 |
 |
 |  | Очень долго я была студенткой дневного отделения. Hеприлично долго. Я была студенткой дневного отделения пять лет, а закончила при этом всего три с половиной курса. Потом я стала студенткой заочного отделения. Дело не в этих тривиальных цифрах и пошлых подсчетах соответствия законченных учебных курсов годам, проведенным в университете. К сожалению, я уже не помню, как определяется действенность (это термин из учебника Е. Прохорова "Введение в журналистику", не путать с девственностью) |  |  |
|
 |
 |
 |  | Обильный поток белоснежного семени полностью покрывал своей сладострастной пеленой похотливое лицо Татьяны Борисовны. Она была просто счастлива от такого великолепного заряда отменной спермы выпущенной ей прямо в лицо, которое к тому моменту представляло собой густое месиво семени. После этого, Иван Сергеевич вылизывал все это месиво смачно сплевывая. Затем убедившись, что Танечкина физиономия является размазанной смесью его семени и слюны, он вставлял свой член, в дерьме, в Танечкин ротик, и заставлял ее слизывать и глотать ее же выпущенное на его член дерьмо. После этого работник Государственной Думы удалялся... |  |  |
|
 |
 |
 |  | Я упал на колени и ничего не соображая принялся жадно обсасывать небольшие изящные пальчики ее ножки. В это время ее рука опустилась к ней между ног и она забросила голову назад. После какого то времени она выдернула у меня ножку встала, ополоснулась и вышла из ванны. Я бросился за ней. Тетя Галя, лежала на родительской кровати совершенно голая с разведенными ногами и смотрела на меня. Ее выбритая киска была вся в соку и призывно раскрывалась как прекрасная раковина. Я, уже не в своем уме бросился на нее и прильнул к ней губами, ведь именно сюда я стремился уже так давно. |  |  |
|
 |
 |
 |  | То, что в армии секс есть, отрицать могут либо полные профаны, либо лукаво врущие пропагандисты плакатной нравственности, потому как сексуальные отношения в армии - это такая же данность, как и то, что на смену весны приходит лето, а дважды два всегда четыре, - дело вовсе не в сексе, который в армии был, есть и будет вне зависимости от чьих-то мнений или утверждений, а всё дело в том, какие формы приобретает проявление естественной сексуальности в условиях армейского сосуществования... то есть, всё дело исключительно в формах - они и только они со всей очевидностью определяют, станет ли однополый секс кайфом, пусть даже урывочным и торопливым, но неизменно сладостным, о котором на всю жизнь остаётся память как о чём-то шумяще молодом, желанном, упоительно счастливом, или же этот самый секс обернётся своей совершенно иной - неприглядной либо вовсе трагической - стороной, - суть не в сексе как таковом, а суть исключительно в формах его проявления: любой секс изначально, сам по себе - это нектар, но нектар этот может быть разлит судьбой в красивые бокалы, и тогда он заискрится в сердцах чистым золотом, так что каждый глоток будет доставлять неизмеримое удовольствие, а может случиться так, что этот напиток богов окажется в грязных залапанных кружках общего пользования, и тогда... грубое насилие, сопряженное с унижением и болью, или пьянящая, безоглядно упоительная сладость дружбы - это уже у кого как сложится, если сложится вообще... |  |  |
|
|
Рассказ №13594
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 18/02/2012
Прочитано раз: 84807 (за неделю: 29)
Рейтинг: 81% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ещё никогда меня не захлёстывала такая страсть и такая чувственность, как тогда, во время занятия с Томом любовью. Мы оба задыхались и стонали от вожделения, и вскоре я ощутила внутри себя, как он кончает. Я чувствовала, как он разряжается в меня, и меня начала охватывать паника. Но не успела она оформиться как следует, как Том произнёс:..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Лиза остановилась в комнате, похожей на столовую. Я могла смотреть только вниз и видела поэтому лишь ножки столов и стульев, но это явно было какое-то помещение для серьёзного приёма пищи. Мы постояли немного - видимо, Лиза соображала, куда меня лучше всего поставить, после чего снова дёрнула за поводок. Она поставила меня рядом со стулом во главе стола и, надавив на плечи, заставила опуститься на колени.
Когда я дотронулась коленками до твёрдого пола, Лиза обернула мой поводок вокруг толстой ножки стола и застегнула его там на крепкий висячий замок. Щелчок замка эхом отдался у меня в ушах, издевательски напомнив мне о том, что всё это отныне со мной навсегда. Я еле сдерживала слёзы - откуда их столько бралось. За всю жизнь я столько не ревела, сколько за эти полтора дня. За что мне всё это? Иногда в голове не оставалось больше никаких мыслей, только эта. За что мне всё это? Я ощутила, как Лиза наклоняется ко мне, и шею снова обожгло её дыханием.
- Теперь пусть сучка сидит на месте и ждёт своего Хозяина.
Сказав это, Лиза ущипнула меня за соски через платье и лизнула в ухо. Я попыталась отстраниться от её языка - было щекотно, и вообще всё это было уже чересчур, но она крепко держала мне голову в нужном ей положении. Я простонала от досады, и она захихикала - так, будто я была животным, только сделавшим что-то очень умильное. Перестав лизать, она начала гладить меня по искусственным волосам.
- Жаль, что нельзя сейчас остаться и поиграть с этой грязной шлюшкой ещё немного, но увы, на сегодня у меня другие обязательства. - Затем Лиза прижалась своей щекой к моей щеке, крепко притиснув к себе мою голову. - Ну да ничего, зверушка моя, ничего. У нас впереди вся твоя жалкая никчёмная жизнь, ещё наиграемся.
После этого Лиза лизнула меня в шею и, поднявшись на ноги, покинула меня. Когда она, судя по всему, ушла окончательно, я испустила глубокий вздох. Кажется, всё это я время задерживала дыхание, ожидая, что эта психанутая сука вот-вот вернётся. И когда стало ясно, что ждать её уже не стоит, облегчение было огромным. Я оглядела столовую, где оказалась прикованной к столу, и на стенах увидела довольно неплохие картины. Резные стулья поражали глаз искусной работой, и стол, кажется, был не хуже, хотя ручаться я не могла - сверху мне его не было видно.
Картины были интересные, что называется - абстрактные. При виде их я вспомнила о абстрактном импрессионизме, но ни одна не напоминала собой известные "жемчужины" жанра. Одна из них наиболее поглотила моё внимание. Там было много маленьких чёрных коробочек, разбросанных безо всякого порядка, и в каждом углу было по красному пятнышку. Всё.
Очень просто, но вместе с тем очень сильно и изящно. Я смотрела на неё, как зачарованная. Картина была до того мощной, что на время я совершенно забыла про свой плен. Эту вещь я бы совершенно точно купила бы себе, за любые деньги. При виде её меня охватило необыкновенное чувство, буквально эйфория. Наверно, в том числе и потому, что за всё это время я видела лишь свой тесный подвал и темноту. Каким-то образом картина воплотила в себе всю мою жизнь до момента похищения.
Картина поглотила меня до того, что я не сразу услышала шаги за спиной, и сердце у меня оборвалось. Шаги совершенно точно принадлежали мужчине, и я была почти уверена, что это Том. Замерев, я тут же опустила глаза книзу и начала слегка дрожать от страха. Я не представляла себе, что меня ожидает сегодня вечером. Я закрыла глаза от ужаса... но... неужели там было и возбуждение, совсем чуть-чуть? Я тут же выругала себя за это. И после этого почувствовала у себя в искусственных волосах его руки.
- До чего же красиво.
Голос Тома. Такой мягкий, такой задумчивый. Это застало меня врасплох, и слёзы тут же полились по моим щекам - от звука его голоса, от искренности похвалы. Затем Том уселся на стул рядом со мной и приподнял меня за подбородок так, что глаза наши встретились. Я пыталась сдержать слёзы, но они катились и катились из глаз помимо моей воли.
- Всё-таки жаль, что для дрессировки пришлось обрить тебя налысо.
Затем Том достал платок и промокнул мои глаза. Я попыталась опустиь взгляд, но он снова поднял мне подбородок. Как только глаза мои высохли, он мягко продолжил:
- У тебя потрясающие глаза, такие голубые, такой чудный оттенок. Я пытался вообразить себе тебя до того, как мы тебя нашли, и должен признать, что даже близко не подобрался. Воображение отказывалось нарисовать мне такую живую женщину. Я никогда не смог бы вообразить такую женственность, такую чувственность. Ты восхитительна даже тогда, когда плачешь.
Затем он нежно поцеловал меня в веки. Меня захлёстывала масса самых противоречивых эмоций. Я не знала, что всё это значит. Конечно, я не доверяла ему, но зачем он так делает? Я почти хотела, чтобы это была Лиза. Хоть она и забавлялась с моими чувствами, но всегда можно было быть уверенной, что это сугубо с садистской целью.
Эти же действия понять было слишком сложно, и я не знала, как воспринимать его слова. Признаю, его нежные и почти любящие прикосновения нравились мне. Но я старалась не поддаться на всё это. Как я уже говорила, доверять я ему не могла. Я не намеревалась дать обвести себя вокруг пальца. Он снова посмотрел мне в глаза, и восхищение в его взгляде заставило меня почувствовать себя картиной, которой я восхищалась до его прихода.
- Я ни за что бы не подумал, что мне так повезёт и что у меня будет такая рабыня.
Он ещё долго сидел так и просто смотрел на меня. В смущении я несколько раз пыталась отвести взгляд в пол, но всякий раз он снова поднимал мне голову. Пытаясь избежать глазами его взгляда, я всякий раз покорно возвращалась к его пристальному взору. Время замедлилось и будто бы остановилось вовсе. Я чувствовала, как из-под стального кляпа, распиравшего мне рот, стекает слюна.
Я ощущала себя самым настоящим животным, вещью. В конце концов мне стало жутко стыдно и неловко. Я не знала, куда девать глаза - он крепко держал меня за голову, и шевельнуть ей было почти невозможно. Затем он отпустил меня, и с облегчением я снова уставилась в пол. Цепь моего поводка звякнула, и ещё немного слюны вытекло из-под кляпа. Уже целая лужица набралась у меня меж грудями. Он снова начал гладить мои волосы.
- Я думаю, рабыня, тебе понравится вечер, который я сегодня приготовил. Будем только мы вдвоём, Госпожа ушла гулять вместе с друзьями. Сначала мы, пожалуй, поужинаем, а потом, быть может, немного поговорим. Глядишь, узнаем друг друга получше.
Я продолжала глядеть в пол расширившимися от удивления глазами. Сказав это, он почесал мне за правым ухом. Ох, как это было приятно. Это, и его слова, немного меня успокоили. Я поняла, что выбора у меня нет, и остаётся лишь отдаться на волю своего положения, а может, и самой получить немного удовольствия. Если он говорил правду, насчёт разговора, то это открывало новые возможности. Я начала испытывать... не знаю даже что, облегчение или возбуждение. Наверно, что-то между.
- Пойду принесу ужин. Подожди меня тут, моя маленькая сирена.
Он встал и ушёл, оставив меня наедине с предвкушениями. Слюна продолжала течь из-под кляпа, но я уже не обращала внимания. Неужели что-то начинает меняться к лучшему? От перспективы человеческого разговора меня переполняла надежда. В эти минуты я даже воспринимала Тома как мужчину. Не просто как своего похитителя, но и как человека. Плюс он и правда был симпатичным, что тоже помогало. Нет, в моём положении определённо начинались перемены к лучшему.
В это время я ощутила, как у меня чешется нос. Я попыталась достать до носа рукой, но тут же ощутила надёжную хватку рукава, обездвиживавшего руки у меня за спиной. Это мгновенно вернуло меня в реальность. А он молодец, ох молодец. Сумел заставить меня забыть, до чего безнадёжно моё положение. Да, он хорошо знал, чего хочет и как этого добиться. Я выругала себя за то, что поддалась на его уловки. Ещё и сиреной меня назвал. Сволочь! Я строго-настрого приказала себе больше не поддаваться ему.
Том вернулся с бутылкой вина и фужером. Поставив их на стол, он снова стал смотреть на меня. Из моего рта вытекло ещё немного слюны. Я продолжала смотреть вниз. Он подошёл и склонился надо мной. Он начал растирать слюну, которая скопилась у меня в декольте. Он растёр её и немного приспустил платье так, что мои полные груди торчали над ним, словно над корсетом.
Он начал растирать слюну вокруг сосков и крепко мять мою грудь. От такого обхождения я быстро возбудилась, часто задышав. Я закрыла глаза и ещё ниже опустила голову. Я не хотела, чтоб мне было так хорошо, но мне было хорошо. Ещё немного слюны просочилось из-под кляпа, он начал растирать и её. Я ощутила, как по внутренней стороне бёдер начинает стекать влага. Как же я была рада в тот момент, что рядом нет Лизы, которая бы высмеяла это жалкое зрелище.
Наконец Том оставил в покое мою грудь и поднялся. Взяв бутылку вина, он откупорил её, и я услышала, как бархатистая жидкость льётся в бокал. Слюна, казалось, потекла у меня ещё гуще. Следующий поступок Тома выбил меня из колеи окончательно - он опустил фужер книзу и склонился надо мной. Он снова поднял мне подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза, мутные от желания. Я вернула взгляд, посмотрев в его глаза, мутные от желания. Он снова заговорил - нежно, по-мужски соблазняюще, но с примесью угрозы в голосе:
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|