 |
| |
| | Груди стали пунцовыми от натуги от переполнявшего их молока. Маша потянулась и взяла в правую руку сосок на правой груди. Он был горячим, но уже не столь чувствительным к прикосновениям, у Маши между ног стало горячо, но не более. В грудях пульсировало молоко, грули требовали дойки. Маша сжала сосок. Ничего. Она принялась разминать свои соски. | | |
| |
|
| |
| | Он массирует моё анальное отверстие. Голова кругом. Я ничего уже не соображаю. "Трахни меня!". Он одевает презерватив. А я в это время всё время повторяю - "Трахни меня, как шлюху!" Крыши совсем нет. Он входит. Сначала тихо. Раздвигает ягодицы руками. Затем сильнее. Толчёк. Боль. Терпимо. Он аккуратен. Входит не сразу. Ещё толчёк. Боль. Уже слабее. Тогда он начиает двигать. Я не знаю с чем это сравнить. Я кричу. Боль. Удовольствие. Я тут он начинает кончать. Я чувствую, как его член запульсировал. Что-то тёплое внутри... Лежим отдыхаем, пьём вино... И тут я встаю, одеваюсь и ухожу, как и положено шлюхе. Он просит дать свой телефон. | | |
| |
|
| |
| | Юна взяла прут несколько раз рассекла им воздух и огрела Генкин зад. Сначала Генка почувствовал прикосновение потом нарастающую боль а потом дикую обжигающую. Генка кричал, извивался а Юна не обращая на это не кого внимания продолжала методично наносить удары. Когда она дала ему первые десять ударов то дала 5 минут передохнуть. | | |
| |
|
| |
| | Сэми незамедлительно последовал призыву. Поудобней развалился на широкой софе, опершись на локти, расставил ноги и сжал в кулаке вставший член. Кулак закрывал прибор хорошо если на треть. "Давай, давай, come to daddy, блядь". Жена на четвереньках подползла к нему, уселась на колени между его мускулистых бедер и взяла хуй в руку. Слегка сжала, отпустила, провела пальцами сверху вниз, снизу вверх. Член отозвался упругим покачиванием. Наташа обхватила его пальцами, начала подрачивать, нежно и неспешно. Потом придвинулась ближе и лизнула головку языком. Сэми довольно хмыкнул. Не прекращая ласкать, взяла головку в рот, облизала, пососала, и принялась забирать весь ствол в рот все глубже и глубже. Сэми застонал. "Профессионалка, шлюха, блять," - Николай Сергеевич пристроился сзади жены на ковре, одной лапищей сжал грудь и помял сосок, а другую запустил ей между ног и без лишних реверансов засунул толстый палец в пизду и деловито пошуровал им там. "Ого, а блядина то потекла уже!" - и продемонстрировал всем мокро блестящий средний палец. | | |
| |
|
Рассказ №1714
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 09/06/2002
Прочитано раз: 16674 (за неделю: 21)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "В стихах нельзя про все сказать и лучше болтовни - молчанье...."
Страницы: [ 1 ]
ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА ТЕБЕ
Прости, я просто ухожу, лишь только гнев сменю на милость.
За грубость жалостью плачу, мою гордыню не отнимешь.
Ты был мне дорого, но сейчас, в душе больной обиды камень.
Такой другой, такой чужой, как будто никогда не знала.
Спасибо, что освободил и научил дышать свободно.
Спасибо, что меня любил, хотя душе бывало больно.
Быть может я и не права, что наша жизнь была ошибкой.
Но ты другой и я - не та, все вспомнится потом с улыбкой.
Я просто ухожу, мне жаль, что обманулась в ожиданьях.
В стихах нельзя про все сказать и лучше болтовни - молчанье.
Прощай, я просто ухожу.
РАЗОЧАРОВАНИЕ
Как холодно и дождь по крыше бьет.
Желтеют листья, наступает осень.
Душе моей так хочется еще
Чуть-чуть тепла и нежности,
Но поздно:.
Как холодно и ночь уже длинней,
И за окном тускнея, светят звезды.
Несбывшиеся ожиданья. Слезы
Смахну рукой, но боль меня сильней.
Как холодно и ветер оборвал желанье,
Что так выросло внезапно.
Его унес он, я теперь пуста,
Как дерево осеннее. Печально.
Нам холодно с тобой моя судьба.
Мы странники в осеннем листопаде.
Хотим лишь только капельку добра,
Чтоб очутиться с головой в усладе.
Как холодно. Укройся. Ты не та:
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
