично двигая
     Бёдрами и ягодицами. Очень скоро она опять впала в экстаз. 3акрыв глаза и, содрогаясь, она почти приказала сквозь стиснутые зу6ы "Сделай мне больно! Скорей!" Уже не удивляясь, я стал щипать её со всей силы, на которую был способен. Зараженный её неистовством, я щипал её бёдра и грудь, сжимал и выкручивал руки. Доминика лишь сладострастно стонала, с ещё большей силой двигая задом, привставая и вновь садясь на мой член, стонала "О, сильней! Ударь меня, ударь!" В как-то сладострастной ярости я ударил ее несколько раз по лицу. Вдруг она откинулась назад, и в её руках появился какой-то предмет. "Возьми, - она сунула мне в руку - бей меня сильней я вся твоя, бей меня, убей!" Слова слетали с её губ вместе с хриплым дыханием. В своей руке я увидел короткую кожаную плётку. Где-то в углу моего сознания мелькнуло, что это чудовищно, но бешеная волна сладострастия накрыла меня. Я хлестнул женщину по плечу.
     - Ах! - воскликнула она. - Блаженство! Сильней! - Захваченный этой дикой игрой, я хлестал её по плечам, по спине, груди, по бедрам. Извиваясь под ударами, она не переставала работать ягодицами. Доминика просила бить сильнее. Но я уже бил так, что даже в полутьме было видно, как плеть оставляет следы на теле женщины. Любой человек кричал бы от боли. Ее голос перешёл в сплошной хриплый вой, 6ешенный, страстный, пугающий. Доминика неивствовала. На её теле уже не было живого места, а она все наслаждалась этой ужасной лаской, этой пыткой сладострастия. Внезапно она страшно закричала и рухнула на мою грудь, дёргаясь в конвульсиях страсти и кусая мои плечи. Я почти не чувствовал боли, потому что в этот миг в тесноте ее коридора выплёскивалась чаша моего вожделения. Свалившись с меня, Доминика сразу уснула, а я ещё долго лежал без сна, думая об этой, более чем странной женщине.
     Я проснулся поздним утром, чувствуя себя раз6итым, встав с постели, я посмотрел на спящую женщину. Откинув одеяло, я отшатнулся, когда увидел дело моих рук. Всё её тело представляло сплошной кровоподтёк. Бёдра, живот, груди покрывали синие багровые пятна, набухшие кровью рубцы. Груди разбухли и почернели. Плеть со следами запёкшейся крови валялась, рядом с кроватью. Я прикрыл одеялом несчастную женщину, оделся и тихо вышел. Игнасия доверила мне ключи от моей двери, с условием - что я не выйду из неё днем/.
     За завтраком я сказал Франциске, что хочу сегодня отдохнуть. Она молча кивнула. Я действительно чувствовал себя разбитым. Почти весь день я провалялся в саду, лениво перелистывая книгу, принесённую Франциской по моей просьбе из библиотеки Игнасии. Книга оказалась порнографической. Несомненно, Игнасия сама под6ирала мне её, заботясь о надлежащей духовной пище для меня.
     На следующий день я осведомился у Франциски как себя чувствует сестра Доминика. Понимающе усмехнувшись, та ответила, что oнa ещё слаба, но полна благодарности за восхитительную ночь. В свою очередь Франциска поинтересовалась моим здоровьем. Я ответил, что вполне здоров и готов осчастливить новую невесту Христову. Эту ночь я провел с Атонией, молодой, хорошо сложенной, но с некрасивым лицом. Она проявила завидный темперамент и достаточный опыт в искусстве совокупления, так, что с большим удовольствием я овладел ею несколько раз, тем более что она представляла приятный контраст с её предшественницей - Доминикой, так как не требовала ничего странного и отдавалась умело и страстно. Мне ocoбeннo понравилась одна из наших игр, когда я лежал на спине, Антония села на мой фаллос, откинулась назад и легла на мои ноги, в то же время, вытянув свои. Она двигала, ягодицами, играла мускулами своего, на редкость приятного, лона. Я, приподняв голову, видел соединение наших плотей и это еще больше возбуждало меня.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: