 |
 |
 |  | Потом мы долго целовались, мне уже мало было её безумных неопытных ласк, я уложил её на спину , раздвинул ножки и осторожно поднёс головку члена к её половым губкам. Она была девушкой и из её стонов трудно было понять её желания, впрочем, думаю, они были весма противоречивы. Я раздвинул губки головкой и стал аккуратно пошевеливать ею не проникая глубже. Евгения постанывала, прошло около двух минут и я с удивлением оторвавшись от сладостно-мучительного процесса обнаружил, что весь мой член скрылся во влагалище Евгении, она даже не вскрикнула. Я стал двигаться всё сильнее...Евгения застонала...её оргазм был сильнее первого, мне хватило здравого смысла на то, чтобы перед самым семяизвержением выдернуть член из её влагалища и спустить на животик...она блаженно улыбалась и растирала сперму по своему телу слизывая её со своих рук, я подставил ей головку, её она тоже облизала..Так у нас появилась маленькая тайна... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Серега лежал на спине. Не то что трахаться - двигаться не хотелось. Она повернулась к нему лицом, ее груди немного свесились вниз, она гладила его тело ладонями и это было восхитительно приятно. Она даже не целовала - она его чмокала, иногда прикасаясь к нему сосками. Он смотрел и не мог насмотреться в ее ласково улыбающееся лицо - она несомненно была самой красивой девушкой на свете. Она плотно привалилась к нему грудями, стала гладить его лицо, захватывать губами его губы. Он сначала не отвечал - просто наслаждался ее ласками. Он не верил своему счастью, он был переполнен им, он даже в мечтах не представлял такого - он голый лежит рядом с голой девушкой, только что со стонами отдававшейся ему и бурно кончившую от него, а теперь она ласкает его, касается его, большой голой грудью, бесстыдно кладет на него голую ногу. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Высосав и вылизав член брату, я встал и пошел к двери "ты куда?" Спросил брат "сейчас вернусь, тебе понравится надеюсь" ответил я и ушел. Я зашёл в спальню родителей и нашёл у матери ее трусики черные, не задумываясь я одел ее трусики на себя, и достав лёгкую ночнушка одел ее на голое тело. Я чувствовал себя как девочка которую может быть сейчас трахнут, и меня это сильнее заводило. Зайдя в комнату я увидел как Игорь оторопел от увиденного "нравится тебе?" Спросил я пройдя перед братом повернувшись попкой к нему и не много задрав ночнушку показав трусики и попку "офигеть как тебе идёт" выдал Игорь резко мне "может уже попробуешь меня в попку трахнуть?" Спросил я у Игоря "ты серьезно? |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Свою учительницу математики, 54-летнюю Надежду Васильевну, обладательницу чудных широких бедер и отвисшего живота с двумя аппетитными складками, он про себя именовал "Моя королева". Он был галантен и учтив, когда на перемене пропускал Надежду Васильевну впереди себя на лестнице. Потому что тогда он мог подниматься сзади и спокойно лицезреть все прелести учительницы, которые так откровенно обозначались под черной облегающей юбкой. А потом на уроке, когда "его королева" наклонялась к соседней парте, чтобы посмотреть в тетрадь другого ученика, Миша следил краем глаза за тем округлившимся"чудом", которое он называл "ПОПА моей королевы". Другой бы парень на его месте, не такой "возвышенный", сказал бы просто: "Вот это срака у вас, Надежда Васильевна!". Но Вася был не таким. Он никогда бы так не сказал. Хотя и был помешан на этой самой "сраке". И поэтому тогда, идя с рынка с тяжелыми сумками позади петиной бабушки, он и шел сзади. Сзади было хорошо видно его "сокровище"! |  |  |
| |
|
Рассказ №15065
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 26/12/2013
Прочитано раз: 23955 (за неделю: 27)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Меня вот Макс на этот раз раком поставил... а в тот раз на весу... Да че нам эти прохожие, еба? Ну, пялятся, жалко, что ли?" Санечка, не выдержав, ради эксперимента вернулась на "помеченное" место и робко (поначалу) запустила руку за пояс узкой юбки. Через пару минут из группы зрителей начали вполне серьезно предлагать посильную помощь ("не здесь, само собой... вон там потише место есть... а то что ж ты мучаешься... ") - и представление пришлось прервать. В этот день будущая Саша-Мокрые-Трусики впервые сорвалась и полезла в ширинку своему учителю музыки. Уж больно сильно чесалось недочесанное...."
Страницы: [ 1 ]
- Что, сама уже напугалась? Нет уж! - Герда игриво куснула Рыжику в кончик носа. - Сама напрашивалась, теперь расслабься и получай удовольствие. Оумм, какие у тебя ножки стали женственные... где же ваши мускулы, матушка Нелли?
- Ох. Сидячая работа, семейная жизнь... давно пора на диету...
- Нее, пока не пора, самое то что надо! И чулки не надела, ахх! - нахальная рука медленно скользнула по голым икрам под край юбки, подразнила-погладила пальчиками, и так же неторопливо отступила. В "дразнилках" Сашкино терпение всегда пересиливало Нелькино, сколько бы та ни крепилась: неизбежно в какой-то момент доведенная до исступления Рыжика, издав утробный рык, набрасывалась на блаженно урчащую Герду и начинала срывать с нее одежду, или хватала ее руку своей и всаживала гладящий у входа пальчик внутрь - по самую ладонь.
Вот и теперь обе Санечкиных руки улеглись и принялись неторопливо разминать гладкие прохладные коленки подружки. С умыслом, разумеется, не просто так: с каждым хитрым массирующим движением бедрышки раздвигаются на полсантиметра, сдвигая подол юбки - все выше, и выше, и выше - неотвратимо приближая следующий этап.
Нелька тем временем, не прекращая целоваться, оглаживала и сжимала сквозь тонкое платье... у любимой своей девочки она почему-то называла их "доечки". У других - грудки, сисечки, лапушки, и только у Герды - "твои сладкие дойки". Их обладательница улетала в нирвану и стонала на весь этаж, когда партнерша, поставив ее на четвереньки, нежными-нежными движениями пощипывала, покручивала... "доила" ее теплое белое вымя. Текла "коровка" в эти моменты так, что доярка лакала, как кошка, без остановки. Однажды после такой трапезы Рыжика вымолила у Герды обещание: когда та будет выкармливать ребенка, позволить ей подоить настоящее молоко. Девочка в общем была и не против, останавливала только мысль: "а я с ума не сойду при этом?" Нынешних сеансов она просто не запоминала, до такой степени впадала в отключку.
... Шаловливые Гердины ладошки сочли тем временем, что открывшееся им пространство вполне достаточно, и опять нырнули под юбку - теперь уже обе. Ладони Нельки ответили на вторжение, жадно ущипнув торчащие сквозь ткань соски: лифчиков подружка не признавала как явления. Ущипнули - и принялись стягивать с плеч бретельки, освобождая упругие мячики из хлопкового плена - завораживающе медленно, сантиметр за сантиметром. На сосках ткань зацепилась, натянулась, отчаянно держа последний рубеж обороны... и соскочила, разом открыв всем нескромным взглядам сливочно-зарозовевшие нижние половинки.
А чтобы нескромные взгляды не смущали эту юную красоту, ладони немедленно упали сверху, накрывая мелькнувшие на секунду сосочки. Пусть лежат в уютной ласковой полутьме, потираясь о стенки своего убежища, выглядывая иногда из него между пальцами... возбуждаясь, набухая, готовясь отправить свою маленькую хозяйку в дальний космос...
Девчонки уже не обращали внимания, что Тик давно вернулся в комнату и теперь пялится на них из кресла-качалки, чуть ли не пуская слюну в экстазе: "До чего красиво!! Как у них так получается?!"
"Мокрая, ух, какая мокрая! Пора! Не желаю упустить ни капельки!"
Герда в последний раз всосала и облизнула Рыжикин язык - а потом оторвала губы от губ и одним раскручивающимся движением нырнула головой под юбку - одновременно выпрямляя спинку и задирая попку высоко в воздух. Взметнулся на секунду широкий подол, пропуская в разгоряченное междуножье вихрь обжигающе прохладного воздуха... и выметя оттуда же в комнату острую мускусную волну.
- Аххх! Кружевные! Ммяумммма!
Девичьи руки потянули подол вниз, закрывая от наглых потоков воздуха маленькое, но очень интимное пространство. Кому-то не нравится аромат вымокшей от желания женщины - Герда, наоборот, готова была его вдыхать часами. Однажды, еще в блаженные школьные времена, по дороге в музыкалку, в какой-то из оживленных городских подворотен она вдруг остановилась, некоторое время глубоко дышала, закрыв глаза и пугая прохожих ("Развелось наркоманок!") - а потом набрала номер своей тогдашней подружки и ехидно поинтересовалась, как та умудрилась потрахаться на столь незарастающей народной тропе. Подружка, что характерно, просто не поняла вопроса: "Сань, ты че, забыла, как трахаются?
Меня вот Макс на этот раз раком поставил... а в тот раз на весу... Да че нам эти прохожие, еба? Ну, пялятся, жалко, что ли?" Санечка, не выдержав, ради эксперимента вернулась на "помеченное" место и робко (поначалу) запустила руку за пояс узкой юбки. Через пару минут из группы зрителей начали вполне серьезно предлагать посильную помощь ("не здесь, само собой... вон там потише место есть... а то что ж ты мучаешься... ") - и представление пришлось прервать. В этот день будущая Саша-Мокрые-Трусики впервые сорвалась и полезла в ширинку своему учителю музыки. Уж больно сильно чесалось недочесанное.
А с Нелечкой они впервые столкнулись в туалете одного из городских клубов: рыжая подмывалась у раковины рулоном мокрой бумаги и размышляла - не пойти ли нафиг домой от этих бухих импотентов; скучающая по той же причине Санечка бродила по зданию, ища приключений на свою детскую жопку. Запах она определила безошибочно, вопросов в таких ситуациях уже не задавала: просто присела сзади на корточки и лизнула. Нелька ахнула, Санечка просияла и лизнула посильнее...
Обе друг для друга стали открытием. Врожденная страсть Рыжики к неторопливым нежностям и ласкам, доводящим партнера до потери сознания, плюс какое-никакое воспитание, не позволявшее ей доселе "попробовать с девушкой" - наложились на восточную страстность и юную безбашенность новоперекрещенной Герды, которая как раз на девушек в тот момент и западала (просто за отсутствием вблизи приличных парней подходящего возраста) .
Парочка получилась искрометная. Настолько, что однажды соседка, перепуганная раздающимися из-за стены стонами и воплями, позвонила маме Аде; та примчалась в такси, ожидая увидеть любимую и единственную Сашеньку простреленной навылет в ограбленной квартире - а застала дочку стонущей в кроватке, в позе "69" с незнакомой рыжей девицей. Чуть концы не отдала на месте. (Только это, собственно, и сделало возможным наше повествование: иначе пришлось бы рассказывать о рыжей девушке, парализованной до глаз из-за многочисленных переломов позвоночника. А так - Нелька успела сбежать, схватив юбку и блузку, а Мартышкины фингалы и шишки прошли без следа через две недели, оставив ее по-прежнему красивой и чертовски неудовлетворенной... кому она позвонила первым делом, угадать нетрудно...)
Когда Санечка спрятала лохматую башку под юбку Нелечки и принялась там хлюпать и чавкать, у Тика случился, как стали говорить через несколько лет, "разрыв шаблона". То есть, попросту, шарики за ролики заехали.
Предполагать, что весь этот спектакль для него - глупо как-то: девчонки явно не в первый раз этим занимаются, и кайфуют безмерно. То есть это они решили поиграть, да? А можно ли к ним присоединиться? А то фигня какая-то: они балдеют, а он сидит смотрит. Причем не абы куда смотрит, а в аккурат на оттопыренный задок Санюшки под тоненьким, серым в крупную клетку, подолом. А подол колышется в такт движениям Санюшкиной головы, то плотно облегая свое роскошное содержимое, то чуть взлетая над ним. И Тиковы джинсы в такт этим движениям делают "хрусть-хрусть": того и гляди, молнию разнесет.
Не было бы рядом Нельки - ни секунды бы не стал ждать. Неприлично в гостях отказываться от угощения. Где-то на Востоке, говорят, у кочевых племен был обычай - предлагать гостю дочерей хозяина на ночь ("... хрусть-хрусть... ") , и попробуй откажись - зарежут!
"... Блин. Проверка или нет?"
"... Хоть бы знак какой подала! А то сидит с закрытыми глазами и подвывает. Поди пойми. "
"... Или забить на все и... "
"... Хы! А вот обломайтесь!" - Тик вдруг ощутил странную веселую легкость. Даже засмеялся негромко, от новизны и приятности ощущения. Заполз с ногами в качалку, устроился поудобнее - и принялся наслаждаться зрелищем.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|