Рассказ №13363 (страница 2)

     -Свершилось! - Громко произнесла. Игнасия. - господь избрал сестру Флавию! Завтра она первая соединится с избранником всевышнего. - Монахини запели молитву, а меня сестра Франциска отвела обратно в мои апартаменты. В эту ночь я долго не мог заснуть. Все происходящее подействовало на меня странным образом. Эта Литания словно сняла с меня остаток стыдливости. В моём распалённом воображении пронеслись сладострастные картины обладания всеми этими женщинами. Весь следующий день я провел в ожидании предстоящей ночи, ведь мне предстояло начать свое великое деяние.
     Около 11 вечера Франциска отвела меня в келью Флавии, мало, чем отличавшуюся от той, в которой я провел свой первый день. Сама же Флавия меня разочаровала. Она оказалась низенькой полной женщиной, лет сорока, с круглым до6родушным лицом и живыми маленькими глазками. Окликнув её, я сел на кровать, не зная как приступить к делу.
     -Хочешь выпить, - спросила она. И не дожидаясь ответа, она извлекла откуда-то из-за угла кувшин и две кружки. - Я же ключница, со мной не пропадёшь. Её разбитной тон меня немного покоробил, но я быстро освоился и через несколько минут нашими общими стараниями кувшин быстро опустел.
     - Погоди, мы ляжем не здесь.
     - А где же?
     - В молельной.
     - Как? при всех?
     - Да, а что?
     - Но, как же можно?
     - А почему нельзя? Не бойся ничего страшного не случиться.
     - Она подмигнула: "Хочешь поглядеть на меня? Я еще вполне гожусь для такого дела. " Вскочив, она проворно подтянула свою рясу до подбородка, и я увидел белое, пышное тело с широкими бёдрами и толстыми, слегка отвисшими, ягодицами.
     - Ну, как?
     - Все в порядке, - засмеялся я, шлёпнув её по толстой ягодице.
     В этот момент вошла Франциска и пригласила нас в молельню.
     Как и вчера монахини стояли полукругом перед помостом, но теперь на нём помещалось нечто вроде широкой тахты, покрытой неизменным белым
     покрывалом. При взгляде на это ложе, предназначенное для нашего с Флавией публичного совокупления, предстоящее показалось мне диким и невозможным. Мы взошли на помост, где уже собрались все и стояла Игнасия - распорядительница этого церемониала, окинув нас пристальным взглядом, она спросила: "Укрепили ли вы свой дух, дети мои?" "Укрепили, мать Игнасия, - ответил я, вспомнив пустой кувшин.
     - Готовы ли вы к свершению таинства?
     - Готовы, мать Игнасия, - ответила толстушка Флавия тонким, смиренным голосом.
     - Тогда, да свершится воля господа нашего, приступайте.
     Монахини запели молитву. Флавия проворно скинула рясу и улеглась на ложе. Повинуясь нетерпеливому взгляду Игнасии, я тоже обнажился. Я подошёл к ложу и Флавия с готовностью подняла ноги, поддерживая их руками, чтобы сделать доступным вход в ворота сладострастия. Желание медленно поднималось во мне. Сделав над собой усилие, я лёг на Флавию и с её помощью мой, еще не совсем затвердевший член, вошел в ее лоно. Надо сказать, ее ворота оказались значительно шире, чем следовало бы и не
     встречая приятного сопротивления, мой фаллос шаркал по стенкам коридора, как пьяный гуляка. Почувствовав это, Флавия опустила ноги и принялась рьяно помогать мне. Поначалу мысль о том, что на нас смотрят обитательницы монастыря, сковывала меня, но постепенно я увлекся делом и перестал думать об этом. Флавия очень старалась, так что ложе под нами ходило ходуном. Повернула голову, я увидел лица послушниц, бледные, с горящими глазами. Эта сцена произвела на них сильное впечатление.
     Да и кто остался бы равнодушен при виде двух обнаженных тел, сплетённых в бесстыдной позе? Однако время шло, а конца пути еще не было видно. Я чувствовал, что моя партнерша устает. Ощущая на себе взгляд Игнасии, я вдруг представил ceбe, что не Флавия лежит подо мной, а Игнасия, что это её тело сжимают мои руки. И тут же я с облегчением почувствовал, что закипевшая страсть готова выплеснуться наружу. В тот же миг и Флавия судорожно эа6илась подо мною, разделяя со мной секунды упоения.
     Я услышал чей-то слабый крик и правым глазом увидел, как одна из монахинь, чьи нервы не выдержали, упала в обморок... .
     Поднявшись и надевая свою хламиду, я взглянул на Игнасию. ее щёки пылали, взгляд был почти страшен. Франциска отвела нас с Флавией в её келью. Когда мы остались одни, Флавия заперла дверь на щеколду и достала новый кувшин с вином. Мы молча осушили по кружке. Утирая рот, Флавия сказала: "Вижу, не понравилась, я тебе". "Да нет, отчего же, только бы я предпочел, чтобы твоя тропинка была поуже"
     - Что ж поделаешь, - засмеялась она, многие топтали, вот и стала
     Она такая широкая, ну давай спать.
      Когда мы улеглись, Флавия прижалась ко мне и шепнула:
     "Может быть ещё?"
     "Устал я что-то"
     - Ну, тогда спи".
     Я проснулся первым при утреннем свете увидел, что моя толстушка посапывает, а ее рука крепко сжала мой фаллос. Почувствовав мой взгляд она открыла глаза и привстала: "О господи, уже утро!" Она потянулась, обняла меня за шею, жарко шепча: "A может ты утешишь меня еще раз, а? Хочешь выпить?" Она вскочила с кровати, пока она наливала вино в кружки, я разглядывал ее тело. При дневном свете оно выглядело хуже: на боках обнаружились складки, тяжёлые груди свисали к жирному животу. Словом,
     Это была далеко не Венера. И особого желания обладать ею у меня не было. Выпив вина, скользнула в постель и прижалась ко мне: "Ну, как?" Вместо ответа я стал тискать её жирное тело, стараясь возбудиться. Она в свою очередь, забрала в руку мой фаллос. Наконец, благодаря моим, а в ещё большей степени её стараниям, я был готов облагодетельствовать толстушку. Флавия проворно поднялась на колени, улеглась грудью на подушку и, подняв вверх свой толстый: зад сказала: "Ну, давай скорее".
     Я пристроился сзади, взяв руками женщину за бока, ввел свой посох в её устье. На этот раз тропинка ее стала уже и я с удовольствием прижался к полным ягодицам, глубже погружаясь в заветный колодец. Нагнувшись, я принялся мять большие груди женщины. Флавия довольно посапывала, двигая задом мне навстречу. Оросив ее тропу, я поднялся с постели и распрощался с Флавией.
     Вездесущая Франциска проводила меня в мою келью. Почти весь день я провел в своей постели, набираясь сил перед новыми ночными трудами. Но в следующую ночь меня не стали тревожить, и я был несколько разочарован этим. На другой день утром я перелистывал свой альбом и наткнулся на карандашный портрет Игнасии, у меня появилась мысль изобразить Игнасию красками, на холсте, и никак-нибудь, а обнажённой, в виде Венеры. Тот час же я принялся за эскиз. Конечно, рисование по памяти, не то, что с натуры, весь день я провозился с рисунками, фигура Игнасии всё не удавалась. К вечеру я с досадой отбросил карандаши и кисти, встал, расправляя уставшее тело. Оглянувшись, я увидел, что за моей спиной стоит Игнасия.
     - Ну, что ж, усмехнулась она, - сходство есть.
     - Конечно, если бы ты позировала мне, было бы совсем другое дело. - Тогда придется позировать, но я ставлю условие - портрет останется у меня.
     - Я сочту за честь подарить его тебе.
     - В таком случае в свободное время я буду тебе позировать, а сейчас давай ужинать"
     3а столом Игнасия сказала - сегодня ты проведешь ночь у Франциски.
     Я лишь пожал плечами, от новой партнерши я был не в восторге, поскольку я мог догадаться, что она была костлявая высокая женщина, без признаков темперамента.
     Франциска, оригинальная женщина - заметила Игнасия на мой недовольный жест. - Ручаюсь, тебе с ней будет интересно. Кстати, как тебе понравилась Флавия?
     - С тобой, мать Игнасия. - совершенно откровенно сказал я, - не идет ни в какое сравнение. - Игнасия слегка улыбнулась, было видно, что ей понравились мои слова. Она продолжала: "Береги силы, не очень растрачивай себя, впереди ещё три десятка сестер, да несколько летаний"
     - Но почему господь избрал меня одного? Не мог он послать вам несколько мужчин?
     - Ни каким образом, - Игнасия усмехнулась - укрыть в монастыре несколько мужчин: гораздо легче укрыть одного, чем нескольких.
     После ужина Игнасия простилась со мной, а появившаяся вскоре Флавия проводила меня к Франциске.
     Когда я вошел, Франциска встала мне навстречу. Я впервые увидел ее лицо, так как капюшон от рясы был откинут. Оно было примерно таким, каким я себе его представлял: узкое, бледное, бескровные губы, острый подбородок. Пряди белых волос спадали на плечи. Франциска молча кивнула мне и сразу стала раздеваться. Я последовал ее примеру, и так как эта процедура отняла у меня меньше времени, я лег в постель первым и при свете одинокой свечи увидел обнажённое тело Франциски.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также: