 |
 |
 |  | Моя другая рука уступив твою грудку губам, язычку и зубкам, спускается к твоему паху и немного задержавшись сразу проникает в тебя - это так непривычно для тебя - обычно он долго ласкал тебя даже для того что бы просто проникнуть, но сегодня от меня просто исходит какая-то властность и тебя это очень возбуждает.... Мой палец медленно скользит в тебе вызывая дрожь и желание, твои бёдра непроизвольно движутся навстречу ему стараясь что бы он вошел как можно глубже особенно резко двигаясь когда он касается верхней стеночки твоего лона:.. .наконец, когда ты уже не можешь себя сдерживать я поднимаюсь снова к твоей грудки потом к шейке и губкам ....на смену пальчиков приходит ....я нежно целую тебя и покусываю шейку и одновременно пытаюсь проникнуть в твою нежное лоно..... Ты издаешь стон но немного войдя в тебя я замираю, давая тебе привыкнуть ко мне, после несколько секунд начинаю медленно двигаться поддразнивая, но не входя в тебя так что ты начинаешь тянуться навстречу мне, но моя рука прижимает тебя к кровати и ты безумно возбуждённая извиваешься всем телом пытаясь спуститься ниже и нанизаться на меня, но поняв что это не удастся лишь закусываешь свои губы и обвиваешь мою поясницу ножками пытаясь притянуть меня..... Но вдруг я резко вхожу в тебя и замерев сначала медленно потом все быстрее и быстрее я двигаюсь в тебе потом назад и снова чуть задержавшись снаружи резко проникаю в тебя, твои руки беспорядочно сжимают то плечо, то зарываются к себе в волосы, то снова на моем плече и шее, зрачки расширены.....наконец ты вскрикиваешь и я ненадолго замирая, начинаю снова двигаться, медленно очень медленно так что ты чувствуешь каждый миллиметр и вену ты пытаешься отстраниться, но уже через полминуты, ты начинаешь двигаться бедрами на встречу мне, твои руки оказываются у меня на ягодицах сжимая их и заставляя меня, чуть только выйдя из тебя с быстротой, граничащей с грубостью и резкостью, снова входить в тебя и через несколько сладких минут ты еще секунду назад, похожая на сжатую пружину, вскрикиваешь и изогнувшись дугой расслабляешься..... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Тревожно сверкающие голубые огни патрульных машин проносились в моем сознании в течение следующих трех недель, когда лежал в пустой палате "неотложки" возле аэропорта, которая предназначалась для жертвы авиакатастроф. Каждое утро ко мне приходили две сестрички. Пока они прилаживали упряжь к моим ногам, невольно прислушивался к гудению взлетающего самолета и думал: кто окажется следующим пленником данной кровати?..
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Девушка вышла на середину комнаты, перед ней стояли два кресла и журнальный столик, позади книжный шкаф. Под ногами девушки был белый, меховой ковер. Олеся, смущаясь, начала медленно, в такт музыке двигаться. Руками она поглаживала свое тело, затем сбросила туфли на шпильках. Прогнулась и Евгению стала видна женская грудь. Затем еще пара движений и вот он видит ее прогнувшуюся спинку, и совершенно голую киску. Олеся развязала узел на спине и кинула в хозяина рубашечку домработницы, выставила на обозрение свою грудь. Ее грудь, третьего размера, возбудила мужчину, а девушка стала покручивать соски. Левой рукой она, поглаживая живот, устремилась к своей промежности. Еще один развязанный узел и в хозяина полетела короткая юбчонка. Евгений втянул ее аромат. И вот перед мужчиной стояла голая девушка в одних чулках в сеточку, и мастурбировала. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Когда член оказался в ее ротике, и она стала двигать головой, я окончательно потерял ощущение реальности. Сильнейшее возбуждение, страсть, желание. Ее ротик дарил неземное блаженство. Губки которые скользили вверх вниз, язычок который я чувствовал головкой, рука которой она ласкала яички. Все это распаляло огонь во мне. Я осторожно, рукой попытался прикоснутся к ней. Ее приглушенный стон сказал мне "Смелее" и я стал ласкать ее тело. Ее грудь, такую упругую, нежную, небольшую, но очень чувственную, ее сосочки моментально от прикосновений пальцев стали твердыми, я ласкал их нежно, немного покручивая, иногда сжимая сильнее. Моя рука перебралась к спине, а другая к ее голове, я собрал волосы, гладил ее шею, плечи. Рукой я водил по ее спине, подушечками пальцев и всей ладонью. Она изгибалась от моих прикосновений. От желания, от страсти которая была в ней Я немного сдвинулся чтобы достать рукой до ее попочки. Положив руку на нее я почувствовал как она хочет. Она немного дернулась и пододвинула ее мне, что бы мои пальчики соскользнули в ее мокрую щелочку. Какая она мокрая! Она вся течет от желания. От ее сока пальцы стали влажными и легко проникли внутрь. Аня застонала, и я начал ласкать ее, проникая пальцами внутрь. Она поддавалась навстречу мне. Я чувствовал как она приостанавливает свои ласки, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Я не думал ни о чем, не мог, я лишь жаждал ее. Ее ласк, поцелуев, ее тела! И она словно почувствовав мое желание, или от невозможности больше ждать и довольствоваться лишь пальчиками, встала. Показав мне жестом сдвинутся к краю она села на мой возбужденный член стоя на полу. Необычность позы, вся необычность ситуации словно тормозили меня. Я почувствовал, как член легко соскользнул внутрь ее, как он стал двигаться в ней в такт ее движениям. Я наслаждался этим. И Аня не меньше. Она двигалась, так как хотелось, то медленно насаживалась на всю длину моего члена, то короткими быстрыми движениями порхала надо мной. Я любовался ею и ласкал ее тело. Я чувствовал, что мои ласки усиливают ее желание, я чувствовал, как она несколько раз сжималась в приближении оргазма. Её руки помогали ей двигаться на мне. Но тут одна рука поднялась, и она словно поманила кого-то. |  |  |
| |
|
Рассказ №1501
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 31/05/2002
Прочитано раз: 46237 (за неделю: 30)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Неделю спустя - почти все это время я провела в по-стели с высокой температурой - я оказалась в монасты-ре. Все, что произошло со мной в доме дяди-извращенца, осталось в моей памяти как дурной сон. Новая обстановка заставила меня очень скоро забыть это кошмарное собы-тие. Мои родители старались никогда не вспоминать о дя-де Герарде. Спустя год я узнала, что мой мучитель умер, а Вилем переехал в другой город и поступил в универси-тет.
..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Глава 3. МОНАСТЫРЬ Неделю спустя - почти все это время я провела в по-стели с высокой температурой - я оказалась в монасты-ре. Все, что произошло со мной в доме дяди-извращенца, осталось в моей памяти как дурной сон. Новая обстановка заставила меня очень скоро забыть это кошмарное собы-тие. Мои родители старались никогда не вспоминать о дя-де Герарде. Спустя год я узнала, что мой мучитель умер, а Вилем переехал в другой город и поступил в универси-тет.
Итак, я жила теперь на попечении внимательных и до-брых монахинь. Это был обычный женский монастырь. Мы жили в общежитии и заводили массу интересных зна-комств. Со мной подружилась высокая и стройная девоч-ка, которую можно было сравнить лишь со знаменитой натурщицей Рубенса Элен Фурмент. Ее звали Генриет-той.
Ее красивый рот был такой соблазнительный, такой свежий, а губы такими красными, что было трудно удер-жаться от соблазна куснуть их, как зрелую клубнику. Очень скоро меня начал преследовать образ этих цвету-щих губ. Мне хотелось впиться в них и целовать, цело-вать...
Генриетта была моей соседкой по комнате в общежитии, и вскоре мы без всякого стеснения стали наносить взаимные визиты в кровать. Это было принято среди уче-ниц. Когда в девять часов дежурная монахиня уходила к себе подремать, повсюду слышались страстный шепот и шуршание ночных рубашек.
Девочки разделялись на пары, и невесты шмыгали под одеяла своих партнерш, которые брали на себя роль мужа.
Когда я впервые попала в кровать Генриетты, она неж-но обняла меня и спросила, знаю ли я, как делают лю-бовь. Я гордо рассказала ей о всех моих приключениях.
Когда я поведала ей, что мне довелось пережить в доме дяди, Генриетта была глубоко тронута. Она прижала меня к груди и поцеловала в губы. Этот поцелуй был неописуе-мо сладок, и я никогда его не забуду. Так мы стали посто-янной любовной парой. Мы едва могли дождаться отбоя, чтобы поскорее встретиться в кровати.
Она сразу брала меня в свои объятия и начинала страст-но целовать. Наши тела плотно прижимались друг к дру-гу. Генриетта была намного опытнее, и она доказывала это каждым своим прикосновением. Прошли долгие-дол-гие годы, пока я наконец не нашла единственного мужчи-ну, который смог, хотя и отдаленно, дать мне то, что Ген-риетта давала без особых усилий. Это были бесконечно сладкие часы...
Запомнились ее нежные руки, неутомимые губы, но больше всего - язык. Генриетта целовала мою шею, грудь, живот, наконец, уткнувшись головой между моих ног, она пускала в ход язык. О, какое это было блаженст-во! Ее язык проникал в меня так глубоко, так сладко...
Я лежала, вне себя от восторга, и едва способна была сдержать страстные стоны. Я платила ей тем же, и хотя поначалу не очень верила в свои способности, но вскоре убедилась, что могу быть таким же искусным любовни-ком, как и она.
Генриетта была девственница, как и я, но мы обе делали все, чтобы изменить свой статус без помощи мужчин. Наконец мы решили, что созрели для встреч с мужчинами. У Генриетты был кое-какой опыт: ее раза два или три пытались изнасиловать подростки-сверстники, но делали это неумело...
По ночам мы рассказывали друг другу свои любовные истории, давая волю безудержной фантазии.
- Слушай, Гретти, - так обычно начинала Генриетта. Дальше следовал не очень скромный рассказ о ее голо-вокружительных приключениях с красавцем офицером или молодым священником. Моя подруга была очень ре-лигиозна и серьезно считала, что интимные связи ей свя-щенником не могут быть грехом.
- Я была в школе, и мы много нового узнали. Жаль, что ты не была на этих занятиях. Для непосвященных эти слова почти ничего не значили, но мы использовали их как пароль. Эта фраза была приглашением к разговору на любимую тему.
Как рассказчица я не шла ни в какое сравнение с Ген-риеттой. Она была неутомимой выдумщицей. Школа, о которой она так увлеченно говорила, существовала толь-ко в ее воображении, но сколько необычных школьных историй придумала Генриетта!
- Учитель, ну, этот Дюбуа, был снова ужасно любе-зен, - начинала она, распаляясь от игры фантазии.- Ты знаешь, какой он красивый, какой сильный мужчина? Хотя он смотрит свысока на нас, девочек, само его при-сутствие всех приводит в трепет. А сегодня была моя оче-редь в классе. Я должна была сесть к нему на колени, прямо на стержень... О, Гретти, это был верх блаженства. Ты, наверное, хочешь знать все подробности?
И в который уже раз я выслушивала ее рассказ об уро-ках эротики. Эти занятия проводились по вторникам и четвергам в классе с кроватями. Этот секретный класс был задрапирован черным бархатом, слабо освещен, кроме трибуны, которая была ярко освещена прожектором. Все кровати для девочек стояли в огороженных будках, видимых только с трибуны. У учителя был помощник с внешностью Геркулеса, который обладал никогда не ис-сякающей сексуальной силой. Во всяком случае, так все описывало богатое воображение Генриетты. - Когда нас укладывали на кровати - восемнадцать- цвадцать учениц, все красивые и страстные, ведь только такие могут усвоить курс, - на трибуне появляется учи-тель. Он садится на кушетку, смотрит, все ли кровати за-няты, и потом делает перекличку. Конечно, все имеют ус-ловные имена, потому что среди нас есть молодые жены, невесты, возможно, даже шпионы, и мы не хотим, чтобы нас обнаружили ревнивые мужья и дурошлепы-женихи. Потом учитель дает первые указания. Это примерно, как на уроках физкультуры. На днях он сказал этой высокой и пышнотелой Долорес: «Мадам, никто не заставляет вас осваивать курс, но тогда я предпочел бы, чтобы вы не участвовали в использовании этого очень важного обра-зовательного инструмента, - и он показал на свой преле-стный стебель, который он таскает перед собой все время, как жезл, - другие ученицы тоже очень хотят его, и эти девушки знают, как проявлять свою признательность».
Ты должна понять, что это ужасная угроза! Мы все схо-дим с ума по этому фантастическому органу, и поверь мне: большинство из нас ходят в эту страшно дорогую школу просто из-за этой невероятной штуки.
Когда мы ложимся на свои кровати, - а на нас только шелковые трусы с кружевами и длинные шелковые чулки с очень кокетливым поясом (учитель очень щепетилен в таких делах), он дает первую команду: «Пожалуйста, раз-двиньте ваши бедра, дамы!» И потом: «Теперь работайте над собой, используя указательный палец правой руки. Возбуждайте себя. Но очень медленно. Я покажу пра-вильный темп: раз-два, раз-два». Затем он увеличивает темп, ты не можешь представить,как это нервирует: лежать с раздвинутыми ногами, как будто ждешь, что на тебя вот-вот накинется мужчина, а никто и ничто не утоляет твой голод, кроме твоего собственного указательного пальца. И все это время этот красивый, толстый, тяжелый стебель нашего учителя стоит во весь рост и не двигается - это ужасно!
Вздохи и причитания Генриетты тронули бы любое сер-дце. Моя рука уже давно повиновалась нежному движению ее тела и пыталась поддержать иллюзию, хотя, ко-нечно, я не могла заменить Дюбуа.
- Через некоторое время,- продолжала Генриетта,- помощник учителя тщательно осматривает девушек. Он наклоняется над каждой из нас и проверяет, хорошо ли мы подготовились к акту.
- Поверь, дорогая, что умение возбудить себя и своего избранника - это целая наука. После того, как мы осво-или начальный курс, учитель вызывает одну из учениц на трибуну и демонстрирует на ее теле все зоны, особенно привлекательные для мужчин. Он показывает места, ко-торые их возбуждают и делают сильными. При этом не забывает сказать, что эти знания полезны нам самим, по-тому что мы сможем получить настоящее наслаждение.
О, ты не можешь себе вообразить, как это возбуждает, когда смотришь, как мужчина расстегивает брюки и при-ближается к девушке, на которой нет ничего, кроме шел-ковых чулок. На днях он уложил ее на спину и приказал поднять ноги, раздвинуть и держать их как можно шире. Потом Он лег на нее и стал ритмично двигаться... Мы оду-рели от страсти. Но это была всего лишь имитация. Он показывал нам, как начинается акт. Потом девушка, ко-торая была вне себя от страстного желания, должна была повернуться и встать на четвереньки. И он снова налег на нее. Будь я на ее месте, я умоляла бы его сделать все по-настоящему, до конца. Пусть бы он пронзил меня на-сквозь!.. Он гладил ее грудь, нежно вытягивал соски, наконец,
разрешил ей потереться грудью о его мощный отросток...
Не удивительно, что мы все стонали, а кровати скрипе-ли от подпрыгивающих тел, полных сумасшедшего желания. Как раз в тот момент, когда наше возбуждение до-стигло предела, помощник учителя подошел ко мне. Его отросток был тоже обнажен, я видела его толщину и уга-дывала твердость. Мое тело дергалось в конвульсиях, как будто со мной был эпилептический припадок. Я стонала и хныкала:
- Хочу, хочу этого сейчас! Пожалуйста, позвольте мне притронуться к вашему инструменту, я хочу взять его в рот, нет, пусть он войдет в меня, я не могу больше выдер-жать!.. Я хочу!.. Слышите меня? Сделайте это... Быстрее!
Я потеряла рассудок и завизжала, как одержимая. Я билась в судорогах, я больше не понимала, что делаю. Я выла и визжала так громко, что другие девушки также стали кричать. Им тоже хотелось!..
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|