 |
 |
 |  | Очень долго я была студенткой дневного отделения. Hеприлично долго. Я была студенткой дневного отделения пять лет, а закончила при этом всего три с половиной курса. Потом я стала студенткой заочного отделения. Дело не в этих тривиальных цифрах и пошлых подсчетах соответствия законченных учебных курсов годам, проведенным в университете. К сожалению, я уже не помню, как определяется действенность (это термин из учебника Е. Прохорова "Введение в журналистику", не путать с девственностью) |  |  |
|
 |
 |
 |  | Обильный поток белоснежного семени полностью покрывал своей сладострастной пеленой похотливое лицо Татьяны Борисовны. Она была просто счастлива от такого великолепного заряда отменной спермы выпущенной ей прямо в лицо, которое к тому моменту представляло собой густое месиво семени. После этого, Иван Сергеевич вылизывал все это месиво смачно сплевывая. Затем убедившись, что Танечкина физиономия является размазанной смесью его семени и слюны, он вставлял свой член, в дерьме, в Танечкин ротик, и заставлял ее слизывать и глотать ее же выпущенное на его член дерьмо. После этого работник Государственной Думы удалялся... |  |  |
|
 |
 |
 |  | Я упал на колени и ничего не соображая принялся жадно обсасывать небольшие изящные пальчики ее ножки. В это время ее рука опустилась к ней между ног и она забросила голову назад. После какого то времени она выдернула у меня ножку встала, ополоснулась и вышла из ванны. Я бросился за ней. Тетя Галя, лежала на родительской кровати совершенно голая с разведенными ногами и смотрела на меня. Ее выбритая киска была вся в соку и призывно раскрывалась как прекрасная раковина. Я, уже не в своем уме бросился на нее и прильнул к ней губами, ведь именно сюда я стремился уже так давно. |  |  |
|
 |
 |
 |  | То, что в армии секс есть, отрицать могут либо полные профаны, либо лукаво врущие пропагандисты плакатной нравственности, потому как сексуальные отношения в армии - это такая же данность, как и то, что на смену весны приходит лето, а дважды два всегда четыре, - дело вовсе не в сексе, который в армии был, есть и будет вне зависимости от чьих-то мнений или утверждений, а всё дело в том, какие формы приобретает проявление естественной сексуальности в условиях армейского сосуществования... то есть, всё дело исключительно в формах - они и только они со всей очевидностью определяют, станет ли однополый секс кайфом, пусть даже урывочным и торопливым, но неизменно сладостным, о котором на всю жизнь остаётся память как о чём-то шумяще молодом, желанном, упоительно счастливом, или же этот самый секс обернётся своей совершенно иной - неприглядной либо вовсе трагической - стороной, - суть не в сексе как таковом, а суть исключительно в формах его проявления: любой секс изначально, сам по себе - это нектар, но нектар этот может быть разлит судьбой в красивые бокалы, и тогда он заискрится в сердцах чистым золотом, так что каждый глоток будет доставлять неизмеримое удовольствие, а может случиться так, что этот напиток богов окажется в грязных залапанных кружках общего пользования, и тогда... грубое насилие, сопряженное с унижением и болью, или пьянящая, безоглядно упоительная сладость дружбы - это уже у кого как сложится, если сложится вообще... |  |  |
|
|
Рассказ №13541
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 12/06/2024
Прочитано раз: 44640 (за неделю: 10)
Рейтинг: 66% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пришлось снова встать на колени, спиной к нему и намазать смазкой розовую анальную пробку. Юбку задрала, трусики приспустила. Но, прислонив пробку к попе, поняла, что так не удобно - надо наклониться, лечь грудью почти на свои коленки и тогда я не буду терять равновесие и попа будет раскрыта для вторжения игрушки. Пока я возилась, смазка подсохла, я начала намазывать ее заново...."
Страницы: [ 1 ]
Мы с мужем ввалились в лифт. Вечеринка удалась на славу, оба повеселились и настроение было приподнятое. Муж посмотрел на меня плотоядно и притянул за талию к себе:
- Ты плохая девчонка! Я видел, как ты жеманничала с тем быком на танцполе.
Я невинно хлопала глазками, вжимая в него бедра и чувствуя между ног крепенький горячий бугор, выпирающий из его брюк.
- Что ты, солнце! Я смотрю только на тебя. Хотя, ты заметил, что... руки у этого парня были великолепно накачаны...
- Ну все. Ты допрыгалась. Войдем в квартиру - пойдешь за ошейником!
Я замерла у него в руках, задохнувшись от холода в его голосе и от предвкушения. Он не часто такое говорил, но это всегда означало одно: смена ролей.
В самом начале отношений у нас был уговор, что когда он одевает на меня ошейник (или велит мне одеть его самостоятельно) , он становится для меня Волей и Законом. Моим личным Повелителем. В мою же задачу входит только повиновение. Максимально возможное и искреннее желание угодить ему. Это предложение изрядно шокировало меня, но, со временем, любопытство попробовать пересилило.
Первый раз он одел на меня ошейник задолго до свадьбы. И я с восторгом до сих пор вспоминала ту ночь. Всё, что он со мной делал, то, как и что он говорил, пока ошейник обвивал мою шею, всегда довило меня до состояния измененного сознания и врезалось в память каленым железом. Я чудовищно скучала по этим небывалым ощущениям беспомощности в сильных и весьма умелых мужских руках...
Но у любимого мужчины всегда было очень много работы и я не решалась сказать, что хочу именно этого - снова стать его вещью. Признаваться в таком было стыдно не то, что ему, но даже себе. Просто молча ждала. А нынче на вечеринке получила возможность немножко спровоцировать мужа и теперь с восторгом ждала последствий.
Я рванула из остановившегося на нашем этаже лифта и, войдя в квартиру, не снимая туфель побежала в спальню. Руки дрожали, когда я доставала ошейник из ящика стола.
Муж ждал меня в коридоре с каменным выражением лица. Я от этого мужественного и неприступного образа оробела - как будто не мой милый и любимый передо мной, а малознакомый и готовый на агрессию мужчина. Трусики автоматически намокли и при этом было тревожно... почти страшно.
- Целуй в губы. - Последовал от него приказ.
Я медленно подошла вплотную к нему, поднялась на цыпочки - несмотря на каблуки пришлось тянуться - он сильно выше меня - нежно прислонила свои губы к его. Он не двигался. Я положила руки ему на плечи, чтобы удержать равновесие и, дотянувшись до него, начала водить язычком в уголке его губ. Я старалась. Он глубоко вздохнул и (наконец!) обхватил меня за талию.
Его поцелуй был недвусмысленной имитацией изнасилования, он впился в меня губами и ввел язык на всю глубину, раздвигая мне рот, надавливая на скулы пальцами. Когда мои губы стали припухать от засосов он отстранился и оглядел меня. Слегка растрепанная прическа, глубокое быстрое дыхание, приоткрытый красный рот и блестящие, мутные от желания голубые глаза - вот что он видел.
- На колени.
Опускаюсь (хотя голым коленками на паркете стоять неуютно) . Он рывком распахивает мою офисную рубашку и, не торопясь, достает мою грудь из лифчика, начинает мять ее руками, сильно сжимать.
- Не опускай лицо. Смотри мне в глаза. М-м-м... - Он взялся пальцами за мои соски, начал их слегка покручивать. Грудь у меня красивая, но небольшая и поэтому гиперчувствительная. Он, конечно, это знает и нередко пользуется самым нечестным образом.
- Говори, чего ты хочешь сейчас.
Я несколько потерялась. Но рабыня, жившая внутри меня, которой пользуются и которая подчиняется, вышла из тени сознания подсказала мне, какой ответ порадует этого Мужчину, держащего мои груди в своих пальцах.
- Я хочу сделать тебе минет.
Он с холодной улыбкой покачал головой.
- Ты хочешь, чтобы я трахал тебя в рот. И обращайся ко мне "господин". Повтори.
- Я хочу, чтобы Вы трахнули меня в рот Господин. (было ужасно стыдно это проговаривать вслух, да еще стоя на коленях перед ним) . Он кивнул и, взяв меня за волосы, уткнул лицом себе в ширинку.
- Ты получишь мой член себе в рот. Но с сегодняшнего дня только при условии: сосать позволю, когда в твоей попке будет анальная пробка. Поняла? Теперь встала и пошла за игрушкой.
В голове у меня зашумело, так я разволновалась. Я поднялась и вернулась в спальню, Он шел за мной. Я нашла игрушку, достала ее из коробки и начала искать смазку. Он включил верхний свет, разбив интимность в комнате и я сощурилась, чувствуя себя неловко с голой грудью и анальной игрушкой в руках.
- Сама это сделай. Попой ко мне и чтобы я видел. Я растеряно посмотрела на него, мой Мужчина опустился в кресло и, не торопясь, ослаблял галстук, пристально глядя на меня.
Пришлось снова встать на колени, спиной к нему и намазать смазкой розовую анальную пробку. Юбку задрала, трусики приспустила. Но, прислонив пробку к попе, поняла, что так не удобно - надо наклониться, лечь грудью почти на свои коленки и тогда я не буду терять равновесие и попа будет раскрыта для вторжения игрушки. Пока я возилась, смазка подсохла, я начала намазывать ее заново.
- На попу нанеси, дурочка. - раздался голос моего Мужчины. Голос был теплый - ему явно нравилось смотреть представление. Я залилась краской, (хорошо, что он не видит моего лица) . Кончик анальной пробки влажно уткнулся в мой анус, я слегка вздрогнула от этого остро-приятного ощущения и начала вводить пробку в себя. Две трети вошли легко, потом, я знала, идет сильное расширение и вот его принять в себя будет сложно. Я поскуливала, надавливала пальцами обоих рук на ограничитель пробки, но не решалась двинуть до конца - было больно.
- Давай, девочка, я жду. - Раздалось у меня за спиной.
Я застонала от желания ему угодить и не готовности делать себе больно.
- Потужься. - вдруг сказал он.
Меня резанула по слуху такая команда, но я попыталась выполнить его совет и потужилась навстречу очередным движению пробки внутрь. Пробка вошла очень глубоко и мне стало опять больно.
- Не вынимай! - повысил он голос. - Дожми до конца!
Я снова застонала от боли, резко надавила на пробку и взвизгнула: пробка вошла до конца и анус с готовностью сузился, обхватывая узкое местечко у ограничителя. Я тяжело дышала, вспотевшая и пунцовая.
- Повернись ко мне - хочу посмотреть на твое лицо.
Повернулась, опустив глаза, руки дрожат, ноги подгибаются.
- Умница. Вот теперь ты будешь сосать. На четвереньки и ко мне!
Я подползла и потянулась к его ширинке.
- Убери руки за спину и крепко возьми себя за локти. - распорядился мой Господин, расстегивая ширинку. Член у него стоял так, что сам выскочил навстречу моему лицу. Он взял член в одну руку и побил им меня по губам и щекам. - Открывай рот, девочка, заслужила.
Я сосала, причмокивая, облизывала головку, втягивала член поглубже в себя и там потирала языком его уздечку. Он с довольным стоном откинулся в кресле.
- О-о... ты хорошо сосешь. Хорошо, но недостаточно. Глубже!
Я нежно накручивалась губами по головке и стволу, как будто по резьбе - ему это обычно очень нравилось, но его новая роль явно имела другие, куда более раскованные желания.
Мой Господин взял меня за волосы и оторвал от своего члена, глядя мне прямо в глаза: - Я хочу, чтобы ты брала глубже. Я готов учить тебя этому, но если ты не будешь слушаться - накажу. Поняла?
- Да.
Он помолчал и несильно, но чувствительно ударил меня по щеке. Я задохнулась от неожиданности и обиды, слезы как-то вдруг брызнули из глаз.
- Обращайся, как я велел. - тихо сказал он. - Я жду.
Давясь слезами я сказала шепотом:
- Пожалуйста, Пашка, не бей меня больше по лицу.
- Обратись, как я сказал.
- Да, Господин.
Он помолчал, потом поднял меня с пола и посадил к себе на колени.
- Хорошо, маленькая. Прости. - он снова стал моим теплым, домашним, знакомым до самой последней черточки, любимым мужчиной. Я вцепилась в его шею и, как маленький ребенок, разрыдалась от пережитого унижения. И облегчения.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|