 |
 |
 |  | - Самое главное, что бы у неё при тебе ничего не было. И вообще, у нас "Ночь любви" или что? Мы говорили о звездах, о желаниях, а ты вот так взял и опошлил своими расспросами. Все вы мужчины на свиданиях говорите про высокие чувства, а потом, переходите к сексу. Я смотрю, ты вообще скоро к делу перейдешь, своим концом готов поднять мою попку до Большой медведицы, или ещё хуже проткнёшь сзади мою полярную звёздочку. Ладно Женя, давай будем прощаться, пора и честь знать, а то мы тут совсем задружились. Отвернись я встану. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Профессор выгнулся и громко застонал, а руку Антона как будто обожгло. По ним стекала горячая сперма преподавателя. Сердце Антона забилось от неожиданности, до этого с ним такого не бывало. Все детские забавы, не шли ни в какое сравнение с тем, что произошло с ним сегодня. Он не знал, что будет дальше, и как ему надо себя вести, но послушно ждал, что скажет ему профессор. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | План Янки почти удался. Отец действительно лёг на диван в полумраке комнаты, освещённой только телевизионным экраном. Включив очередной документальный фильм - про какую-то корейскую войну - он погрузился в полупросмотр-полусон. Дочка села с ним рядом, внимательно следя за его реакцией - дневник надо было подать точно тогда, когда вставать пороть дочку отцу будет совсем уже лень и невмоготу, но дневник он подписать ещё сможет, и в памяти "банан" и "замечание" ещё отложатся как "бывшие" грехи, за которые, вроде бы, уже наказывать не положено. Но стоило чуть - чуть опоздать, и отец уснёт окончательно, и тогда до дневника он сможет дойти только на утро, со всежими силами. А там: готовь, Янка, попу! Дневник занимал стратегическую позицию под подушкой стоявшего рядом кресла, ручка лежала на столе. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я села на коленки перед пятном, плотно сжав ноги, и пыталась впитать пролитый чай в тряпку, периодически всполаскивая ее в ведре с водой. Дело продвигалось плохо, пятно только немного просветлело. Тогда я вскочила на ноги и побежала в ванную комнату с ведром, чтобы заменить в нем воду. При этом в голове лихорадочно крутилась мысли о загубленном ковре и что еще можно предпринять для его очистки. Притащив ведро, я опять так же села рядом с пятном, но тереть тряпкой стала гораздо интенсивнее. Для этого мне пришлось стать на коленки и наклонится над пятном, приняв позу как при траханье сзади. О том, что на мне только одна туника, а рядом подросток Сережа с повышенной гиперсексуальностью (как у всех подростков в его возрасте) , я не думала вовсе. При этом туника провисла впереди, грудки мои стремительно заколыхались, соски возбудились от тряски и стали торчком. Я стояла в позе для траханья и повторяла все движения как при траханье. Сережа прекратил собирать осколки, сидел напротив меня на ковре и неотрывно наблюдал мои обнаженные колышущиеся грудки. Особенно аппетитно выделялась ослепительная белизна незагорелой части грудок на фоне коричневых ареолов с сосками и остального загорелого тела. Сережа прямо млел от моего вида. Я ничего не замечала! Блин! Отмывалось плохо! |  |  |
| |
|
Рассказ №13691
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 22/03/2012
Прочитано раз: 81306 (за неделю: 23)
Рейтинг: 81% (за неделю: 0%)
Цитата: "- В жопу Стасика трахнет - давай? - проговорил Валерка, невольно переходя на шепот, и оттого, что он это не сказал, а прошептал, горячо выдыхая слово за словом, и еще оттого, что всё это было произнесено в бликах лунного света, предложение прозвучало возбуждающе, даже заманчиво... и Кирилл, глядя на Валерку - вслушиваясь в его голос, вдруг подумал, что ничего сверхъестественного или необычного в этом предложении нет... "давай?" - прошептал Валерка, вопросительно глядя Кириллу в глаза, и, словно боясь, что Кирилл его не понял или не расслышал, тут же добавил, нетерпеливо поясняя: - В жопу его... по разику... давай?..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Ещё не раздели... - глухо засмеялся Валерка.
- Да, но уже разули... и за эту услугу, дорогой наш товарищ, тебе придётся дополнительно ставить нам бутылку пива, потому как бесплатно сейчас даже кролики не плодятся... а мы тебя, Стас, разули, как господина, и всё это практически бесплатно: всего за каких-то две бутылки пива...
- За сколько, ты говоришь?
- За две бутылки. С каждой ноги - по бутылке... не тариф, а сказка! - Кирилл, не удержавшись, снова засмеялся и, засмеявшись, снова посмотрел на Валерку.
- Так, ты разул его, а я с него рубашку сниму... за три бутылки, - проговорил Валерка, не глядя на Кирилла. Он наклонился над Стасом, через голову стягивая с него рубашку. - Вот так... и штаны, бля, тоже... да? Штаны с него, думаю, надо тоже снять, чтобы всё было цивильно, всё было ok... правильно, Кирилл, я говорю?
- Ну! За сколько штаны с него снимешь?
- Это будет стоить ему пять бутылок...
- Значит, что получается? Получается, что в итоге он нам должен будет ещё десять бутылок - дополнительно...
- Точно! Зато спать он будет как человек, а не как какой-нибудь лох бездомный... да, Стас? - Валерка, сунув Стасу под живот руки, на ощупь стал расстёгивать ремень.
Всё это было похоже на игру: Кирилл и Валерка дурачились, откровенно ёрничали, то и дело обращаясь к Стасу, словно Стас их мог слышать... они оба прикалывались, и хотя в том, чтобы разуть-раздеть до бесчувствия пьяного друга, ничего особенного не было, Кирилл вдруг почувствовал какое-то непонятное беспокойство: словно что-то сгустилось в воздухе, и Кирилл, глядя, как Валерка, склонившись над Стасом, расстёгивает ему брюки, уже хотел сказать, чтоб Валерка этого не делал - чтобы он оставил бесчувственно лежащего на животе Стаса в покое, но...
Ничего этого он не сказал - и Валерка, расстегнув брюки, тут же потянул их на себя, стягивая со Стаса... из кармана посыпалась мелочь, - две или три монеты, звеня, покатились по полу, Валерка снова глухо засмеялся, и Кирилл вдруг поймал себя на мысли, что смех Валеркин звучит как-то неестественно и что именно эта неестественность вызывает у него, у Кирилла, непонятное беспокойство...
- Вот так, бля... - Валерка на шаг отступил от софы и, держа снятые со Стаса брюки в руках, вопросительно посмотрел на Кирилла. - Ну, что...
- Что? - словно эхо, отозвался Кирилл, и теперь неестественным ему показался голос собственный...
Стас лежал на животе в белых, плотно обтягивающих трусах-плавках, чуть раздвинув голые ноги, и хотя комната освещалась лишь одним лунным светом, этого света было вполне достаточно, чтоб отчетливо видеть, как трусы-плавки фигурно обтягивают у Стаса аккуратные круглые ягодицы... то ли потому, что плавки были белыми, то ли было здесь влияние - какое-то особое преломление - лунного света, но ягодицы, аккуратно оттопыренные двумя полушариями, казались соблазнительно сочными и потому странно манящими, - Кирилл, оторвав взгляд от Стаса, вопросительно посмотрел на Валерку... взгляды их встретились, - Валерка, глядя на Кирилла, ничего не говорил, и Кирилл, заполняя возникшую паузу, неизвестно чему рассмеялся, неожиданно для себя проговорив то, что говорить он совершенно не собирался:
- Бля, лежит, как девочка... да?
- Ну, бля... - отозвался тут же Валерка и, снова глухо засмеявшись, перевёл взгляд на Стаса. - Готов к употреблению...
Кирилл почувствовал, как совершенно неожиданно в трусах у него шевельнулся, дёрнулся член... и тут же, стремительно наливаясь саднящей сладостью, член его стал быстро затвердевать, колом поднимая штанину, - Кирилл, торопливо сунув руку в карман брюк, с силой прижал член ладонью к ноге, чтоб тем самым скрыть неожиданно возникший стояк, и - взгляд его при этом опять невольно переместился на Стаса, лежащего на животе с сочно оттопыренным кверху задом... "ну, бля... " - растерянно подумал Кирилл, чувствуя, как прилив горячего возбуждения сладко разливается по телу, - хуй знает что! Хрень какая-то... педик я, что ли?" Поспешно отрывая свой взгляд от задницы Стаса, Кирилл посмотрел на Валерку... и, стараясь ничем - ни голосом, ни глазами - не выдать своего внезапного возбуждения, он подчеркнуто громко проговорил:
- Пойдём, бля! Привели - раздели, разули... пусть спит!
-Подожди... или ты что - спать хочешь? - Валерка тихо засмеялся, и засмеялся он снова как-то неестественно, словно через силу.
- Я? Не хочу я спать... - Кирилл, уже сделавший шаг к двери, остановился.
- А чего тогда спешишь? Время, бля, ещё детское...
- А чего нам здесь делать? Пойдём на улицу...
- Подожди... сейчас... я что думаю? - Валерка, не мигая, смотрел Кириллу в глаза, и Кириллу показалось, что голос у Валерки чуть срывается, как это бывает почти всегда, когда учащённо бьётся сердце.
- Что? - чуть слышно отозвался Кирилл, чувствуя, как у него самого голос предательски обрывается; сердце у Кирилла учащённо стучало, и Кирилл, стараясь дышать бесшумно, чтобы не выдать своего возбуждения, где-то в глубине души уже смутно понимал, что сейчас может сейчас сказать - предложить - Валерка... Они стояли друг против друга в освещённой лунным светом комнате, неотрывно глядя друг другу в глаза... ничего не отвечая, Валерка молчал, и Кирилл повторил уже громко и почти грубо: - Что?
- А то! Ты когда-нибудь в жопу... в жопу когда-нибудь трахался? - Валерка хотел засмеяться, но смех у него не получился, и Валерка тут же оборвал его.
- Я что, бля... похож на педика? - горячо - упруго - выдохнул Кирилл, вдруг испугавшись невольно, что Валерка каким-то образом догадался, что у него, у Кирилла, сладко ноет в трусах возбуждённо вздыбленный член, который он, Кирилл, по-прежнему прижимал ладонью к ноге, скрывая возбуждение.
- При чём здесь это? Я вообще... вообще тебя спрашиваю: ебался?
- Ну, нет... - чуть помедлив, отозвался Кирилл, и это была чистая правда: не то чтобы "в жопу", а вообще никуда и никогда Кирилл ни с кем ещё ни разу не трахался - не имел секса.
- Вот и я... я тоже - никогда... - Валерка, сказав это, замолчал, словно думая, говорить ему дальше или нет... пауза затягивалась, и Кирилл не выдержал - проговорил, с силой вдавливая невидимо напряженный член в ногу:
- Ну, и что из этого... дальше что?
- А то! Давай, бля, попробуем...
- Что, бля, попробуем?
- Ну, это...
Какое-то время, очень недолгое - буквально две-три секунды, они молча смотрели друг другу в глаза, словно оба не понимали, о чём идёт разговор... но - оба уже всё понимали, и оставалось лишь произнести...
- В жопу Стасика трахнет - давай? - проговорил Валерка, невольно переходя на шепот, и оттого, что он это не сказал, а прошептал, горячо выдыхая слово за словом, и еще оттого, что всё это было произнесено в бликах лунного света, предложение прозвучало возбуждающе, даже заманчиво... и Кирилл, глядя на Валерку - вслушиваясь в его голос, вдруг подумал, что ничего сверхъестественного или необычного в этом предложении нет... "давай?" - прошептал Валерка, вопросительно глядя Кириллу в глаза, и, словно боясь, что Кирилл его не понял или не расслышал, тут же добавил, нетерпеливо поясняя: - В жопу его... по разику... давай?
- А если он проснётся?
Вопрос этот сам собой - помимо воли - сорвалась с губ Кирилла, и Кирилл, ещё секунду назад не знавший, что и как он ответит Валерке, в первое мгновение сам не понял, что, спросив таким образом, он тем самым выразил своё согласие... согласие - в принципе, - именно так поняв Кирилла, Валерка горячо, уверенно зашептал:
- Не проснётся - я его знаю... если он вырубился, бля, то это уже стопудово, что не проснётся... ни за что не проснётся, пока сам не проспится... делай с ним, бля, что хочешь! Точно тебе говорю - я его знаю...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|