 |
 |
 |  | Ее зубки ласково прошлись по головке и начали спускаться к основанию. Жадный рот требовал плоти, постепенно она захватывающими движениями дошла чуть больше, чем до половины. И стала подниматься. Аккуратно обойдя уздечку мелкими поцелуями, она дотронулась языком до головке. Мое напряжение росло с каждым ее движением. По томным постанываниям и еще более не контролируемым движениям я понял, что ей это нра-виться. Второй раз она всосала в себя всю мою плоть и на секунду остановиласью. По видимому приступы рвоты. Я почувствдвал легкое дрожание задней стенки горла куда уперся мой банан. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Его семя горячей струей ударяет в Ольгино влагалище. Ей хорошо. Мишка впивается маме в плечо зубами. Он хочет сделать маме больно. Хочет видеть ее боль. Ольга вздрагивает от боли. Оргазм, не похожий не на что другое, захлестывает ее. Да! Оргазм и боль! Она приглушенно кричит от боли. Мишка чувствует, как содрогается мамино тело в оргазме. Он разжимает зубы, чувствуя, как сразу же оно слабеет. Они лежат опустошенные, приходя в себя. Первым поднимается Мишка. Упираясь в постель локтями, он целует маму. Нежно, осторожно, проходит губами место своего укуса. Ольга не много морщится. "Прости меня, мамочка! Я не знаю, что на меня нашло!"-Мишка искренен в своем неведении. Они моются и ложатся спать на той же самой постели на полу. Наверное так жестко, но они этого уже не замечают. Они спят вместе. Мама и сын. Два любовника. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Впрочем, лишь на короткое время... Взгляд вдруг сам собой почему-то стал все чаще задерживаться на краешке розовых трусиков, что проглядывал из-под платьица. А Сашка, будто нарочно сел так, что стройные ножки мало, что скрывали... Он был сама невинность, просто пил чай со смущенной улыбкой. И понятия не имел, что может кого-то очаровать до глубины души... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наконец, все осталось позади: пуританин отец, строгая набожная мать, раздражительный, вечно "под мухой" старший брат... И эти бесконечные, до боли родные, раскисшие от осенних дождей поля, раздолбанные грунтовые дороги, унылые серые фермы с тоскливо мычащими буренками. Лишь дубовая роща на берегу реки, много веков назад считавшаяся священной и могучий племенной бык Алеф - неповоротливый, похотливый, словно высеченный из цельной каменной глыбы, оставались в сознании Кристины символами первозданно |  |  |
| |
|
Рассказ №16024
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 14/10/2022
Прочитано раз: 32447 (за неделю: 3)
Рейтинг: 47% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я просунул руку снизу, крепко взял ее за жопу и как следует сжал булки. Она застонала и потянулась руками к соскам. Я опередил ее и тут, взяв один в рот, а другой зажав пальцами. Я сосал и крутил ее соски, трахал в киску так, что она подскакивала на кровати, крепко вжимал ее в постель ногой и держал за жопу. Она больше не принадлежала себе - а была моей растраханной прихотью. Я изменил угол члена и начал долбить головкой в переднюю стенку влагалища. Она начала извиваться, сильнее стонать и попыталась отодвинуть мою ногу с лобка...."
Страницы: [ 1 ]
Я хорошенько ее растрахал и положил на спину. Она привычно согнула ноги в коленях, я лег сбоку и загнал член в причмокнувшую киску. Она потянулась рукой к клитору, но я положил ей на лобок свободное бедро и плотно прижал его. Ее рука уткнулась в моё колено и замерла, нервно вздернув пальцами. Она закрыла глаза.
Я просунул руку снизу, крепко взял ее за жопу и как следует сжал булки. Она застонала и потянулась руками к соскам. Я опередил ее и тут, взяв один в рот, а другой зажав пальцами. Я сосал и крутил ее соски, трахал в киску так, что она подскакивала на кровати, крепко вжимал ее в постель ногой и держал за жопу. Она больше не принадлежала себе - а была моей растраханной прихотью. Я изменил угол члена и начал долбить головкой в переднюю стенку влагалища. Она начала извиваться, сильнее стонать и попыталась отодвинуть мою ногу с лобка.
- Пожалуйста, разреши мне себя потрогать.
- Хочешь подрочить свой клитор?
- Да-а-а, - выдохнула она от такой прямоты.
Я сильнее прижал ее ногой.
- Хочешь кончить - кончай пиздой.
- Ну пожалуйста! . .
Я убрал ногу и легонько коснулся пальцем клитора.
- Так?
- Да-а-а... - выстонала она.
Я убрал руку и вернул бедро на лобок.
- Хочешь кончить - кончай пиздой. Или не кончай, - и ускорил глубину и темп.
- Ну пожалуйста... разреши мне... я очень тебя прошу...
- Хорошо, я разрешу тебе себя потрогать, когда мой член будет в твоей попе.
Пальцами руки, которой я сжимал ее попу, я нащупал дырочку ануса. Она была мокрая, горячая и приветливо раскрылась и подалась навстречу пальцам.
- Хорошо... - выдохнула она.
Я вытащил член из киски, приставил его к попе и надавил. Попа сжалась, разжалась, как бы сглотнув, и я протолкнул член внутрь. Он вошел неглубоко, потому что смазки было недостаточно. Ногу я все еще держал на лобке, и она попыталась отодвинуть ее.
- Когда. Мой. Член. Будет. В. Твоей. Попе. - сказал я.
Поняв, что другого пути нет, она с легким стоном боли до упора насадилась своей полусухой попой на мой член и прижалась булочками к моему животу. Я снял ногу с ее лобка, и ее пальцы ринулись ласкать клитор.
Я сосредоточился на своих ощущениях. Член выделил уже достаточно смазки и двигался свободно, как в киске, только обхват был сильнее. Я входил и выходил на полную катушку, пальцем поглаживая ободок ее ануса.
- Я трахаю твою жопу, - сказал я.
- Да, трахай меня в жопу, - задыхаясь, прохрипела, она.
Я почувствовал, что она скоро кончит и ускорился. Спустя несколько секунд ее тело свело судорогой, а сфинктер конвульсивно сжал мой член. Я трахал ее с большей амплитудой и скоростью. Она попробовала слезть с меня, но я снова прижал ее ногой и, спустя пару толчков, спустил сперму в ее задницу. Попа покорно приняла всё. Кажется, она начала кончать раньше, а закончила позже меня.
Молча она соскользнула, а попа, выпустив член, громко фыркнула и выпустила струйку спермы. Немного пошатываясь, она встала и пошла в душ. Я кончил так сладко, что решил трахнуть ее еще раз, когда она вернется.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|