Рассказ №15532

     Маша вообще была необыкновенной женщиной, а по части анала - просто уникум. Во-первых, она не применяла подготовительных клизм. Если было нужно, она просто заранее опорожнялась естественным путем. Так анал был доступен в любой момент, было бы обоюдное желание, тогда как процедура клистира была способна убить любую страсть. Во-вторых, она не признавала никакой смазки. Максимум, что допускалось, предварительно увлажнить член во влагалище. Разминка ануса пальцем или чем-либо еще также не поощрялась. Все эти ограничения приводили к тому, что первое введение было долгим и требовало длительного крепкого стояка. К счастью, после первого захода я восстановился довольно быстро.
     Маша в двух-трех словах объяснила мне, что и как, и я целиком положился на ее опыт. Она легла на бочок, я пристроился сзади и прижался головкой члена к тугому колечку ее ануса. Рваться вперед было нельзя, но и ослаблять натиск тоже. Через какое-то время колечко ожило, начало потихоньку разжиматься и пропускать член в себя. Головку саднило от сухости, член продвигался медленно, но ни миллиметра назад, только вперед, иначе анус, независимо от настроения хозяйки, мог закапризничать и вытолкнуть. Манечка поеживается, постанывает, ей тоже нелегко, но она упорно продолжает насаживаться своей огромной задницей на мой кол. Наконец, пышные Машины булки плотно прижаты к моему паху, а яйца - к пушистому, мягкому, повлажневшему лону. Попка, в отличие от влагалища не изгибалась и не имела тупика в конце пути, впереди головки было свободно, что тоже ощущалось необычно. Теперь нужно было в неподвижности, только лаская Машины груди и живот, целуя спину, терпеливо дождаться, пока попка приноровится к "гостю" и проявит сок. Попка сочилась по всей глубине, а не только у входа, как влагалище. Сок был горячее (так по крайней мере ощущалось) , был пряным, дразняще пощипывал головку. И пах этот сок иначе, не калом, как можно было бы ожидать, а скорее потом с примесью запаха Машкиной промежности. Бля, у других баб, которых мне довелось драть в жопу, этого сока вообще не было, его заменял детский крем.
     Наконец сока собралось достаточно, чтобы член мог по нему скользить, и можно было переходить к активным действиям. На первое же осторожное движение члена задница отзывается восторженно - новой порцией сока. Помаленьку раскачиваемся на полный ход. Манечка моя слегка поддает мне навстречу задом. Сфинктер туго обхватывает член у основания, не давая ему вырваться полностью. Горячий сок дразнит головку, и даже ствол. Это такая сладость, которая не насыщает, а только заводит все больше и больше. Как хорошо в этот момент обнимать Машу за животик, пальчик в пупок. Можно позу сменить, но только осторожно. Надо оставаться тесно прижатыми друг к другу, чтобы ненароком не расчлениться, а то придется начинать все заново.
     На коленях раком. Новое ощущение - член прижат сверху и снизу сильнее, чем с боков. Приятно видеть, как Манины груди лежат, уткнувшись в плед, и колышутся в такт скачке. И еще можно вдоволь налюбоваться Машиной великолепной задницей, а главное тем, как входит и выходит. Это зрелище завораживает и сводит с ума. Я так долго могу гонять, но хочется чего-то еще.
     Крепко прижавшись, нагибаемся и кладем Манечку на живот. Так стенки в глубине ощущаются слабее, зато сфинктер распластывается на полчлена и разыгрывается не на шутку. Лежать на пышной Машиной заднице - отдельное удовольствие. Лапаю груди, живот, вспотевший лобок, добираюсь до клитора, что непросто при Машиных-то габаритах. Когда я дотрагиваюсь до торчащего карандашиком клитора, Машино очко начинает бешеную пляску у меня на члене. Но только когда Маша насытилась сама, она начинает подмахивать по-настоящему, знает, что я тут же кончу, а ей этого и хочется. Сфинктер от корня к головке безжалостно выдаивает член. Яйца уже начинают подергиваться, перегоняя сперму в ствол. "Только не вынимай, Коленька. В меня. Пожалуйста, в меня" , - торопливо шепчет моя лапушка. Кто бы спорил? Засаживаю поглубже и даю первый залп. Тут же начинает кончать и Маша. Дальнейшее помнится плохо, урывками. Хорошо помню лишь одну мысль: "Только бы хер не сломать, пригодится еще".
     Наконец замираем обессиленные оба. Попка, хоть и с явной неохотой, но выпроваживает ослабевшего дружка самым естественным движением мышц. Она что-то "бормочет" ему вслед невнятно, мне послышалось (сдохнуть со смеху) "о'ревуар". Я, скользя на собственном поту, съезжаю с Манечки на бок. Кстати, загадка: я поджарый, потею ручьями, а Маня, хоть и пышная, только испаринкой покрывается. Пот, которым залита ее спина, мой. Оборачиваюсь к ней, вижу: лицо у Манечки раскраснелось от возбуждения, глаза счастливые, горят. Эх, да она помолодела лет на пятнадцать! Я охренительно горд собой за то, что смог сделать с ней такое, и пытаюсь ей что-то сказать, но тут нас обоих накрывает приступ нервного смеха. Мы громко хохочем, обнявшись и не отрывая друг от друга глаз. И только нахохотавшись вдоволь, валимся без сил на простыни.
     Во всем теле стоит звон, как в высоковольтных проводах. Но надо пойти сполоснуться. Встаю, плетусь, как лунатик, в ванную. Мою конец под краном, на большее просто нет сил. Возвращаюсь тем же манером. Манечка лежит на животе, похоже, умаялась, спит. Ее ноги раскинуты, и мне виден не вполне еще закрывшийся растраханный зев ануса и стекающий из него на лохматку ручеек спермы. От нахлынувшей нежности целую Машу в плечо, валюсь рядом и тут же "улетаю" вслед за ней в сладкое забытье.
     Проснулся (лучше сказать - очнулся) часа через два. Жутко хотелось есть. Маша еще спала. Жалко было будить. Встал, пошел на кухню. Было бы наивно надеяться на то, что запасы продуктов в холодильнике и сумке, что я донес, предусматривали мой аппетит. Проверил для проформы и чтобы составить список необходимого. Сгонял в магазин. Ключи от квартиры лежали на тумбочке в прихожей, и войти-выйти не было проблем. Набрал снеди всякой, по одной бутылке красного сухого вида и вишневого ликера для Маши, для себя - водки.
     Кода вернулся, услышал шум воды в ванной. Значит, проснулась моя лапушка. Прошел на кухню и стал сооружать грандиозный омлет со сладким перцем, зеленью и ветчиной. Поджарил и намазал маслом тосты. Когда все было приготовлено и расставлено на подносе, дверь ванной распахнулась и из нее выплыла моя Маня, распаренная, в белом махровом халате и с тюрбаном из полотенца на голове.
     - Уфф! Ты меня напугал... Я думала, ты ушел.
     - Ушел-пришел. Иди в постель, я завтрак принесу.
     Что и говорить, Маша была рада такому галантному вниманию и безропотно подчинилась.
     Выпили немного, закусывая сладкими поцелуями. Плотно поели, почти не переговариваясь, а только лукаво переглядываясь, каждый про себя прикидывая, чем же мы займемся дальше.
     И вот, завтрак закончен. Маша расслабленно откинулась на подушки. Волосы ее рассыпались по плечам (тюрбан она размотала еще перед завтраком) . Я прилег рядом, положил руку на узел пояска ее халата и заигрывающе спросил: "Проедем еще пару станций, мадам? Только, чур, теперь я - машинист".
     - Мадам не против, - в тон мне ответила она.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: