 |
| |
| | Тут вошел его друг, сразу как и в первый раз подошел ко мне так, что его набухающий красавец оказался перед моим лицом. Я взял его в руку и открыв рот захватил член губами. На этот раз он мне позволил прикасаться рукой к члену. Вот, что значит свобода, я изучил его языком и губами весь. Миг наслаждения оказался не долгим. Второй разделся и лег за мной на кровать. Меня переключили на другой член, который на удивление от первого раза, немного увеличился в размере. Я встал раком, заглатывая член полностью, и тут же моя попа почувствовала красавца, входил скажу на всю длину. | | |
| |
|
| |
| | Итак, не сводя глаз с ее лобка, Илья медленно тянул трусики вниз, но они не подавались. Перед сексом Лиза всегда надевала белье на размер меньше, чем обычно: чтобы не дай бог где-нибудь что-нибудь провисало, болталось или сборило - это так уродливо! - а чтобы, наоборот, все было внатяг, вплотную, чтобы белье, как вторая кожа, облегало и подчеркивало все ее соблазнительные выпуклости. К тому же, тесные трусики лучше выявляют то, что американцы называют "верблюжьей лапкой". А стринги Лиза не любила - они ей терли и жали. Кроме того, она считала, что женщина в стрингах мало отличается от голой - тогда процесс стягивания белья уже не выглядит столь соблазнительно. | | |
| |
|
| |
| | Дальше в моей жизни появились постоянные увольнительные, Тамара Семёновна обо всём договаривалась, на кухне меня подменяли, и подпол привозил увольняшки, так я проводил полноценные выходные у своей новой семьи. Мы ездили на дачу, шашлыки, магазины и т. д. Подполковник редко бывал с нами служба у него такая, да и попивал он не редко. Кстати дрочил я бывало у них дома в ванной, однажды и спалился, принимая душ как обычно я заглядываю в корзину с бельём в поисках трусов Тамары Семёновны, вот и в очередной раз выхватив из корзины белые трусы Тамары Семёновны, я поднёс их к лицу вдыхая аромат её выделений попутно разглядывая несколько чёрных волосков оставшихся на трусах я поглаживал своего дружка вставшего в полный рост, и тут в ванную которую забыл запереть на автомате заскочила Тамара Семёновна, она встала как вкопанная глядя на меня с выпученными глазами, как я нюхаю её трусы и поглаживаю свой член. | | |
| |
|
| |
| | По усилившейся пульсации и напряжению я почувствовал, что Мишель скоро кончит. Из головки вытекала солноватая смазка. Я глотал ее и смаковал. Еще я заметил, что стыда уже как не бывало, а я лишь наслаждаюсь происходящим. Это было открытием для меня самого. Будь на месте Мишель мужик, меня бы точно вырвало. Этот же член казался мне вкуснейшим леденцом. И я недоумевал, где я научился так сосать. Я взял член в рот и начал быстро двигать головой, стараясь проглотить ствол как можно глубже. Мишель кончила почти сразу. Густой поток спермы ударил мне в горло и заполнил весь рот. Я все проглотил и еще после этого посмаковал член, высасывая остатки спермы. | | |
| |
|
Рассказ №1544
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 03/02/2025
Прочитано раз: 23107 (за неделю: 8)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Жизнь студента-заочника в период сессии весела и интригующа. Если тебе чуть больше двадцати. Если институт находится в Москве. Если жить для тебя означает – не скучать.
..."
Страницы: [ 1 ]
Жизнь студента-заочника в период сессии весела и интригующа. Если тебе чуть больше двадцати. Если институт находится в Москве. Если жить для тебя означает – не скучать.
Два парня и три дамы от двадцати пяти. МЫ – не скучали.
Что с того, что она была старше меня на пять лет? Моя теперешняя подружка только качает головой, глядя на фото Варвары: «Боже, какая уродина! О, как ты мог…» И театрально закатывает глаза под потолок. Девочка, ты даже не знаешь как ты неправа. Твое кукольное личико и безукоризненная фигурка привлекают алчные мужские взгляды, когда я веду выгуливать тебя как породистую собачонку. Но твое юное тело оставляет меня равнодушным наблюдателем ежевечерних спектаклей неумелого соблазнения. Тогда как Варвара при всей своей вызывающей некрасивости умела вызывать во мне припадки ненасытной страсти и я часами терзал ее тело в безуспешных попытках погасить огонь, бушевавший в моих чреслах.
Память не сохранила ясной картины беспечных студенческих лет. Но отдельные моменты яркими вспышками запечатлелись в моем мозгу.
Сдачу последнего экзамена мы отметили более чем достойно. Настолько, что даже призвав на помощь все мои умственные способности и резервы логического мышления, я не смогу вам объяснить, как и почему, растеряв всю остальную компанию, мы с Варварой обнаружили себя на Арбате. Впрочем, долго удивляться сему факту мне не пришлось.
Внезапно Варвара опустилась на колени и дернула вниз молнию моих джинсов. Рассмеявшись, запустила руку мне в плавки, резким движением высвободила мой вялый член и схватила головку жадным ртом. Почему-то я ее не остановил…
Я стоял в центре Арбата, прислонившись спиной к пивному ларьку, и тихо балдел от собственного бесстыдства. Прохожие метали в нас взгляды: изумленные, осуждающие, возмущенные, брезгливые… Варвара двигалась в механическом ритме, время от времени отбрасывая ладонью со лба взмокшую челку. От выпитой водки глухо шумело в голове, а в ногах чувствовалась свинцовая тяжесть. До сих пор не понимаю, как нас не задержали за нарушение общественной морали. Кончить я никак не мог. Промаявшись минут десять, я рывком поднял Варвару за локоть с грязного асфальта, и потащил ее к остановке метро, на ходу застегивая штаны. По дороге я вспомнил, что у меня нет денег на проезд. В кармане завалялась мятая двадцатидолларовая купюра. Я усадил Варвару на ступеньках подземного перехода, бросил ей: «Подожди здесь» и направился к обменнику сдать баксы. Возвращаясь, я увидел, что у перехода собралась толпа. Растолкав локтями гогочущих мужиков, я понял причину их шумного веселья: Варвара лежала на ступеньках, опрокинувшись навзничь, закрыв глаза, с пьяной ухмылкой на перепачканом лице. Она была в полной отключке. Чертыхаясь, я начал поднимать ее отяжелевшее тело с заплеванного бетона, подхватив под мышки. Толпа недовольно загудела. «Все в порядке, ребята, - сказал я, криво усмехнувшись, - Это моя женщина». Варвара приоткрыла затуманенные глаза, губы ее слабо шевельнулись: «Максим…» Я подхватил ее на руки и понес вниз по лестнице, в гулкую пустоту перехода. Вскоре за нами с шипением захлопнулись двери поезда метрополитена, и вагон помчал нас на Вернадского, в прокуренную общагу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
