 |
| |
| | Они лежали на кровати в позе 69. Лена сидела на его лице, и пыталась сосать его член. Видно было, что она использует все возможности своего ротика, но с трудом помещает его лишь на треть. Благодаря толщине головки, член не проходил в горло, поэтому она во всю помогает себе, надрачивая его рукой. Я еще раз поразился его толщине. Лена охватывала его рукой, но пальцы, обвитые вокруг члена, не сходились вместе, и между ними оставался ещё приличный зазор. Поль, похоже не первый раз уже, пытался снять с себя Лену и перейти к более серьезным действиям, но Лена очередной раз, просила его ещё немного подождать. Оглянувшись на дверь, Лена увидела меня. Тут же махнула мне рукой, и слезла с Поля. "Андрюш, мне не хватает твоего язычка, поласкай меня, как ты это умеешь, пожалуйста". Когда я подошел к ней, она сказала мне, что я хотел все видеть, и она придумала. Теперь я все увижу в деталях. Положила меня на кровать, сама залезла сверху все в ту же позу 69. Глянув на Мари, я увидел, что она осталась на кресле возле деверей, пока не собираясь присоединяться к нам. Я снова начал ласкать киску жены языком, она поцеловала мне член, повернулась к Полю. Без слов взяла его за стоящий колом хер, и начала подтягивать к своей киске. Дальше он и сам все понял. Благодаря моему положению, а очень отчетливо видел, как Поль взял свой член в руку, примерился, и попытался проткнуть им лоно моей жены. Ее киска натянулась, но не пустила его внутрь. Лена издала протяжный стон и подалась вперед. Тогда Поль начал водить головкой члена по губкам, собирая с них смазку, с каждым разом все сильнее надавливая им. Губки пытались провалиться во влагалище вместе с членом, вызывая у Лены боль. Тогда я развел ее половые губы в стороны, открывая вход, и увидел как блестящая от смазки и раздувшаяся от желания головка начала проникать во влагалище, натягивая вокруг себя половые губы. Лена со стоном подалась навстречу этому гигантскому грибу и вот уже губы охватили головку целиком, сомкнувшись на узком месте под головкой. Поль начал делать осторожные толчки, но в смазке была только головка, и оставшаяся часть члена (которая, кстати, даже превосходила толщиной головку) все никак не могла войти, а когда Поль вытягивал, то губы как бы натянутые на края головки пытались вывернуться наружу. Тогда я взял Поля за член, и начал смазывать его стекающей с половых губ смазкой. После этого, раз за разом Поль начал проникать все глубже, видимо и влагалище Лены начало растягиваться, приноравливаясь к столь крупному гостю. И наступил момент, когда Поль натянул уже Лену более чем на половину своего членища, самая толстая часть члена, как мне казалось, растянула влагалище до предела, Лена начала дрожать всем телом, двинулась ему навстречу, насадившись до самых яиц, и начала кончать, завывая и царапая мне ноги. Поль стоял не двигаясь, по нему было видно, что он напуган такой реакцией. Он не понимал, кричит Лена от боли или от наслаждения. Боюсь, что и сама Лена в тот момент не понимала этого. Когда конвульсии прекратились, Лена в изнеможении упала на меня, насаженная на жезл Поля. Поль начал совершать неторопливые движения в ней, то, оставляя в лишь головку, то, загоняя весь свой агрегат в нее. Сначала она не подавала признаков жизни, через минуту уже постанывала, а ещё через пару минут очнулась полностью, заглотив мой член и подмахивая попкой. Поль, почувствовав, что его действия принимаются благосклонно, начал наращивать темп, и уже во всю долбил головкой ее матку. Его крупные яйца бились то о мое лицо, то хлопали по клитору. Было такое ощущение, что Лена просто потеряла голову. Она завывала, кусалась и сама насаживалась на член. Было такое ощущение, что сейчас она дошла до состояния оргазма и пребывала в нем постоянно. Поль решил сменить позу. Он снял с меня Лену, завалив на бок, и продолжал долбить ее. Появилась Мари. Она подползла к Лене, целуя, то ее грудь, то губы. Я тут же вставил свой изнывающий от бездействия член в нее. Шелковое влагалище Мари мягко доило его, то, сжимаясь, то расслабляясь. Поль легко перевернул Лену на спину, и залез сверху, закинув ее ноги себе на плечи. Но видимо так он доставал слишком глубоко, Лена попросила ещё раз сменить позу. Тогда Поль лег на спину, посадив Лену на себя. От меня видно было, как Лена насаживается на его член. Ее киска из маленькой аккуратненькой щелки, превратилась в красную, развороченную, натертую и сочащуюся соками раздолбанную, не закрывающуюся дыру. Впрочем, это было ещё не все. Как только конец Поля почувствовал горячую глубину влагалища, он продолжил разрабатывать его. Как отбойный молоток он то забивал свою елду то по самые яйца, то, подбрасывая попку Лены над собой доставал полностью, периодически меняя направление входа. Глядя на раскрытое влагалище, проглатывающее распухший лилово-черный член, я дико возбудился и начал изливаться в Мари. Она тоже видимо уже была на грани, и, почувствовав конвульсии члена, сама начала бурно кончать. Я полностью обессиленный отвалился от Мари, и как бы во сне слышал, рычание Поля, стоны Лены и хлюпающие звуки. Видимо так я и уснул. Проснулся я среди ночи, с дикой жаждой. Я все также лежал на кровати бережно укрытый простынею. Рядом со мной лежала Лена, почему-то попкой ко мне. Приглядевшись, я увидел, что она лежит на груди Поля, тихонько посапывает и держится одной рукой за валяющийся на животе Поля член. Я вышел в другую комнату. Налил себе сока. На диване калачиком спала Мари. Я принес ещё одну простынь, укрыл ее и ушел снова на кровать. Разбудила меня какая-то качка. Продрав глаза, с похмельной головной болью, я увидел в утренних сумерках раскинутые белые ноги Лены. Между ними прыгала блестящая от пота черная задница. Я опять поднялся, пошел попить, постоял под прохладным душем, почувствовав себя лучше, вышел. Все уже сидели за столом. По синим кругам под глазами Лены, я понял, что для нее это была тяжелая ночка. Но при этом она улыбалась, и лицо ее просто светилось счастьем. Немного поболтав ни о чем, мы начали собираться. Потом до обеда ещё отсыпались каждый в своем номере. После обеда сходили все вместе на общий пляж, а следующий день был уже нашим днем отъезда. | | |
| |
|
| |
| | "Я хочу взять у тебя интервью",- ответила Мэг, включила запись и направила камеру на бедную девочку. Она увидела в видоискателе потное покрасневшее лицо Келли с круглыми от боли и стыда глазами. Мэг понимала. насколько сильно девочка хочет в туалет, и надеялась на то, что у неё ещё остались силы терпеть, потому что эта видеокассета могла стать хорошим развлечением для Мэг. Она увеличила изображение и сняла Келли последовательно сверху вниз: руки, пристёгнутые наручниками, отчаянное лицо, выпирающий живот и плотно сжатые ноги. Келли подумала, что она уже описилась бы, если бы не камера. Мысль о том, что Мэг может заснять момент, когда лосины Келли станут мокрыми, заставила девочку терпеть ещё сильнее. Через пару секунд Мэг начала задавать вопросы: "Как тебя зовут, полное имя?" "Келли",- пробормотала девочка, не в состоянии обдумать вопрос из-за невыносимой боли в промежности. "Я сказала полное имя!"- продолжала издеваться Мэг. "К-кэролин",- с трудом пробормотала девочка. "Почему на тебе надеты наручники?"- последовал очередной вопрос. "Потому что... ты - сука и мерзавка!"- громко закричала Келли, еле справившись со вспышкой даления в пузыре, почти заставившей её обмочиться. | | |
| |
|
| |
| | Мы встали возле кровати как бы ожидая приглашения, Корней скинул одеяло и мы увидели их тела, член у Корнея стоял как солдат, при виде Сониного стана я сам очень возбудился, все происходило молча, мы тихо подползли к ним между нок, и почти одновременно стали нежно сосать и лизать, Таня сразу стала заглатывать член Корнея, он стал тяжело дышать, положил руку тане на голову и стал делать ритмичные движения, Соня положила ноги мне на плечи рука ее держала меня за волосы и она как бы терлась своими губами о мои губы, я просто впился в клитор и старательно работал языком, вдруг Соня спросила у Корнея | | |
| |
|
| |
| | Бархатистая щелка, ее губки слегка выпирали наружу, трусики смотрелись ни к месту, они ни чего не закрывали. Я погладил ее попку, тут Ирка проявила себя, повела ею из стороны в сторону, говоря тем самым, вот такая я красавица. Ладонь скользнула под ее плавки, руку повел вверх, резиночка между ее ног натянулась, и губки еще сильней набухли, Ирка опять повела своей попкой. Краем глаза я наблюдал за реакцией парней, Андрей подошел чуть поближе, теперь я увидел как его член, торчал вверх упираясь ему в живот, Виктор тоже не заставил себя долго ждать, он почти вышел из воды, но не смотря на то, что на нем оставались трусы, его мужской орган вынырнул из под них и так же вздернул свою головку вверх. | | |
| |
|
Рассказ №14595
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 19/04/2013
Прочитано раз: 51231 (за неделю: 27)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Ыррр! - рыжая бестия в последний раз дернула искусанное ухо, с неохотой отпустила, урча, и на всякий случай щелкнула зубами перед носом непритворно дрожащего Костика. - Смотррри у меня! Пррроверю! И ведь пррроверит, не постесняется. Прямо сейчас вот родителям позвонит, и скромно так скажет, мол, книжку Косте я из своих одолжу, а деньги он вам вернет. Кроме тех, на которые мне коробку конфет купил. Подлиза он у вас, мол...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Нелли открыла сразу после звонка. "У дверей ждала, что ли?" - подивился Тик.
- Заходи скорее, холодно. Ой, цветыы... спасибо... где ты в феврале ирисы достал, волшебник?
- Места надо знать, солнышко. Есть такое место, называется "оранжерея". Вот там волшебники живут.
- Так там же не продают? Неужто спер?! С кем я связалась, боже мой!
- Ну дык, Нельк... откуда у февральского школьника деньги на ирисы? На ириски, и то не хватает... Да купил я, купил! Ааа! Отпусти ухо! Оно мне дорого как память! Мне знакомая продала, она там работает, своим можно по чуть-чуть! Нелька, оторвешь, пустии! Мне родители денег дали, на книжку! Скажу - кончилась, с интернета скачаю! И верну я им все, ну пусти, собакаа!!
- Ыррр! - рыжая бестия в последний раз дернула искусанное ухо, с неохотой отпустила, урча, и на всякий случай щелкнула зубами перед носом непритворно дрожащего Костика. - Смотррри у меня! Пррроверю! И ведь пррроверит, не постесняется. Прямо сейчас вот родителям позвонит, и скромно так скажет, мол, книжку Косте я из своих одолжу, а деньги он вам вернет. Кроме тех, на которые мне коробку конфет купил. Подлиза он у вас, мол.
Да не в том смысле подлиза, что вы!
- Алло? Здравствуйте, Валентинсанна, это Нелли Баранова, учительница Кости...
Тяжко быть любовником собственной училки.
***
Хотя, помилуйте, какие любовники? Вон сидят за столом рядышком: то ли научный диспут, то ли репетиция в клоунском училище.
- Что это за бред, Тик? Где ты эту чушь вычитал?
- Ничего не бред! Это Тонгерен и Боргхаммер писали. Что крест действительно могли найти во времена Константина, но Елена тут может быть и ни при чем, и вообще все сложно. И главное, никаких гвоздей, гы. Ну действительно же, нет упоминаний до конца четырнадцатого... всмысле, четвертого века?
- Это ты Евсевию поверил, который крест не упоминает. А Сократа и епископа Кирилла куда приткнешь?
- Ну... не могу же я всех прочитать...
- Аа, вот тогда и не моги утверждать, если всех не читал! - Нелли звонко щелкает Костика по лбу, тот бурчит и отворачивается. - Не обижайся, Тик, но тут так: или знаешь серьезно и говоришь, или молчишь в тряпочку. Иначе однажды подловят, потом не отмоешься. Ладно, давай мне официальную версию событий. Как на экзамене.
- Официальную ей, блин. Ладно, просила - получай. Значит, так: вы таки будете смеяться, но иммиггация в Палестину началась аж в 326 году, повегьте мне стагому человеку, как вчега сам помню. Пегвой гепатгианткой была известная контгабандистка и чегная копательница Елена Святая, шоб ей жить до ста двадцати и гогеть в аду до втогого пгишествия. Эта деловая дамочка с Молдаванки, не успев пгойти погганконтголь, тут же по наводке от своих местных когешей наехала на хгам Венегы... Таки что вы гжете над чем я говогю, я вас между пгочим интегесуюсь?
- Ты, Жванецкий недоделанный! . . Разве можно так издеваться над старой женщиной? - Нелька вытирает глаза, всхлипывая.
- Это ты про себя?
- Про Елену, дурак! - только что задавленные всплески прорываются обратно. - Ты хоть знаешь, сколько ей лет было в двадцать шестом?
- Ннну... не. Щас... с какого она там, двести восьмидесятого?
- С двести пятидесятого, знаток! Семьдесят шесть было бабушке, прикинь?
- Уййооо. А разве тогда столько жили?
- У них ученичков типа тебя не было, чего бы им было не жить. Я вот с тобой точно до пенсии не дотяну, помру от смеха в расцвете лет.
- Не помрешь, я тебе искусственное дыхание сделаю. Могу даже профилактически.
- Эй, ты без намеков тут, у нас урок вообще-то! Еще целых полтора часа. Все, завязали ржать, давай учиться. - Нелли поправляет растрепавшуюся челку и принимает серьезный вид. Пять секунд смотрит на такого же серьезного, надувшего щеки Костика - и оба валятся на стол в новом приступе хохота.
... Если вы думаете, что вот сейчас мы отсмеемся, закончим наконец с Еленой, Константином и прочей ранневизантийщиной, и одним прыжком перемахнем от стола на диван - то вы изрядно ошибаетесь. Такое тоже бывает, конечно, но тогда уж прямо посреди урока - ибо никаково терпежу не осталося, значить. Потом, напрыгавшиеся и умиротворенные, после третьего-четвертого раунда, душа и кофечая, лежим и договариваем, дорассказываем, дообсуждаем - хоть бы уже и под утро. Я репетиторша добросовестная. Тик, правда, потом на уроках засыпает, но это уже не мои проблемы. Он не жалуется, во всяком случае.
А вообще-то оно все строго. Раз в три-четыре занятия, то есть в десять примерно дней, чаще я стараюсь его у себя не оставлять. И без того слухи потихонечку ползут. Официальная наша легенда - что Костик, ввиду неумолимо надвигающихся экзаменов, ходит к репетитору заниматься дополнительно историей (и это чистая правда, хоть под дверью подслушивайте) , а после занятий иногда заруливает ночевать к таинственной и очень стеснительной "подружке". Родители в подружку еще верят, но девчонки в школе уже почуяли неладное. "Признавайтесь, девки, у кого Хоев ночует?" - "Черт его знает. Не дома же?" - "Неужто у Баранки?" - "Ага, на подоконнике снаружи. " - "На самом деле он - Бэтмен!".
Общий хохот. Меня они пока всерьез не заподозрили, благо на людях Тик по-прежнему изображает передо мной заискивающий испуг с нотками наглости. Артист он слабенький, но одноклассникам хватает. Я ему стараюсь подыгрывать, хотя находить слова для издевок становится все труднее. Впрочем, недолго мне мучиться: пару дней тому Танька, соседка моя, вывалилась утром из своей двери ровно в тот момент, когда я по-тихому выпускала любовничка. Караулила, змея носатая. То есть ее круг уже в курсе, хоевская рожа на районе всем известна. Встретят меня скоро взгляды в классе, ой встретят... Я даже знаю, кто как смотреть будет:
Пацаны, как один: "Бля, почему не я? . . "
Агапенко: "Наплачешься ты с этим кобелем. То ли дело мой. "
Байкова: "Нелли Наумовна, если он вас хоть пальцем... "
Киреева: "Ну, глаза, ну, волосы... Поматросит и бросит, как меня. "
Хайреддинова: "С учительницей?! И она смеет после этого сюда приходить?!"
Лапиньш: "Молодца! Все на борьбу с недоебитом!"
Не осудят, в общем, скорее посочувствуют. Эти детки уже кое-что про жизнь успели понять.
В учительской будут носы кривить, конечно... но что они мне сделают, старые карги? Из школы меня не выгонят: Валерьевна чуть не на коленях просила тогда, чтобы я к ним пошла, а не в третью. Там, между прочим, до сих пор одна историчка на все классы, по кличке Бедная Саша. Или иногда Бледная Саша. Я ей и правда не завидую: мы с коллегой Тамарой делим на двоих то же количество, и все равно приходится засиживаться до вечера иногда; а Сашка вообще, кроме школы и кровати, ничего в жизни не видит. На две ставки пахать - удовольствие для извращенцев, если хотите знать мое мнение.
... Бойкот мне объявят, говорите? Не смешите мои тапочки. Кого они тогда клевать будут - Юльчина с Марго, что ли? Чтобы, как Евсеевна в тот раз, уехать на "скорой" с гипертоническим кризом? Это я девочка тихая и беззубая...
Короче, в школе ничего страшного не случится. Пообсуждают месяц, да и забудут.
А вот как я буду с сестренкой объясняться, кто бы мне объяснил?
***
Середина марта - суровое время для юных влюбленных. Проникнуть вечером в школу удается далеко не всегда, успех зависит от того, кто на вахте и в каком настроении. Катюху-то пропускают, стоит ей сверкнуть улыбкой... а вот Костика не раз заворачивали: мол, нет сегодня никакого факультатива, вали домой, пока в журнал дежурства тебя не записали. Скрипнешь зубами, матюкнешься про себя - и валишь. Опять в подъезде обжиматься, да когда же это кончится...
- Кость, я замерзла. Давай, может, по домам сегодня, а?
Костик в мрачном унынии поглядел на подружку. Действительно замерзла - вон, губы дрожат и щеки бледные. Не, так не пойдет. Что-то же надо же делать, блин.
- Погоди, Катюх. Есть у меня идея, не уверен, правда, что прокатит...
Костик колебался. С одной стороны, Тохин поймет, кореш же, в конце концов. С другой стороны, как-то между ними это было не принято, вообще они о девках старались не говорить. Еще раз взглянул на Катьку, наткнулся на ее измученный взгляд - и полез за мобилой.
- Алло. Тохин, здорово. Как дела? Нормально? Да, у меня тоже ништяк. Слышь, Тохин, тут такое дело... если нет, так ты сразу скажи, без всяких. В общем, нам с подругой вообще пойти некуда, короче. Ты сегодня никуда не собирался случайно? Ну да, шляемся по улицам, в школу не пускают, задубели нафиг. Да часа два, максимум. Можно меньше. Куда? К родителям? Что, серьезно собирался? Тохин, если тебе в напряг - то не надо, реально. А... Ну... Ну спасибо, слушай. Правда, спасибо. С меня пузырь, Тохин. Ни фига не "забей", ты че, вообще. Сказал - пузырь, значит, пузырь. Ладно. Над дверью? Ага. Ну мы недолго, Тохин, правда. Ага, звони, мы сразу свалим. Ну вообще выручил, слушай, не забуду. Давай, увидимся.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
