 |
| |
| | Когда весь испачканный Намик выходил из камеры, чтоб пойти помыться, то уже вся колония знала, что произошло в той камере, и как наказал Гули бывшего друга за неотданный вовремя долг. После этого случая, Гули стали бояться больше. А Намик... Что же Намик. Он стал всеобщим посмешищем. И занял свое место в ряду опущенных колонии. | | |
| |
|
| |
| | - Все! - Антон с рычанием прижимает меня к себе. Мои яйца почти расплющиваются о его тело. Он до нестерпимой боли тянет меня назад, прижимая меня к тому твердому, что так упорно двигалось во мне. Я чувствую, как знакомые частые спазмы, которые так долго сотрясали мой банан, происходят где-то глубоко внутри меня. Но они явно не мои. Они не приносят мне удовольствия. Я их просто ощущаю. Антон расслабляется и падает на меня, прижимая меня к матрасу. Он хрипло дышит мне в затылок. Я протягиваю руку, чтобы узнать, что же такое он в меня запихнул и чувствую его большие яйца, тесно прижавшиеся к моим. Я просовываю палец к своей дырочке и упираюсь в его здоровенную колбасину. Точнее в то место, где она должна быть. Ее просто нет. Она вся во мне до самых яиц! | | |
| |
|
| |
| | Меня ебали во все щели мои ученики, как последнюю блядь, каковой по сути я и была. Я заметила, что Саши с Олегом где-то не было, однако, по сторонам я вертеться не могла. Акт продолжался минут 15. Я вся обкончалась, в том числе получив и анальный оргазм. Потом обкончали меня. Сперма лилась везде, и я поползла в душ. | | |
| |
|
| |
| | Площадка была поднята, и мужчина стал вставлять металлические трубки с кольцами в специальные посадочные места. Когда трубки были установлены, садист стал одевать на руки и ноги жертвы браслеты, и пристёгивать их к кольцам на трубках, распиная свою пожилую мать на станке. Туго затянув браслеты, палач установил напротив распятой старухи ещё один станок и закрепил его на полу. Затем он стал закреплять на теле своей жертвы зажимы и крючки, закреплённые на тонких, металлических тросах. Зажимы впивались в тело пожилой женщины, жестоко сминая нежную плоть. Старуха стонала, холодный металл причинял ей боль, но эти, боль от зажимов и стыд от унизительной позы, стали постепенно возбуждать её. | | |
| |
|
Рассказ №1714
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 09/06/2002
Прочитано раз: 16726 (за неделю: 5)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "В стихах нельзя про все сказать и лучше болтовни - молчанье...."
Страницы: [ 1 ]
ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА ТЕБЕ
Прости, я просто ухожу, лишь только гнев сменю на милость.
За грубость жалостью плачу, мою гордыню не отнимешь.
Ты был мне дорого, но сейчас, в душе больной обиды камень.
Такой другой, такой чужой, как будто никогда не знала.
Спасибо, что освободил и научил дышать свободно.
Спасибо, что меня любил, хотя душе бывало больно.
Быть может я и не права, что наша жизнь была ошибкой.
Но ты другой и я - не та, все вспомнится потом с улыбкой.
Я просто ухожу, мне жаль, что обманулась в ожиданьях.
В стихах нельзя про все сказать и лучше болтовни - молчанье.
Прощай, я просто ухожу.
РАЗОЧАРОВАНИЕ
Как холодно и дождь по крыше бьет.
Желтеют листья, наступает осень.
Душе моей так хочется еще
Чуть-чуть тепла и нежности,
Но поздно:.
Как холодно и ночь уже длинней,
И за окном тускнея, светят звезды.
Несбывшиеся ожиданья. Слезы
Смахну рукой, но боль меня сильней.
Как холодно и ветер оборвал желанье,
Что так выросло внезапно.
Его унес он, я теперь пуста,
Как дерево осеннее. Печально.
Нам холодно с тобой моя судьба.
Мы странники в осеннем листопаде.
Хотим лишь только капельку добра,
Чтоб очутиться с головой в усладе.
Как холодно. Укройся. Ты не та:
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
