 |
 |
 |  | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И все это снова происходило прям перед моим лицом. Он трахал ее рот, вытаскивал член и опускал в ее ротик свои яйца, потом опять входил член. Его головка периодически упиралась ей в щечку. Я целовал ее щеку и чувствовал через тонкую перегородку из кожи его ходящий туда-сюда пенис. Скорость его усилилась, вены на члене надулись и он со стоном стал кончать ей в рот, часть его спермы стала выливаться у Альбины изо рта. Практически сразу за ним кончил и я. Вытащив свой член, я сказал ей: "Потерпи еще немного. Каждый по разу ещекончит и, я думаю, они угомонятся. Ты же у меня умничка" Зря я это сказал. По ходу угомоняться никто пока не собирался, и трахать ее стали с новой силой. Я вышел из комнаты. До меня опять доносились мужские стоны, мычание моей жены, шлепки по ее заднице и возгласы: "Соси лучше! Будем теперь частенько так собираться и сношать тебя толпой! Будешь всегда нас удовлетворять!" Периодически слышал и жалобный голос жены: "Мальчики хватит, ну пожалуйста, я уже не могу. Пожалейте меня" А ее все трахали и трахали. Это был животный секс, где с слабой самочкой самцы делали все, что хотели. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лохматая сконфуженно хихикает, потом вдруг вывертывается из-под Нелькиной руки и, подскочив к Шу, ухватывает ее ладонь в свои. Гладит ласково и молча, заглядывает снизу в опушенное лицо. Какой-то скрытый диалог между ними явно происходит: короткое время спустя Леночка снова поднимает голову, уже не хмурясь. Обменивается с Санечкой какими-то одним им понятными взглядами, улыбается уголками рта. Фыркает тихонечко. Потом громче. Начинает смеяться, все свободней и заразительней. Потом к ней присоединяется Санька. Потом Нелька. Потом и меня пробивает. Стоим посреди платформы, под взглядами пассажиров и проводников поезда "Владивосток-Москва", и хохочем. "Ржем, как кони" - Тохин бы сказал. А над чем - да хрен его знает! Можно ж и без причины ржать - просто потому что весна, потому что солнце, потому что мы все друг в дружку влюблены и этого ничуть не скрываем... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | выхожу из метро... покупаю бутылочку воды...
|  |  |
| |
|
Рассказ №15709
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 03/12/2014
Прочитано раз: 41026 (за неделю: 11)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "Марина Николаевна лежала животом на узкой парте, бессильно свесив по краям руки и ноги, и тихонько стонала. Парта под ней была мокрой от пота и слизи, а в разрезе покрасневших от сношения ягодиц, четко выделялось пятно бесформенного, развороченного ануса, из которого сочилась белесая сперма, а ее лицо уткнулось во влажные изжеванные черные трусики. Hемного придя в себя, она медленно поднялась, оделась и на дрожащих, подгибающихся ногах побрела к двери, как слепая, придерживаясь руками за парты. Евгений, как джентльмен, было, потянулся к ней, но, махнув рукою, откинулся обратно на стол...."
Страницы: [ 1 ]
- Насть, я же те говорила! - осипшим голосом шепнула Юлька подружке, которая приоткрыв рот смотрела, как Марина Николаевна споймав ртом член и, обхватив ладонями задницу физрука, увеличивала амплитуду своих движений. Теперь его нехилый конец ходил как поршень между плотно сжатых, вокруг него, губ учительницы. А та страстно подавалась личиком навстречу ему, заглатывая его почти весь, и придушенно хрипела от страсти. - Юль, ты только посмотри, как она его сосет? Во дает, сучка! Это же просто пиздец! - матерно восхищаясь увиденным, прошептала троечница Мякоткина в ухо подружке. Она неотрывно наблюдала за тем, как по подбородку химички, на шею и кофточку текла слюна, смешанная с клейкими выделениями могучего ствола.
Вдруг Евгений оскалив зубы, сжал голову Марины Hиколаевны ладонями и удерживая ее на месте, стал резкими толчками всаживать ей в рот красноголовый пенис. Толчки становились все быстрее и беспорядочнее. Партнерша, изо всех сил отклоняя голову назад, в экстазе вцепилась в ягодицы мужика ногтями, а его увесистые яйца бились об ее подбородок. Внезапно физрук замер, конвульсии сотрясли его тело, и щеки Марины сдулись от глотания хлынувшей в ее рот спермы. Не открывая рта, учительница, заглатывала лакомство, постепенно разжимая руки. Насладившись и умело, облизав все капли с повисшего конца, она блаженно откинулась спиной на лавку, и устало заложила руки за голову.
Девчонки осторожно наблюдали за всем этим сквозь пыльную сетку вытяжного шкафа, затаив дыхание. Их не возможно было заметить из класса, а вот они видели все происходящее как на экране большого телевизора. Тем временем физрук обошел вокруг парты, и его вялый половой орган вновь навис над лицом учительницы. Она протянула правую руку и стала ласкать квелый член своего партнера. Через пару минут, под умелым воздействием пальчиков Марины член начал оживать и распрямляться.
Ее коллега по сексу был снова готов к делу. Перевернувшись и приподнявшись на локтях, Марина Николаевна, начала ловить губками крупные яйца физрука, а потом принялась лизать своим острым язычком его морщинистую мошонку, промежность и пах. Физрук, широко расставив ноги и подавшись немного вперед, стоял над ней невозмутимым монументом. - Юльчик, я уже вся мокрая: Это круче чем папкино порно на компе, скажи? - тихо призналась Настя не веря всему происходящему. - Ага. . Эт точно! - соглашалась та с ней, облизывая обсохшие губы - Порнушка твоего папочки просто отдыхает: Есть чему поучиться! - в очередной хихикнула она и провела рукой по попке подруги. В это время химичка разошлась не на шутку. Совсем запрокинув голову и согнув член мужика вниз, она сунула его в открытый рот и стала жадно сосать. Внезапно Женечка, прервав, минет, вдруг рывком поднял Марину с лавки и усадил на стол и молниеносно, со знанием дела, стал раздевать ее.
Затем, он помог ей встать на парту, в позу дворовой собачки, нагибая ей плечи и голову так, что грудью та легла на столешницу, а ее зад задрался высоко вверх, от чего маленькие ягодицы Марины Hиколаевны разошлись в стороны, полностью раскрыв перед ним ее мокрое влагалище и тугое, коричневое колечко ануса. Евгений, тут же умело засунул два пальца в обе дырочки, и начал пилить ее как двойной пилой. Учительница, еле сдерживая стон, извивалась под его рукой и скребла ногтями парту. Минуты через две вынув свои пальцы, он бережно смочил слюной шоколадную дыруню Маринки и обмазал свой член. Еще разок опустив учительницу животом на парту, он широко раздвинул бедра химички в стороны, потянул ее на себя. - Ничего себе, да он ее в задницу пялит! - оживившись, прыснула Настя, поддавшись приятным ощущениям на своей попке. - Юльчик не останавливайся, давай вместе с ним? - Тогда встань поудобней, и меня там тоже погладь! - в свою очередь заскулила Юльчена, спуская трусики до колен и принимая примерно такое же положение, как и её учительница.
Мало-помалу она стала заводиться и сама. Ошарашенная происходящим, она позволила себе слиться с происходящим, еще не понимая до конца, чем это может все закончится для нее и для Насти. Смотреть дома порнушку это одно, а быть свидетельницей такого безбашенного разврата их образцово показательных воспитателей и учителей - это совсем другое! Даже в играх с папой она еще боялась полностью проявить себя, а тут такое вытворяют, страсть! Ей стало немного не по себе оттого, что ей придется сидеть на уроках химии, и делать вид, что она ничего не знает о тайнах химички, ведь если они проболтаются с Настей, их обеих ждут огромные неприятности. Обмозговав у себя в голове все ситуации происходящего, она пришла к выводу, что при любом развитии событий лучше всего будет молчать и прикинуться несмышленой дурочкой. Все это, она тут же изложила своей закадычной подруге, и та тоже, как под страхом смерти, поклялась молчать.
Тем временем, напряженный ствол физрука, смазанный слюной, не спеша скрывался в попке Марины Hиколаевны. Вогнав его наконец до упора, педагог гигант принялся, как на тренировке, размеренно двигать тазом. Худенькая учительница, распластанная как лягушка, вцепилась руками в края стола и видимо, опасаясь заорать от удовольствия, стиснула зубами свои сбитые комочком, миниатюрные, как и у ее учениц, трусики.
Ну а ученицы и подружки, возбудившись от всего виденного, тоже не теряли времени даром в темноте. Юльке, надоевшей смотреть на этот садистский трах, и почему-то захотелось спрятаться за Настю. Замурлыкав, она стянула с той колготки и спрятала голову у нее под платьем, став бешено лизать, вкусно пахнущую кислым молоком, ее письку, в то время как та, широко расставив ноги, подмахивала подруге, и не сводила глаз с происходящего в классе. Той же наоборот, нравилось смотреть, как размеренные движения физрука плавно переходят в мелкие судорожные толчки Марининой задницы, и как она, чудно мотает головой с зажатыми во рту своими трусиками. Почувствовав приближение оргазма, Викторович как настоящий самец, убыстрял темп, крепко держа Марину за талию, до конца загоняя член в ее растерзанный зад. Hаконец, крепко прижав пах к попке Марины, он дернулся и изверг в ее зияющее краснотой отверстие, длиннющую струю спермы. Отлепившись от химички, он изнеможенно прилег на соседний стол.
Марина Николаевна лежала животом на узкой парте, бессильно свесив по краям руки и ноги, и тихонько стонала. Парта под ней была мокрой от пота и слизи, а в разрезе покрасневших от сношения ягодиц, четко выделялось пятно бесформенного, развороченного ануса, из которого сочилась белесая сперма, а ее лицо уткнулось во влажные изжеванные черные трусики. Hемного придя в себя, она медленно поднялась, оделась и на дрожащих, подгибающихся ногах побрела к двери, как слепая, придерживаясь руками за парты. Евгений, как джентльмен, было, потянулся к ней, но, махнув рукою, откинулся обратно на стол.
Открыв ключом дверь, учительница ушла. До того как она поднялась, девчонки, как тени, выбежали на цыпочках в коридор и помчались за портфелями, до начала перемены оставалось пятнадцать минут. Приведя себя в порядок, и от возбуждения став храбрее, они через пять минут снова зашли в класс. Увидев их, физрук быстро натянул штаны и вскочил на ноги.
- Это еще что такое, разве у вас щас урок? Чего пришли?? - грозно нахмурил он брови. Настюха тут же оробела и попятилась назад, все-таки это был педагог, но бойкая Юлька бесстрашной походкой пошла вперед.
- Здравствуйте, Евгений Викторович. А мы все видели, из лаборатории! Но вы не бойтесь, мы вас не выдадим. Мы бы тоже не прочь потренироваться вот так с вами: - подойдя к нему вплотную, одним духом выпалила она.
- Что?? !! Да вы в своем уме, соплячки? Лобода, Мякоткина!? Предлагаете мне такое. Да я вас сейчас за уши оттащу к директору. Малолетки паршивые, ишь чего удумали. И немедленно сообщу вашим родителям, чтоб они выпороли вас как следует!
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|