 |
 |
 |  | Ира неохотно выполнила приказ, оголив свою круглую попочку перед Алиной. Женщина опять намазала указательный палец правой руки вазелином, велела племяннице нагнуться вперёд и положить руки на колени. Левой рукой она раздвинула ягодицы девочки, а правой ввела ей в задний проход пальчик. Девчонка слегка застонала, ей было неприятно ощущать инородный предмет себе в попе. "Что, больно?" , спросила её тётя Алина. "Да так... неприятно очень" , проворчала в ответ Ира. "Да, конечно, приятного тут мало" , согласилась женщина, "однако что надо, то надо. Когда гинеколог проверяет, тоже жутко неприятно, но приходится терпеть". Она стала крутить палец вокруг своей оси и в один миг вроде почувствовала что-то твёрдое внутри кишки Иры. "Ага" , она сказала, "у тебя там всё-таки сидит одна не вышедшая какашка. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Поднимаю голову и вновь невольно пробегаю взглядом по прекрасному обнажённому телу. Силой заставляю себя взглянуть на её лицо. Улыбается. Глаза лукавые, но щёки от стыда окрасились в пунцовый цвет. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Джим нагнулся над ней стал трахать ее рот увеличивая темп. Фран чувствовала его член в горле , она терла свой клитор. Фран кончила одновременно с братом его твердый член запульсировал в ее горле, выплескивая в нее сперму, и в тотже момент она кончила, только член в ее рту не дал ее закричать от удовольствия. |  |  |
| |
|
Рассказ №15419
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 01/06/2023
Прочитано раз: 62790 (за неделю: 32)
Рейтинг: 48% (за неделю: 0%)
Цитата: "Теперь у Людмилы были заняты и пизда, и рот, и руки. И от этого её удовольствие удваивалось, это было видно по блеску её прекрасных глаз. Вылизывая из Любыной пизды последние капли, Людка снова начала томно постанывать. Да и Малыш, похоже, был уже близок к "последнему броску", он стал дышать как загнанный мерин. Люба заглянула к ним "под низ". В этот момент Малыш немного поменял свой "захват". Перехватил талию женщины немного пониже, скрестив свои передние лапы на Людкином животе. И, несмотря на то, что его темп и так был бешенным, ещё ускорил свои движения. Размашистость сменилась напором, как будто он захотел войти в Людку ещё глубже. У основания его хрена стал набухать "шар"...."
Страницы: [ 1 ]
Случилось это давненько, пожалуй, лет десять назад. Моя Люба поехала в гости, к своей подруге Люде, на посёлок. Та жила в частном доме. Калитка во двор была не заперта, Люба подошла к входной двери дома, постучала и позвала Людмилу. Но услышала в ответ только громкую мелодичную музыку, несшуюся из дома. Она открыла дверь и вошла. Навстречу ей выскочил хозяйский пёс Малыш, породы московская сторожевая. Люба бывала в этом доме не раз, поэтому не испугалась собаку. Малыш ткнулся мокрым носом Любе в коленки и завилял хвостом. И тут она услышала Людын голос:
- Малыш, ко мне!
Люба потихоньку, по-шпионски подкралась к двери спальни, за порогом которой скрылся пёс, заглянула в щель не прикрытой двери и увидела, что её подруга стоит голая на четвереньках, приподняв жопу, а Малыш своим большим языком вылизывает её пизду. У моей Любы аж дыхание перехватило, и она почувствовала, что её это возбуждает. Похоже, это занятие нравилось и Малышу, поскольку вскоре у него начал высовываться его собачий хуй. Люда прервала занятие пса и взяла его хуй в руки, а затем поднесла к своему рту. Через пару минут, Малыш совсем возбудился, поймал Люду лапами за голову, и начал тыкать своим хуем в её в лицо. Немного поборовшись с ним, она вырвалась из его лап и повернулась задом к собаке. Он тот час же вскочил на неё сзади, обхватил лапами талию и стал тыкаться хуем уже в ягодицы. Люда взяла рукой член Малыша и помогла, направив его в себя. Хватка пса стала заметно сильнее. И он начал её бешено ебать.
Люда прогнулась в спине, грудью упала на ковёр, попку устремила вверх и назад, в полное распоряжение Малыша. Каждый удар пса срывал с уст Людмилы тихий, сладкий стон. Люба уже не могла больше стоять в засаде, её мокрая пизда требовала от неё каких-то действий. И она вошла в спальню и села рядом на кровать. Люда, закрыв глаза, полностью отдалась тому наслаждению, которое дарил ей Малыш. Она начала вскрикивать, её дыхание сбилось, а Малыш, набирая обороты, двигался всё быстрее и быстрее. Он высунул язык, его слюна капала ей на спину, шею.
Люба протянула руку и погладила Люду по голове. Она открыла глаза и уставилась на неё испуганным взглядом. Но, как только Люда заметила, насколько Люба возбуждена, её смятение сразу прошло, и испуг сменился лукавой улыбкой. "Наконец-то я не буду больше прятаться от тебя", сказала Люда и, закрыв глаза, снова погрузилась в наслаждение секса с кобелём. Люба нагнулась и увидела, как довольно толстый и длинный член собаки сновал туда-сюда во влагалище её подруги. Её тёмно розовые половые губки блестели от смазки, набухли и по кругу обхватывали мокрый хуй пса. Из пизды, по внутренним сторонам бедер, стекали соки.
Хуй Малыша то наполовину показывался, то полностью погружался в её пизду. В этот момент Люда издавала протяжное "А-а-а, М-м-м". Она стонала всё громче и громче. Между стонов, Людмила ворковала:
- "Давай Малыш, молодец, ещё, ещё, мне так хорошо, давай миленький, ещё глубже".
Она прервала речь, не в силах больше говорить, её стоны стали громкими, переходящими в крик и она начала кончать. Когда Люда потеряла контроль над собой и без сил, почти повалилась на ковёр, Малыш продолжал удерживать её за талию, при этом её зад оставался приподнятым и пользуясь этим, пёс долбил её, и долбил. Наблюдая за тем, как Малыш доёбывал ничего не понимающую, бьющуюся в оргазме Людку, Люба сама чуть не кончила. Её ноги были максимально раздвинуты, а рука, отодвинув лоскуток трусиков, бесстыдно наяривала свою мокрую, распухшую пизду. Обе женщины впервые видели друг друга в таком виде. И если до этого они могли только думать одна о другой, как об объекте своей похоти, то сейчас все преграды рухнули. Людмила предстала перед своей подругой в самой изощрённой форме. Её на глазах у подруги ебал пёс. И это обоим очень нравилось.
Потом Людочка немного пришла в себя, привстала и заметив, как подруга дрочит себя, на четвереньках, с "работающим" сзади Малышом, подползла к Любе и начала облизывать пизду моей жене. Она подёргивалась под ударами собаки. Через мгновенье она подстроилась в такт псу и рукой начала дрочить мою жену. Люба продержалась минуты две и начала с воем кончать.
Теперь у Людмилы были заняты и пизда, и рот, и руки. И от этого её удовольствие удваивалось, это было видно по блеску её прекрасных глаз. Вылизывая из Любыной пизды последние капли, Людка снова начала томно постанывать. Да и Малыш, похоже, был уже близок к "последнему броску", он стал дышать как загнанный мерин. Люба заглянула к ним "под низ". В этот момент Малыш немного поменял свой "захват". Перехватил талию женщины немного пониже, скрестив свои передние лапы на Людкином животе. И, несмотря на то, что его темп и так был бешенным, ещё ускорил свои движения. Размашистость сменилась напором, как будто он захотел войти в Людку ещё глубже. У основания его хрена стал набухать "шар".
Сначала, Малыш легко вводил свой хуй с набухающем основанием, немного натягивая половые губки подруги моей жены, при этом она заходилась в стонах. Но с увеличением узла, Малыш стал с затруднением выходить и входить в Люду. Его член стал всё чаще оставаться на несколько фрикций полностью внутри подруги. А когда Малыш сильно подавал назад, половые губы, сильно растянутые таким агрегатом, нехотя, но всё же выпускали его наружу, тогда Люда выгибалась и стонала громче обычного. Последний раз, когда Малыш "выскочил" из Людки, она вскрикнула.
Шар у основания его члена совсем раздулся. Вогнать назад своё хозяйство полностью Малыш смог только с пятой попытки, когда Люда насколько смогла, приподняла попку и развела ноги. Как только он оказался у неё внутри, она перешла, чуть ли не на крик. А Малыш стал её драть, вовсе остервенело. Глядя на растянутый до предела вход в её пизду, моя жена начал дрочить себя снова. Малыш уже совсем не выходил из Люды. Его хуй с набухшим узлом двигался внутри её пизды, которая уже не могла выпустить назад то, что в неё вошло.
Людка повалилась на пол и кричала, похоже она уже совсем ни чего не соображала. Малыш невозмутимо удерживал её за талию, оставляя на весу важную, для него, часть Людкиного тела, вытянув вперёд свою морду, и около минуты ебал извивающуюся, цепляющуюся ногтями за ковёр Людку мощными и очень быстрыми ударами, вкладывая в них весь остаток своих сил, заполняя при этом Людкино влагалище собачьей спермой. Потом замер. В это время моя Люба, глядя на всё это, опять кончила. Второй оргазм у Людки был в прямом смысле сногсшибательным. Она минуты три лежала на полу с приподнятой жопой и продолжала кайфовать. Малыш слез с её спины и развернулся. Людка стояла в замке с кобелём, как настоящая сука.
Она обратилась к моей жене:
- "Хочешь увидеть самое интересное?" и приподняла ногу, давая Любе возможность залезть под неё. Моя жена оказался с ней в столь знакомой позе "69". Только теперь в Людкиной пизде был собачий хуй. Зрелище было потрясающим. Растянутые губки влагалища туго обхватывали и удерживали в своём сладком плену хуй Малыша. По периметру замка немного выступала сперма, должно быть там, внутри неё, пизда до краёв была наполнена этим добром.
- "Поласкай меня там, пожалуйста" - попросила Люда. Жена нерешительно дотронулся языком до клитора, он выглядел как багровая пуговка.
- "Ну давай же, тебе это понравится!" - сказала она. И взяв Малыша за задние лапы, прижала к себе. Его член чуть глубже вошел в неё, по её телу пробежала дрожь, потом отпустила, и его шар снова натянул её пиздень до предела. Теперь она сама начала трахать Малыша. Люба, преодолевая смущение, начала посасывать клитор. Войдя во вкус, моя жена отбросила всякие предрассудки и стала с упоением лизать и сосать её горячую, пульсирующую пизду. Хотя член Малыша ей мешал, не давая проникнуть во внутрь. Люда стала уверенно приближаться к третьему оргазму, как впрочем, и Люба, она тоже трудилась на славу. Чем громче были Людкины стоны, тем сильнее она прижимала к себе пса и яростнее вылизывала промежность моей жены.
Люба кончила первой, затем сдалась и подруга. После Люба развернулась под ней, что бы их головы были в одну сторону. И так они просто лежали ещё минут десять, Люба на полу, а Людка со вздёрнутой кверху жопой, на ней. Люда была всё ещё в замке с Малышом, поэтому она постанывала от любого движения. Женщины лежали и целовались. Потом замок открылся и Малыш вышел из Люды. Из неё стала вытекать сперма. И Люба размазывала её по телу подруги, а затем поднесла скользкую, липкую, резко пахнущую руку ко рту. И кончиком языка попробовала собачью сперму на вкус.
Когда Люба рассказала мне эту историю, я обкончался. Я сразу же потребовал, что бы и мне показали это зрелище. Жена обещала выполнить мою просьбу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|