 |
| |
| | Я немного разозлился, так как никак не мог получить то, что хотел от Элинки. Я решил, что пора кончать цацкаться с этой малолеткой. Так как она не смогла сделать мне нормально минет, то я решил, что пора сделать из девушки настоящую женщину. Я был немного зол и конкретно возбуждён. Я попросил лечь Элину на кровать и спросил у неё разрешения связать ей руки и ноги. Я сказал, что это продолжение игры. Теперь я буду делать ей приятно и она при этом не имеет право двигаться. Линка так и так никогда не двигалась, когда я её лизал, но она поверила мне и согласилась. Пообещав, что ничего плохого я ей не сделаю, я уговорил её лечь и дать себя связать. Верёвки я достал быстро. У меня на даче шторы завязываются толстыми мягкими длинными верёвками и так как шторы были опущены, то я воспользовался лежавшими рядом верёвками. Связав руки на запястьях и привязав их к кровати и связав ноги на лодыжках, я перевернул её на живот и сказал, чтобы она стала раком. Девушка кое как повиновалась и я стал вылизывать её сзади. Я лизал её влагалище пока мой чертёнок не возбудился. Тогда я начал лизать её анус и проникать в него язычком. От этого Элина просто начала сходить с ума. Сначала она сопротивлялась, но потом успокоилась. На ануся у неё начали уже расти волосы и у неё оттуда немного пахло каллом, что мне было сейчас просто по барабану. Видно ей очень понравилось, как мой язычёк заходил к ней в попку. У неё начало выделятся столько сока из влагалища, что скоро на одеяле была пара капель. Я приступал к заключительному акту своей игры. Теперь я мог не сдерживаться, так как ребёнок был беззащитен. Сбегав на кухню я притащил новый тюбик зыбной пасты "Colgate" и вытащил из сумки привезённую мазь-смазку для секса. Смазав тюбик и намазав анус Элинки я начал вводить тюбик зубной пасты ей в зад. Элина сразу заворочалась и забилась у меня в руках и сказала, что ей неприятно, но когда я пообещал, что скоро станет приятно и удобно, то она перестала вертеться, только иногда постанывая. Слава богу это был мой любимый "Colgate", который обычно продаётся в круглых и довольно маленьких тюбиках. Стоная, Элина продержалась до конца, пока весь тюбик не оказался в ней. Тюбик не влез сразу и его приходилось вталкивать внутрь в несколько заходов. Я продвигался по сантиметра 2 вперёд и по одному назад. Когда же полностью засунул его в Линку, то решил ещё раз вынуть его и как бы поиметь её этим тюбиком. Вытащив из неё "Colgate", я увидел, что весь тюбик в её калле и решил пока не трогать его, засунув его обратно к ней в попу. Тогда я, смазав свой член мазью, понял, что пора отьиметь Элину как следует. Приставив свой член к влагалищу, я расправил пальцами половые губки в стороны и начал входить в девственное влагалище 13-летней Элины. Только тут девушка поняла, что именно я хочу сделать, но было уже поздно. Руками Элина двигать не могла, так как они были привязаны к кровати, а ноги я держал своими ногами. Линка пыталась побрыкаться, но у неё не было ни одного шанса против меня - я весил раза в два больше чем она. Элина попросила меня не делать этого и когда я резко надавил на плеву, то она заорала, но тут же заткнулась, когда я схватил её правой рукой за волосы и вывернул голову наверх. Взяв её рукой за волосы, я повернул её лицо к себе и увидел слёзы на её глазах. Отпустив голову, я начал медленно, а потом и быстро трахать девушку во влагалище, из которого так и не показалось крови. Только мой член был немного розовым. Уже через минуту я услышал, как Элина задышала чаще и понял, что болевой порог перешагнут и девушке, если и не начало нравиться то, что я с ней делаю, то хотя бы стало более приятно чем вначале. Я почувстовал, что скоро кончу и тогда я вынул Colgate из её ануса и резко приставил к её настеж открытой дырке свой член. Я попытался войти в неё, но дёрочка была слишком маленькая и быстро стягивалась. Элина опять заорала, что ей больно, но я уже кончал в её анус своей спермой. Головка была наполовину засунута в её попу и сперма била ричьём в её кишку. Я кончал секунд 15. Когда я вытащил из неё головку, то из попки хлынул поток спермы и немного калла. Чувствуя себя виноватым перед Элиной я перевернул её опять на спину, вытер её трусиками кровь и сперму и начал удовлетворять её язычком. На этот раз у меня уже заболел рот, пока Элина начала немного подмахивать мне бёдрами. Кончила Элина молча. Я понял, что у неё был оргазм только по тому, что её тело вдруг забила конвульсия. Стонов же не было слышно совершенно. Было видно, что с девушкой что-то не то. Я понял, что Элинка на меня обиделась. Она сказала, что я ей сделал больно без её согласия и что больше она не хочет быть со мной. Я уговаривал её и говорил, что первый раз должен был быть таким, но она и не хотела слушать. В город мы уехали на следующий день. Порознь. Я думал, что всё кончено и секса с малолетками у меня больше никогда не будет, но уже через неделю Элина появилась снова. Она позвонила и сказала, что она на меня не в обиде. Она призналась, что просто не была готова к такому и сказала, что не хочет меня терять. Я попросил прийти её ко мне, так как у меня опять не было родичей дома и, когда она пришла, то я сказал ей, что мне надо ещё много ей показать. Она сказала, что будет рада, если я стану её учить кое чему. Я уже подготовился к её приходу и в видике стояла порнуха. Включив порно-кассету, я начал спрашивать её о том, что ей нравиться и чтобы она хотела испробовать из того, что показывали по видику. Моя девочка сидела около меня на кровати в юбке и глазела в экран моего огромного телика. Я, поняв, что стеснений между нами уже нету, сел у неё за спиной и посадив её между моими ногами спиной к себе. Мои руки быстро подняли подол её юбки и забрались к ней в трусики. Линка расслабилась и довольно быстро кончила, возбуждаемая моими пальцами и действиями на экране. Кончив, она слезла с меня и сев у меня в ногах в пол оборота к телевизору начале массировать мой член через спортивные штаны. На экране как раз была сцена глубокого минета. Элина, не слова не говоря, стянула с меня штаны и начала пытаться заглатить мои 18 сантиметров как можно глубже. У неё это получалось намного лучше чем тогда на даче и я понял, что скоро я научу Элиночку всему тому, чего я требую от хорошей девушки. Я вынул свой смазанный слюнями член из её рта и сойдя с кровати, повернул её к себе попой. Стянув вниз трусики, я медленно вошёл в её ещё очень узкое, но уже женское влагалище. На этот раз она не сопротивлялась и начала медленно двигаться мне навстречу. Через несколько минут она кончила и я попросил разрешения кончить её в ротик. Она, поколебавшись, согласилась. Я встал и засунул ей свой член ей в рот. Сосала она намного лучше, чем неделю назад, да и я уже был практически на пике. Кончил я буквально через 20 секунд бурным потоком, который начал выливаться из её маленького ротика. Я попросил её проглатить моё семя, так как меня всегда возбуждало это. Большую часть моей спермы она проглатила и с тех пор никогда не делала по другому, если я кончал ей в ротик. | | |
| |
|
| |
| | Я снова улегся на кровать и принялся размеренно дрочить свой, немного уставший член. Желание не заставило себя ждать и вновь стало подгонять ускорить темп, но память подсказывала какой экстаз ждет впереди и заставляла сдерживать движения рук. Дрочил я размеренно, любуясь все больше и больше раздувавшейся залупой. Даже едва слышный, из-за шипящего звука телевизора шорох, раздававшийся в коридоре не смог мне помешать. Моя рука, то неспешно натягивала на багровую залупу тонкую кожу, то так же неспешно ее оттягивала к основанию члена, задерживаясь на секунду у самого корня. Оставались последние секунды, как вдруг я почувствовал на себе посторонний взгляд. Еще не понимая, что это могло быть, я повернул голову к входной двери и "О боги" - в проеме коридора, ведущего к выходу из номера, стояла горничная. Ее широко раскрытые, темные глаза были устремлены на мой звенящий, готовый лопнуть от надвигающегося оргазма член. Она посмотрела мне в лицо, наши взгляды встретились, и я, скорее почувствовал вспыхнувшее блеском в ее черных глазах растущее желание. | | |
| |
|
| |
| | Она вышла ко мне в чулках, трусиках и лифчике. Я как партизан сидел лежал под одеялом, накрывшись по шею и понимая, что наконец пришёл тот день, когда это случится. Полового акта я боялся больше всего в жизни. Это было вдвое страшнее, чем если бы меня три раза побили. Она лена на конец огромной кровати и просунув руку под одеяло, поймала мою ногу и немного откину одеяло держала мою ногу за ладышку. | | |
| |
|
| |
| | Мой пенис уперся ей в спину и она не могла этого не ощущать - я был просто уверен в этом. И тут я почувствовал ее дыхание, оно было сбивчивыми и неровным, конечно же она не спала, и ждала продолжения. Как только я понял это, решил приступать с активным действиям и медленно повел рукой вниз по бедру, медленно пересек узкую полоску трусиков и поглаживая опустился чуть ниже, на внутреннюю сторону бедра. Поскольку мы лежали на боку, я мог использовать только одну руку - правую, а левая была под подушкой. Я гладил ее по ножкам и по трусикам все ближе и ближе приближаясь к тому месту, которое интересовало меня сейчас больше всего на свете. | | |
| |
|
Рассказ №17551
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 28/05/2025
Прочитано раз: 41105 (за неделю: 11)
Рейтинг: 35% (за неделю: 0%)
Цитата: "Стоящая передо мной воспитанница повела себя так, как я и надеялся. Дашка сразу не могла сообразить, как стряхнуть мою лапу со своей оскорбленной попки, не убирая руки от других своих местечек. Она попробовала присесть, чтобы выскользнуть. Но моя рука придерживала ее как раз снизу. Вышло, будто глупышка садится на нее. Она покраснела еще больше, на глазки даже навернулись слезы от обиды. Я продолжал спокойно разговаривать со своей игрушкой, подгребая ее еще ближе. Так, что девочка теперь стояла у меня между колен. "Мои ушки плохо слышат. Спой еще раз свою песенку, только сядь ко мне на язычок" - вспомнилось вдруг. Чуть не заржал, но сдержался. И продолжил тем же ленивым небрежным тоном:..."
Страницы: [ 1 ]
- Чем теперь займемся, ребенок? - спросил я, когда мы доели. Дашка пожала плечами.
- Ладно, сегодня будем целый день лениться. Отдыхай в свое удовольствие. И мультики - сколько влезет. Завтра уже так не дам. Будет все как положено: утром - зарядка, обливание-растирание, днем - занятия. Проверю, что ты знаешь, и начнем учиться понемножку.
Само собой, девчонка зафыркали и забухтела.
- Не бубни, как старушка, сказал же, это завтра. А сейчас погнали дальше мультики смотреть.
Я решил, что хватит Дашке прятать от меня свои симпатичные местечки.
Первым делом заставлю ее показать сиськи.
Это было несложно. Когда девчонка пошла в выбирать кассету, я чуть задержался на кухне. Поставил на стол большой поднос, в него - низкие толстые стаканы, в которые налил сок. Насыпал разных конфет.
В гостиную я пришел с пустыми руками. Удобно устроился в кресле. А после первого мультика будто бы вспомнил:
- Ребенок, я на кухне поднос забыл с соком и со сладостями. Хочешь?
Конечно, наголодавшаяся Дашка хотела!
- И я хочу. Тащи сюда.
Стараясь не ухмыляться, я ждал Дашкиного появления. И она меня не разочаровала.
Поднос был здоровенный и тяжелый. Девчонке приходилось держать его перед собой обеими руками. В принципе, она могла бы прикрыть подносом сиськи. Но для этого его пришлось бы нелепо задрать, к тому же полностью открыть низ. И Дашка не стала.
Она вошла в комнату задом, и стала, пятясь, подходить ко мне.
- Избушка-избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом, - сказал я, когда девочка допятилась до стоящего у кресел стеклянного журнального столика.
- Возьми, - Даша, не оборачиваясь, попыталась неуклюже завести поднос за спину.
- Поставь на столик, - попросил я. Она продолжала мяться.
Я неторопливо разглядел ее ладную крепкую попку. На ней были милые ямочки, как бывают на детских щеках. Очень хотелось ее погладить. Но мне не нужно было, чтобы воспитанница (я ее уже называл так про себя) с воплями уронила поднос и все разлила и разбила. Надо было, чтобы она повернулась. Поэтому я невинно сказал:
- Ух ты, попка розовая какая. Хорошо отмыли мы ее.
Поднос все-таки чуть не полетел на пол, так стремительно развернулась глупышка.
- Ты! . . ты! . . - гневно начала она, краснея до ушей и поставила свою ношу на столик. Тут она поперхнулась и даже не покраснела сильней, а залилась рубиновым светом, потому что заметила, что я нахально пялюсь на ее маленькие грудки. Они были конической формы и кончались остренькими сосками.
Дашенька прихлопнула одной рукой их, другой - низ животика. И приготовилась к возмущенной речи. Но я ее опередил.
- Ну вот, я же говорил, ничего у тебя не выросло еще. Малышка, а стесняется так, будто правда есть, что прятать.
- Дурак! Все у меня выросло! Я тебе не малышка! Я! . . Дай одеться! Я! . .
Я забросил руку, поймал дурочку за попку и рывком подтянул ее к себе.
- Предупреждаю первый и последний раз: назовешь меня дураком или будешь выделываться - будешь получать по заднице. Вот по этой, - для убедительности я легко подшлепнул по напружинившимся половинкам снизу.
Стоящая передо мной воспитанница повела себя так, как я и надеялся. Дашка сразу не могла сообразить, как стряхнуть мою лапу со своей оскорбленной попки, не убирая руки от других своих местечек. Она попробовала присесть, чтобы выскользнуть. Но моя рука придерживала ее как раз снизу. Вышло, будто глупышка садится на нее. Она покраснела еще больше, на глазки даже навернулись слезы от обиды. Я продолжал спокойно разговаривать со своей игрушкой, подгребая ее еще ближе. Так, что девочка теперь стояла у меня между колен. "Мои ушки плохо слышат. Спой еще раз свою песенку, только сядь ко мне на язычок" - вспомнилось вдруг. Чуть не заржал, но сдержался. И продолжил тем же ленивым небрежным тоном:
- Ладно, оденем тебя. Сиськи-письки как у детсадовской малышки, а смотри ты, стесняется. Прямо как большая.
Дашенька аппетитно виляла попкой в попытках сбросить нахальную лапу.
- Я не малышка! - заорала она. - Руки убери!
- Хорошо-хорошо, я тебя буду большишкой называть! - покладисто ответил я, с преувеличенной серьезностью покивав головой. И убрал руку.
Дашка начала успокаиваться: до нее дошло, что я снова пообещал ее одеть.
- Так дашь одежду?
- Хорошо. Поеду в центр, куплю...
Я не соврал. Никто ведь не сказал, что это будет сегодня. Но малявка повелась и расслабилась еще больше. Вот он, идеальный момент для нового наступления.
-... хотя ничего у тебя и не выросло, - так же небрежно закончил я фразу. И моя предсказуемая гостья тут же забухтела, как и ожидалось:
- А вот и выросло! А вот и выросло!
Этого я и ждал.
- Ой!!! - заорала Дашка, оказавшись в моих лапах. Одним движением я забросил ее в глубокое мягкое кресло рядом с собой и мягко затормошил. Еще в ванне я проверил, что пациентка, как почти все девчонки ее возраста, жутко боится щекотки. И сейчас она забарахталась в кресле, корчась и дрыгаясь под моими руками. А я, продолжая ее немилосердно щекотать, легонько теребил всё, что мелькнет под ее съезжающими ослабевшими лапками.
- Да что это у нас там такое выросло? - ворковал я, - да ничего у нас не выросло. Да разве же вот эти малюсенькие сисечки называется "выросло"? Да разве же вот эта малявкина писька называется "выросло"? Люди добрые, посмотрите, разве у нее выросло что-то? . .
Я был очень осторожен, чтобы случайно не сделать ей больно: наверняка эти растущие соски и только начинающая взрослеть писечка очень чувствительны. При этом я постоянно щекотал бедолагу и она трепыхалась, как рыбка, а протестовать не могла, потому что была по уши занята тем, что училась (хотя и не по своей воле, но очень старательно) ржать по-лошадиному. Я бы с радостью развлекался так с ней еще долго. Но придется отложить. На первый раз Дашке ощущений хватит с головой.
И так же внезапно, как швырнул ее в кресло, я поставил дурочку на пол и отпустил.
- Ладно, большишка, - подшлепнул я ее в сторону видика, - хорошего понемножку. Давай дальше смотреть. Пульт на видике, врубай.
Дашка растерялась. Как реагировать на то, что произошло, она не понимала. Малышка неуверенно улыбнулась, тут же нахмурилась, к глазам снова подкатили слезы, но сразу отхлынули.
- Дурак, - повторила воспитанница.
Я молниеносно схватил ее и снова поставил между колен.
- Что я тебе говорил? Что будет, если ты будешь грубить?
Девочка испуганно сжалась.
- Так, - сказал я, - сейчас получишь по заслугам.
Она всхлипнула.
- Ну вот что, - выдержав грозную паузу, продолжил я, - на первый раз тебя прощаю. Но больше не надейся, в следующий раз огребешь по полной.
- Дай одеться, - пробубнила тут же воспрянувшая духом глупышка.
- Ага, щас. Ты будешь выкобениваться, а я прямо вот сейчас все брошу и метнусь через весь город тебе тряпки привезти, - я помолчал и вдруг смилостивился, - черт с тобой, потом смотаюсь. Включай мульты.
Дашка машинально, как робот, пошла к видику, нажала воспроизведение, попятилась и шлепнулась на ковер. Она была совершенно обалдевшей.
С тем же одурелым видом, то и дело оглядываясь на меня через плечо, она посмотрела еще одну серию "Ну, погоди!". Наконец в глазах воспитанницы появилось осмысленное выражение. Значит, она благополучно переварила случившееся. Теперь можно было продолжать.
- Держи, - я протянул ей сок.
Девочка, ерзая попой, передвинулась ближе ко мне и хотела взять стакан. Но я выхватил ее с пола и усадил рядом с собой:
- Ты, конечно, малышка, но не до такой степени, чтобы все время по ковру голышом ползать. Посиди, как большая.
Воспитанница заверещала и заерзала, накрепко закрываясь руками. Но я ничего страшного не делал, просто прижимал к своему боку, крепко обняв одной рукой за плечико. И она замолчала.
Я поставил стакан на край столика перед девочкой.
- Не бери дурного в голову. Пей и отдыхай.
Скоро Дашка поверила, что я к ней не пристаю. И стала кайфовать, отхлебывая сок и зажевывая его конфетами, печеньем, вафлями, зефиром - на подносе хватало вкусняшек. После улицы она была готова беспрерывно жрать с утра до ночи. Я не смотрел на нее, чтобы не смущать.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
