 |
 |
 |  | Оказавшись на нём Маша вдруг поняла, что хочет есть, а до обеда было ещё полчаса. Она стала ждать и думать, что же ждёт её вечером. Она понимала, что умудрилась разозлить Лизу, которая была самая строгая из всех, с кем Маша в последнее время сталкивалась. Она, думала, что раз ей дали команду привести себя в порядок по полной, то скорее всего её опять отдадут парням для их развлечений или вывезут ещё раз в магазин. Она очень боялась телесного наказания от Лизы. С другой стороны поездка в магазин или ещё куда-то Машу тоже не очень радовала. Так за размышлениями время приблизилось к обеду, до которого оставалось 10 минут. Маша встала, одела свою коротенькую юбочку, надела топик, который едва скрывал её не маленьких размеров грудь, поскольку она была без лифчика. Мша стала думать снять ошейник, который на ней остался с самой уборки или идти в нём. С одной стороны пойдя она в ошейнике, это вызовет расспросы и слухи среди лагеря, а с другой она может ещё больше разозлить Лизу. Подумав, Маша решила, что Лизу она и так уже разозлила, а вот лишние пересуды ей не нужны, ведь она согласилась на всё на это только из страха, что все узнают, как она трахалась с парнем в первый день. Маша сняла ошейник и положила его на свой матрац, после чего отправилась на обед. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мои стоны наполняли квартиру... . было очень приятно... Я развернулась на 180 градусов и опять села на Сережино лицо, так, что моя голова оказалась напротив или вернее над его членом... . Я открыла рот и даже не то что стала сосать, а буквально заглатывать его половой орган... Мои слюни обильно смазывали его член... Я почувствовали как волос попал мне в рот и немного выпрямившись я стала доставать его из рта... Увидев обалдевших двух мужиков, сидящих в креслах я поманила их пальцем. Они подошли... Я выпрямилась, продолжая сидеть на лице Серёжи, а Игорь с Володей, взобравшись на диван подставили два члена к моему рту... . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И мой хуй наконец- то вошел в ее мокрую сладкую пизду. Она дернулась всем телом, застонала, а я ее начал сначала медленно и нежно а потом со всей страстью ебать... . начал долбить ее дырку своим горячим и толстым поршнем. Я от сексуальной прелюдии очень сильно перевозбудился и поэтому не мог долго двигать своим членом в ее роскошной горячей пизде, я уже был готов вот- вот взорваться, но мне повезло - теща уже сама давно готова была кончить от возбуждения и ее оргазм не заставил себя долго ждать... . она вся сжалась... . вскрикнула довольно громко, хотя старалась сдерживать себя (чтобы соседи не услышали, как в отсутствии моей жены - очень подозрительно странно кричит ее мама) прижала меня к себе еще несколько раз вскрикнула и я этот сладкий миг решил не упускать и тоже кончил вместе с ней, изливаясь огненной лавой в ее влажное лоно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лариса не обратила внимание на вскрик подруги, лаская член Андрея, она наблюдала всю картину и видела замершего за спиной Оксаны Олега с вздыбленным членом. |  |  |
| |
|
Рассказ №17548
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 28/09/2015
Прочитано раз: 71662 (за неделю: 51)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "И вот уже чудо свершилось: в моей ванне, скорчившись и закрывшись руками, сидит голышом чудесная девочка! Она вся ужасно покраснела от стыда. И от этого стала еще прекрасней. У меня даже дыхание перехватило от желания всласть, досыта залапать ее. Но делать этого было, конечно, пока нельзя. Даже разглядывать было пока нельзя. Я сглотнул комок в горле. Восстановил дыхание. И пустил теплую воду...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я уже говорил, что план был придуман заранее.
Пунктом первым и одним из главных в нем шло: "постоянно показывай ей, будто относишься к ней как к совсем мелкой, как к детсадовке". Так я себя и вел.
По дороге домой мы познакомились. Девочку звали Дашей. Я разрешил называть меня на "ты", и она легко приняла такое обращение.
И вот я, наконец, открыл входную дверь дома. Мы шагнули за порог. Активная часть плана началась.
- Голодная? - спросил я. Она неуверенно кивнула.
- Сейчас поставлю ужин, скоро все будет.
Оставив Дашу в прихожей, я зашел на кухню, поставил подогреваться мясо и гарнир. А пока сделал пару бутербродов с колбасой, налил стакан сока и вернулся с этим к робко жмущейся к входной двери девочке.
- Держи для разгона, а скоро нормально поедим.
Бутерброды исчезли в момент. Бедняга действительно наголодалась.
- Так, - небрежно сказал я, - в таком виде я тебя в комнаты не пущу. Заросла грязью по уши. Еще и вшивая, небось?
- Я не вши... - возмутилась Дашка.
Но я ее перебил и не терпящим возражений тоном отрезал:
- В ванну!
Распахнул дверь в ванную, включил свет, пустил теплую воду и скомандовал:
- Тряпье кидай в этот таз, а сама залезай. Я из тебя быстро человека сделаю!
Малышка кивнула и начала было снимать платье, но потом остановилась и недоуменно уставилась на меня. Я не выходил.
- Спасибо, - вежливо дала она мне понять, что стесняется раздеваться при мне.
- Раздевайся и залезай в ванну, - сделал я вид, будто ничего не понял.
Наступил решающий момент. Я сейчас обязательно должен был оставить девочку без трусиков. Но не силой. Это должен быть ее выбор.
- Я сама помоюсь, я уже давным-давно умею, - сделала еще одну попытку уладить ситуацию миром Дашка.
- Вижу, как ты сама умеешь, - ответил я, поворачивая ее к зеркалу, - вон, загадилась с ног до головы как чушка. Воняет от тебя как из помойки, умелица. Залезай без рассуждений!
Девочка занервничала. Вдруг она попала к какому-то насильнику? Но я держался спокойно, говорил строго и уверенно. И все время подчеркивал всем своим поведением, что почему-то вижу в ней совсем маленького ребенка. Ну что же, многие взрослые, особенно мужики, не разбираются в детях. На насильника я похож не был.
Даша задумалась. И решила прояснить ситуацию.
- Я не буду при тебе мыться.
- Очень жалко, - сказал я, - но такую засранку я пустить в дом не могу. Или я тебя сейчас как следует отмываю, или поехали, отвезу тебя обратно, возвращайся в свой подвал.
- А может, . . - шмыгнула девочка.
- Ничего другого быть не может, - отрезал я. - Или ты сейчас залезаешь в ванну, или мы прощаемся. В доме такие грязнули не живут. Ну, выбирай.
Я с замиранием сердца ждал ее решения, изо всех сил изображая на лице спокойное безразличие. Наступил момент истины. Заведется у меня дома прекрасный голенький зверек? Или сейчас мы попрощаемся навсегда?
И Дашка решилась.
- Отвернись, - попросила она, краснея, и взялась за пуговицу на воротнике платья.
Пока девочка раздевалась, я старался на нее не смотреть. Ни в коем случае нельзя было показать, что мне это интересно. Ведь у Дашки не началась истерика только по одной причине. Эта дурочка поверила, будто считаю ее совсем малявкой.
А что должен чувствовать подросток, которого непонятно почему считают чуть ли не ясельным ребенком? Дашку такое отношение не должно пугать (и отлично! только поэтому она сейчас раздевается при парне, которого впервые в жизни видит) . Но зато должно дико обижать, и это тоже замечательно: по моему плану, эта ее обида очень поможет чуть позже развить наши отношения.
И вот уже чудо свершилось: в моей ванне, скорчившись и закрывшись руками, сидит голышом чудесная девочка! Она вся ужасно покраснела от стыда. И от этого стала еще прекрасней. У меня даже дыхание перехватило от желания всласть, досыта залапать ее. Но делать этого было, конечно, пока нельзя. Даже разглядывать было пока нельзя. Я сглотнул комок в горле. Восстановил дыхание. И пустил теплую воду.
Я очень тщательно вымыл Дашке голову, потом полил средством от паразитов. Оно должно было оставаться на волосах не меньше десяти минут. Поэтому мы перешли к мытью остального. Я заставил девочку встать в ванной. Она поднялась, повернувшись ко мне спиной. И так и стояла, скрючившись в три погибели и зажавшись руками.
Я не стал спорить. Хорошенько несколько раз вымыл ее сзади и бока. Потом по одной отмыл ручки. Потом ножки, не касаясь попки. И только после этого развернул ее лицом к себе. Она продолжала закрываться, но я не возражал. Оттер ее спереди, кроме сисек и письки (которые я пока даже ни разу не увидел) . А потом вручил мочалку Дашке:
- Раз ты такая стеснительная, то сиськи-попки-письки помой сама. Но как следует. Даешь слово?
- Да, - прохрипела девочка, которая к этому времени от своей голопопости, натирания мочалкой и моего небрежного упоминания ее "неприличных" мест стала рубиновой. Она так замечательно стеснялась, была такой милой и обаятельной, что я решил: в таких "краснокожих" ей у меня предстоит играть частенько. Буду стыдить и любоваться ее алым свечением.
Но до этого, конечно, было далеко. Приручение только-только началось. Я демонстративно отвернулся. И занялся вещами:
- Так, теперь твои тряпки, - я брезгливо пошевелил сваленные в таз грязные лохмотья, - попробую сейчас их замочить. Если получится, потом в стиралке их прокрутим. Хотя у меня большие сомнения, что они хоть как-то отстираются. Ладно, попытка не пытка.
Я насыпал в таз порошок и залил водой из умывальника.
- А вонючие какие они у тебя! - Фыркнул я. - Вынесу пока из дому их. Мойся как следует, сейчас вернусь.
Я выставил таз наружу, заглянул на кухню (все давно разогрелось) и не спеша вернулся к своей новенькой и уже почти чистенькой живой игрушке. Спросил, хорошо ли она помылась, смыл средство от паразитов и еще разок промыл волосы шампунем.
- Ну, вот и все. Ух ты, а ты у нас беленькая, оказывается. И волосы у тебя чудесные. Жалко, что под мальчика пострижены, ну да еще отрастут. Приятно быть чистенькой? Теперь выбирай. Если хочешь, наберем водички и поваляйся в ванне. А я пока уйду, чтоб тебя не смущать. А хочешь, вылезай. Ужин готов и ждет.
Конечно, беспризорница выбрала ужин!
- Правильное решение, - одобрил я.
Она по-прежнему закрывалась руками. Я не стал ей мешать, просто взял за ручки у самых плеч, вытащил из ванны, в которой она стояла, и поставил на круглую табуретку-таблетку.
Сейчас от меня требовалось точно исполнить маленькую сценку: нам предстоял очередной критический момент.
Снял с крючка полотенце (в ванной оно было единственным, остальные я днем спрятал под ключ - вместе со скатертями и вообще всеми лежащими в свободном доступе тряпками) . Хорошо вытер Дашку, но не пытаясь оторвать ее ручки от мест, которые она прикрывала. Сунул полотенце девочке:
- Сиськи-письки-попки вытираем быстренько!
Дождавшись, когда она промокнула свои сокровища, забрал полотенце обратно. А чтобы это выглядело оправданным, еще раз вытер ей ноги, на которые снова накапало сверху.
- На будущее запоминай, - я потряс перед ней полотенцем, - как только помоешься и вытрешься, полотенце отправляешь в стирку. Вот так. Чтобы грязными не вытираться.
Я кинул его в стиралку, захлопнул дверцу и нажал кнопку. Программа была выставлена заранее. Машина щелкнула, запирая дверцу. Мигнула индикаторами: включилась защита от детей. Теперь, не зная кода, стирку не остановить. И барабан начал крутиться.
- А теперь идем ужинать, - я взял Дашку за плечо и мягко подтолкнул.
От растерянности она послушно шагнула в коридор. И только там сообразила:
- А вещи?
- Я ведь твои замочил. А чистых девчоночьих у меня нету. Откуда?
- Но я же не могу ТАК ходить!!! - девочка даже присела от ужаса. А ее глаза превратились в два огромных синих блюдца.
- Ерунда, пока без них побегаешь. Все равно у тебя еще ничего не выросло. Да никто тебя и не увидит. Я живу один, а мне ты даром не нужна, малявка, - как можно небрежней отмахнулся я. - Идем, ужин остынет.
- Ты... Ты... Отдай мои вещи!!!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|