Рассказ №14762

     Всю ночь мне снилась кузина, а проснувшись я начал сразу придумывать, как буду развлекаться с ней сегодня. За окном слышалось мерное урчание трактора, копошащегося на соседнем поле. На улице начинало припекать, так что день обещал выдаться даже жарче вчерашнего. Это радовало.
     Позавтракали мы молча, Вика, после вчерашнего, демонстративно не разговаривала со мной. Несколько раз, попытавшись завести с ней разговор, я понял, что она выбрала такой стиль поведения не случайно. Своим молчанием она пыталась выразить протест, как бы демонстрируя, что игнорирует меня, хотя и подчиняется, но лишь телом.
     Меня только заводило такое поведение сестры. Строить из себя обиженную, в её положении было, на мой взгляд, смешно. Так и распирало поставить кузину на место. Только сделать это хотелось, как ни будь поизощрённей.
     - Раздевайся, - произнёс я, когда позавтракав, она уже собиралась уйти к себе в комнату.
     Вика бросила на меня недовольный взгляд, для вида потянула время, но подчинилась, молча скинув халатик и небрежно освобождаясь от нижнего белья.
     - Вот так и стой тут, - наслаждаясь властью над этой гордячкой, сказал я, а потом подумав добавил. - Ноги расставь.
     Стройные ноги разошлись, образовав соблазнительную арку, и я не удержавшись запустил руку ей между ног. Когда мои пальцы вторглись во влагалище, Вика напряженно замерла. В какой-то момент, мне показалось, что ей больно, но она терпела и молчала. Я обтёр мокрые пальцы об её живот, обнял кузину за талию и легонько стиснул зубами крепкий сосок левой груди.
     Потискав ещё минут пять красивое тело сестрицы и так и не добившись от неё ни слова, я понял, что должен придумать что-то поинтересней простого облапывания. В голову кроме секса ничего не шло, но это можно сделать в любой момент. И тут мне припомнились слова Вики, про грузики на половые губы и про введение спермы. Она сама, тогда не понимая, подсказала, чем её можно пронять.
     Ну допустим сперма в матку, это совсем уж жестокое развлечение, а вот помучить гениталии сестры оттягиванием изящных малых половых губок вполне даже приемлемо. Оставалось только разыскать необходимые причиндалы.
     Всё нашлось в чуланчике, там же оказалась тонкая верёвка, куском которой я связал между собой две самые упругие, похожие на крокодильчики, бельевые прищепки, прихватив горсть таких с собой и ещё большую тяжелую связку старых ключей от замков. Вика так и стояла голой посреди комнаты, расставив длинные ноги, когда я принёс эти предметы. Понадобилось ещё сделать крючок из проволоки и нацепить его на связку ключей.
     Кузина следила за моими приготовлениями с каменным лицом, наблюдая краем взгляда, а когда всё поняла, презрительно хмыкнула и отвернулась. Я присел, не спеша поиграл мягкими бугорками больших половых губ, а потом зажал на каждой по две прищепки, тем самым, раздвинув их, обнажая тёмно-розовые лепесточки малых губ. Затем аккуратно оттянул эти лепестки, и нацепил на них зажимки с верёвкой, после чего дёрнул вниз связывающую их верёвку, проверяя Викино терпение.
     Кузина вскрикнула, когда одна из пластиковых зажимок соскочила. Пришлось опять закрепить зажимку на покрасневшей губе. Делал я это специально медленно, наслаждаясь красивым телом моей сестры, а когда всё было готово, подвесил на верёвку связку ключей, отчего лепестки губок заметно вытянулись. Поджарый животик сестры втянулся от напряжения, но она продолжала изображать полное безразличие, даже когда я стал мять её сочные груди, предварительно нацепив на соски прищепки.
     Наконец, напоследок громко шлёпнув её по соблазнительной попке, я сел в кресло. Викиного терпения хватило не надолго. Сначала она покусывала губы и морщилась от боли, а потом, сдалась.
     - Чего ты добиваешься? - начала она.
     - Твоих извинений за молчание.
     - Хорошо. Извини меня, - выдавила она. - Всё?
     - Не так, - продолжил издеваться я, - на коленях.
     Сестрица метнула в меня уничтожающий взгляд. Была видна её внутренняя борьба. Она медлила, не зная как поступить. Наконец приняв решение она встала на колени, и натянуто улыбаясь, стараясь выглядеть непринуждённо произнесла, растягивая слова:
     - Прости, я больше так не буду.
     Получилось нарочито неестественно, как будто она специально хотела показать свою иронию. Я к тому времени уже порядком возбудившись от такого зрелища, быстро стянул с себя шорты и трусы. Вика поняла без слов, недовольно поморщилась, но взяла мой член в рот. Умело работая губами и языком, она буквально через минуту довела меня до семяизвержения. Сперма вперемешку со слюнями стекала с краев её губ на шею и грудь.
     - Это всё? - спросила Вика, опустив глаза.
     - Пока да, - ответил я, жестом показывая, что отпускаю её.
     Кузина вскочила с колен, быстро снимая впившиеся прищепки с грудей и половых губ. Интересное наказание получилось, подумал я, решив потом ещё разок использовать его, если Вика опять будет задирать нос. А она полуодетая уже умывалась на кухне, приводя себя в порядок и полоская рот водой. Покончив с этим Вика, довольно дружелюбно, но не весело, пошутила:
     - Наглоталась спермы, теперь самое время трахаться не предохраняясь.
     - Это почему? - удивился я.
     - Концентрация сперматозоидов снижается при каждом следующем семяизвержении, - застёгивая бюстгальтер, ответила она, - да и количество спермы уменьшается...
     Теперь сестра разговаривала со мной подчёркнуто вежливо и даже улыбалась, как будто ничего не произошло, хотя и она и я знали, что это не так. Фактически она не оспаривала моё право пользоваться ею как проституткой и даже наказывать её. Но преподнести Вика хотела это совсем по-другому. Видимо длинноногой взрослой красотке, привыкшей осознавать своё превосходство, признать, что её наказывали, а она униженно просила прощение у семнадцатилетнего подростка, это не только удар по самолюбию, но и боязнь сознаться в своём полном бесправии.
     Поэтому сестрице хотелось всячески демонстрировать, что это всего лишь такая эротическая игра в которой двадцатишестилетняя женщина доказывает младшему брату свою выдержку и умение заниматься сексом. Причём она старательно делала вид, что секс и принуждение к нему воспринимает, как обязательную часть игры, а значит ничего предосудительного, а тем более стыдного в этом не видит.
     
     В обед, под доносящийся из комнаты звук телека, Вика кокетливо заигрывая со мной, попросила сгонять на велике в магазин за рекой, купить что-нибудь сладкого. Ехать на машине в объезд, было далеко, да и дорога плохая, а вот на велосипеде за полтора часа можно обернуться.
     - Там ведь и аптека вроде должна быть? - невзначай спросила она. - Мне в магазине вчера сказали, просто я не знала, как ехать.
     - Может и должна, а что? - сразу поняв, куда она клонит, ответил я.
     - Купи патентекс или фарматекс пожалуйста. Ладно? - попросила Вика. - На всякий случай.
     - Опять ты за старое, - начал было я, но она перебила.
     - Мне так спокойней, ну пожалуйста!
     - Хорошо, - сдался я, - если не забуду, то куплю. А если не будет?
     - Ноноксинолон можно...
     - Да я это не запомню, - попытался отвертеться я.
     - Я тебе запишу, не переживай. Купишь, что будет. В крайнем случае, позвонишь, - подмигнула она, - для тебя же стараюсь.
     Кузина на радостях, что уговорила, написала на листочке названия и чмокнула меня в щёку.
     Оставалось только доделать велосипед. Упрямый механизм был опять разобран. Вика сидевшая на крыльце, с улыбкой наблюдала за моими мытарствами, откинувшись назад подставляя гладкий живот и бедра солнышку. Наконец велосипед проявил признаки жизни и немного похрустывая задней втулкой, был успешно испытан. Радостная Вика принесла сумку и пожелав удачи, помогла открыть калитку.
     Ехать было одно удовольствие. Оставляя после себя встревоженную дорожную пыль, велосипед, издавая одни понятные только ему звуки, не спеша, катился с горки на горку. Иногда по шлейфу пыли вдалеке я определял встречный автомобиль, который через некоторое время, обдавая жаром и вонью, проезжал мимо.
     Хитрая механика сломалась на обратном пути. Сначала стали проскакивать педали, а потом в довершение, проехав по мусорной куче, спустило колесо. Оптимизма это не прибавляло, но кое-как я дотащился до дома. Вики нигде не было. Поэтому, всё, что привёз, я оставил в кухне, а пачку фарматекса положил ей в комнату. Пусть порадуется.
     Было уже около пяти часов, я возился перед сараем с велосипедом, когда услышал скрип нашей калитки и затем знакомые голоса. Передо мной стояли Дима и Вован, нагрянувшие среди недели, как и обещали. Мои друзья с гиканьем приветствовали меня. Притащенные ими сумки мы оставили на крыльце и сразу понеслись к реке спасаться от жары. За недолгую дорогу меня полностью ввели в курс новостей, за время пока я был здесь. Друзья, перебивая друг друга, рассказывали свои похождения.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: