Рассказ №14574

     Следующие дни были для Гарри, Рона и Гермионы - как, впрочем, и для всех гриффиндорцев вообще - более чем плотно загружены занятиями учебного характера. Что, пожалуй, и к лучшему, поскольку будь у Гарри - или тем более у Рона - время как следует поразмыслить о случившемся, недалеко было бы и до нервного срыва.
     Однако первый же день после событий в библиотеке заставил их всерьёз пожалеть о том, что они не выспались накануне. Последующие же дни с их стремительным ритмом заставили слегка заретушироваться в памяти всё произошедшее.
     Слегка, но не совсем.
     - Слушай, Рон.
     - А?
     Рон с явной неохотой оторвал взгляд от страниц волшебного комикса с движущимися картинками.
     - Пошли в библиотеку. Разговор есть, - произнёс Гарри. - Но, - с отвращением к себе добавил он, - без Гермионы.
     
     * * *
     
     - Как Гермиона?
     - В каком смысле? - неловко заёрзал Рон. Уши его меж тем запылали ярче семафоров.
     Гарри был непреклонен:
     - Ты знаешь, в каком.
     Рон вздохнул. Смотреть на него было жалко.
     - Как обычно. Вроде. - Он отвёл взор. - Ведёт себя как всегда. Прилюдно, по крайней мере.
     - А не на людях? - настаивал Гарри.
     Уши Рона запылали ещё отчётливей.
     - Откуда мне знать? Я... я не понимаю, о чём ты.
     Гарри помолчал некоторое время, глядя словно бы сквозь Рона Уизли.
     - Я, кажется, выяснил, как именно действует заклинание Демо Крациус. Но, чтобы проверить догадку, мне необходимо узнать о всех деталях её поведения в последнее время. Включая и то, как она ведёт себя, оставаясь наедине с кем-то из нас.
     Рон смущённо сверлил взглядом вишнёвое дерево библиотечного стола.
     - Ну... я... - замялся он. Потом как будто бы решился: - В последний четверг после занятий Гермиона зашла ко мне, чтобы помочь справиться с черчением каббалистических схем - там всё очень сложно и повсюду сплошные цифры - так что мы ещё неделей раньше договорились, что в случае задания по этой теме она подтянет меня. Так вот...
     
     * * *
     
     - Ты внимательно слушаешь меня, Рональд Уизли? - грозно поинтересовалась Гермиона. Скрывая, впрочем, в уголках рта улыбку.
     Рон смущённо оторвал взор от бугорков плоти под её белой майкой. Теперь, когда он знал, каковы на ощупь эти бугорки, ему особенно сложно было удерживать себя в руках, а своё отношение к сидящей совсем рядом и чуть-чуть касающейся его пылающим бедром Гермионе - в пределах дружеского.
     Мысли его всё время отвлекались на нечто иное.
     - Число четыре у древних римлян и финикийцев ассоциировалось с Меркурием, в то время как тройка и восьмёрка считались основополагающим принципом твёрдой части мироздания. - Произнеся это, Гермиона слегка потёрлась коленом о его колено. Слегка. - Записал?
     Рон ощутил, как что-то внутри него, хотя и не принадлежа полно к твёрдой части мироздания, тем не менее норовит ею стать.
     - Записал, - хрипло произнёс он.
     - Поскольку твёрдая часть Универсума может быть условно сопоставлена с Землёй как с одной из четырёх начальных первостихий, олицетворяемой в свою очередь чётными парами чисел, мы имеем тут занятную неоднозначность на матемагическом уровне сущего.
     Ладонь Гермионы под столом опустилась на колено Рона и неспешно двинулась вверх.
     - Вместе с тем ошибочно думать, что синфазия чётных чисел равнозначна в своей роли алхимическому значению начальных цифр или что тождественна их роль при использовании в ритуалах.
     Пальчики её дошли почти до предела, до разветвления брюк, нерешительно застыв перед металлической молнией.
     - Цифры два и четыре в парности своей соответствуют Квадрату Земли, - сладким голосом произнесла Гермиона. Пальцы её вильнули по полукругу, медлительными плавными движениями огибая бугорок. - Цифры семь и девять - Квадрату Воздуха. Поскольку Воздух, как известно, соответствует алконостам и гамаюнам, посвящённые им заклинания традиционно стараются формировать из семи или из девяти членов.
     Тем временем сужающиеся, поигрывающие колебания кончиков её пальцев наконец достигли - нет, не семи и не девяти, а всего лишь одного-единственного.
     - Ты меня внимательно слушаешь? - подняла брови Гермиона. Голос её звучал столь сладко, что казалось, будто она вот-вот рассмеётся; ладонь же её меж тем принялась совершать размеренные поглаживающие движения. - Рон?
     - Что? . .
     Рон сглотнул слюну.
     - А... - сообразил он. - Да-да. Очень.
     - А мне так не кажется, - столь же сладко произнесла Гермиона. Пальчики её на мгновение сжались сильнее.
     Чуть было не вынудив Рона Уизли застонать.
     - Последние минуты, - медоточиво изрекла Гермиона, - я произношу такую нелепость и чепуху, за которую профессор Вектор не поставила бы мне даже единицы. Ты же не обращаешь на это ни малейшего внимания, из чего я делаю вывод, что твои мысли пребывают где-то далеко-далеко. Вопрос, где?
     Гермиона с любопытством рассматривала его. Ладонь её, словно живя своей отдельной жизнью, продолжала периодически совершать неспешные порхающе-поглаживающие движения в районе брюк Рона; Рон же, ощущая, как его брюки готовы порваться изнутри, беспомощно сверлил глазами девчонку перед собой, которую - в такой момент невозможно было слукавить с собой - он всем своим существом хотел. Взгляд его почти помимо его воли упал вновь на едва прикрытые тонкой белой тканью бугорки плоти, воображение же нарисовало - или извлекло из запасников памяти? - вид Гермионы без оной.
     - О чём ты фантазируешь, Рон, всё это время, что так отвлекает тебя от занятий? - сладко проговорила Грейнджер. - Я ведь знаю, что ты о чём-то фантазируешь. - Она облизнула губы; пальчики её на миг снова сжались на брюках Рона. - Чувствую.
     Под загадочным взглядом её мерцающих глаз Рон ощутил себя чем-то вроде магловского завтрака быстрого приготовления.
     Сказать? . .
     Её это явно не удивит.
     Но...
     - О тебе.
     Вначале Рон Уизли сам не осознал, кто произнёс эту хрипло прозвучавшую фразу. И лишь по вдруг засиявшим как две звезды глазам Гермионы понял, что фраза сия прозвучала из его уст.
     - Так вот, значит, что не даёт тебе покоя, Рональд Уизли. - Гермиона вновь лениво провела кончиком языка по влажным губам. - И часто ты этим занимаешься? Фантазируешь обо мне?
     Несколько мгновений Рон героически сражался со своим собственным голосовым аппаратом.
     - Оч-чень.
     Пальчики её совершили сызнова очередной сумасшедший кульбит, заключив некоторую часть Рона Уизли в сладкий плен неумолимых объятий.
     - Тебе нравится делать при этом mак?
     Глаза её вновь заблестели.
     - Нравится? Или нет?
     Рон ощутил, как кровь его прилила не только к низу живота, что было вполне естественно, но и к кончикам ушей.
     - Д-да, - опустил голову он.
     Гермиона с удовольствием рассмеялась.
     - Какой ты смешной.
     Его подруга склонила голову набок, глядя на Рона Уизли со странным заговорщицким выражением лица.
     - Между прочим, - она на миг чуть прикусила губу, - мне давно хотелось понаблюдать, как мальчики делают это.
     - Ты...
     Рон недоговорил.
     - Как это делают девочки, мне и без того превосходно известно. - Гермиона вновь рассмеялась, явно наслаждаясь его ошеломлённым видом.
     Он, конечно же, отлично помнил развернувшуюся в библиотеке несколькими днями ранее сцену, но ещё не успел соотнести её в сознании с привычным образом Гермионы. В дневное время суток ему и вовсе хотелось выкинуть эту сцену из памяти, хотя она вновь и вновь являлась ему в томительно-сладкие часы ночных грёз.
     - Так ты расскажешь мне, о чём конкретно ты фантазируешь, когда делаешь это, Рон Уизли? - Гермиона вновь возвратилась к оставленной было теме. - Судя по твоему признанию в частоте занятий этим, ты фантазировал на сей счёт не раз и не два. Тебе не кажется, что я, как твоя подруга, а также как та, кого эти фантазии касаются, имею некоторое право наконец узнать их содержание?


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: