Рассказ №14705

     - А давай походим рогатыми, - прозвучало абсолютно непонятное для меня предложение.
     - Какими?
     - Ну, рогатыми, раздетыми-голыми, - доходчиво объяснил он. У него вообще был сомнительный дар изобретать слова, мало кому понятные.
     Как я уже говорил, детская гиперсексуальность крепко держала меня в собственных руках, и его предложение пришлось как раз впору. С тех пор улица видела нас только в то время, когда его родители или сестра были дома. Именно тогда я впервые коснулся чужого хуя. Его член был чуть меньше моего, но мне он нравился гораздо больше, чем собственный. У него был красивый, задорно торчащий вверх детский хуй толщиной с указательный палец взрослого человека и примерно такого же размера, крайняя плоть которого полностью закрывала головку и выступала вперёд каким-то чуть сморщенным жгутиком. Кстати, как я убедился впоследствии, его член вырос достаточно, чтобы заставить меня сжимать в зубах угол подушки, заглушающей мои стоны.
     А тогда все было почти безвинно. Сначала мы просто играли в обычные детские игры, изредка касаясь обнажённых гениталий друг друга. Потом игры стали серьёзнее - мы стали играть в "семью" , где один из нас брал на себя роль "жены" , а другой становился "мужем". Почему-то чаще "женой" оказывался именно я, хотя и по росту, и по характеру был ведущим в нашей дружбе. Наверное, это происходило потому, что "жена" надевала женские трусики, принадлежащие сестре моего товарища, а также мамин халат.
     Отчего-то мне было приятно чувствовать себя в женской одежде. Я даже, входя в роль, красил губы ярко-красной помадой его матери и надевал её же клипсы. По условиям этой нехитрой игры я встречала "мужа" с работы, кормила его, после чего мы шли спать. Тогда и начиналось самое интересное. Мы ложились на кровать, обнимали друг дружку, и начинали целоваться, причём делали это по-взрослому, хотя и неумело, засовывая свои языки глубоко в рот. При этом он гладил меня по всему телу, а я крепко держала!
     его за хуй. Да, именно "держала" , так как игра была серьёзная, и я мог говорить о себе только в женском роде. После объятий и поцелуев он ложился на меня сверху, и мы имитировали половой акт, во время которого он тыкался своей писькой куда-то в область моих бёдер. Впрочем, мы не раз пытались сделать с ним имитацию женской пизды, то из ваты, то из яблока с вырезанной в нём дыркой, которое я должен был зажимать между ногами. Но, в конце концов, все кончилось тем, что он просто совал свой хуй куда-то мне под яйца, я сдвигал ляжки и таким образом он ебал меня минут десять - пятнадцать.
     Вы видите, как полезны бывают в смысле развивающих игр малогабаритные квартиры, в которых дети зачастую спят в одной комнате с родителями. Во время "ебли" мы всегда смотрели в лицо друг другу, иногда целуясь и не испытывая при этом никакой неловкости или смущения. Я до сих пор считаю, что это были мои самые настоящие первые поцелуи, которые мне довелось испытать в столь юном возрасте, да ещё и смужчиной. Может быть, сейчас моя память что-то и приукрашивает, но, по-моему, в те моменты я чувствовал себя натуральной девушкой, и я была рада, что у меня такой красивый "муж". Спасибо тебе за это, Димка, и удачи тебе с твоим туберкулёзом и сахарным диабетом в больнице где-то под Солнечногорском.
     После "соития" он слезал с меня, и мы "засыпали" , при этом я клал голову ему на живот, и брал в рот член, именно брал, так как о сосании хуев мы с ним не имели никакого понятия. Я просто держал его во рту, иногда касаясь языком кончика кожи, которая прикрывала маленькую залупку.
     Кстати, в этом рассказе не будет ни его старшей сестры, застукавшей нас во время преступления и принявшей в наших проделках самое активное участие. Также здесь не будет родителей, обучающих двух малолеток интимным тонкостям семейной жизни. Здесь нет членов размером с недоделанное Буратино и грудей первой учительницы. Ничего этого с нами не случалось и мне даже страшно представить, что было бы на самом деле, если бы кто-нибудь из взрослых узнал о наших "проделках".
     Постепенно эта игра с некоторыми вариациями стала основной в нашем репертуаре, мы развлекались так около двух лет, правда, к концу этого срока, нахватавшись основ сексологии, я уже по-настоящему стал (или стала) ласкать ртом его орган. Теперь уже роли разложились окончательно, и "женой" всегда была я. Но при всем этом я сосал ему только во время игры, что для нас обоих было как бы понарошку, а меня это уже не устраивало. Все дело в том, что во время летних каникул, которые я проводил в деревне недалеко от Москвы, у меня появился ещё один "друг" , на этот раз старше. И хотя разница была всего в один год, он знал много такого, о чем я даже не догадывался.
     Если честно, я не помню, кто из нас первым и как именно предложил перевести нашу дружбу на новый уровень. Скорее всего, он, так как именно он верховодил в нашей паре. И хотя здесь тоже не обошлось без ролевых семейных игр, гораздо большее внимание мы уделяли, как бы это сказать, играм именно с телами друг друга. На равных правах и безо всяких ролей мы засовывали друг другу в зады так любимые мной карандаши и любые другие, подходящие для этого предметы, правда не очень толстые, теребили члены между ладонями на манер палочки для добывания огня и целовались взасос.
     Я в то лето впервые, так сказать, "вне игры" , взял в рот и впервые же почувствовал внутри себя чужой палец. Но это не было именно сексом в прямом понимании этого слова. Некоторая условность происходящего все же присутствовала. После оральных ласк мы как бы демонстративно показывали друг другу, что это так, просто попробовать, а не по-настоящему, и обязательно долго отплёвывались. Хотя, как мне кажется, ему это нравилось так же, как и мне.
     Впрочем, именно это демонстративное неприятие пассивной роли мне было на руку. Так как он был старше, когда дело доходило до игры в "семью" (не забывайте, мы все же были детьми, и могли сделать игру из чего угодно) роль "жены" всегда доставалась мне.
     Я тут понял, что, собственно, роль жены мне всегда нравилась больше роли мужа. Все-таки стереотип сексуального поведения закладывается ещё в детстве, и уже тогда я охотно принимал на себя эту в чем-то обидную для моих товарищей роль. Так что вопрос кем быть, активным или пассивным, для меня даже не возникал. Я с удовольствием брал в рот хуй, и даже не требовал ни от одного, ни от другого аналогичных действий с их стороны. И хотя мне тоже очень нравилось, когда меня ласкали подобным образом, я всё же "сосал" гораздо чаще. Хотя здесь, наверное, кавычки уже стоит отбросить - тем летом я стал сосать по-настоящему.
     И хотя мы оба уже знали о том, что "в жопу можно ебать" , дальше взаимной анальной мастурбации дело у нас не продвинулось. Я был готов к этому, но открыто предложить так и не осмелился. Наверно, и он был готов, но из-за ложной стыдливости постеснялся. Все-таки в тринадцать лет мы знали, что "ебут пидарасов" , а быть "пидарасом" в глазах друг друга не хотелось. (Интересно, получается, что чужой хуй во рту как бы в зачёт не шёл, был, так сказать, условно-стыдным, а ебля была бы уже окончательным падением) . Но думаю, если бы лето было на месяц дольше, все подошло бы к своему логическому завершению. Причём я на девяносто девять процентов уверен, что если бы он всё-таки предложил бы мне это, то "принимающей стороной" стал бы именно я.
     Кстати, и в деревне я умудрился ввести в обиход наших игр элементы женской одежды, а именно украденное у местных дачников девчоночье платье, незаметно снятое с верёвки в огороде во время просушки. И это было моё первое собственное платье, так как роль "жены" в нашем тандеме была исключительно моей прерогативой. Потом оно тайком от родителей было перевезено мной в Москву, и пряталось на антресолях.
     Если задуматься, у меня было счастливое детство. Я делал именно то, чего хочу и сейчас, а именно, переодевшись в женское, сосал хуи у своих товарищей. Вся разница заключается в том, что тогда я был милым ребёнком, а теперь стала здоровой старой кобылой, мечтающей о постоянном члене. Именно "мечтающей о постоянном" , а не "постоянно мечтающей о".
     Итак, вернувшись с каникул в Москву, я твёрдо решил перевести нашу "семейную" жизнь в другое, более углублённое русло. Случилось так, что на этот раз мы в отсутствие родителей зависли на моей квартире. К тому времени я уже был счастливым обладателем сворованных по разным местам предметов женского туалета - колготок, трусиков, великоватого мне лифчика и, конечно, самого главного - короткого белого платьица. Отлучившись в ванну, я быстро переоделся, завершив картину маминой губной помадой, её же бусами и туфлями на высоком каблуке.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: