 |
| |
| | Она осталась полностью голой. Я немного развела ее ноги, ухватилась за них, чтобы она ими не шевелила, и прикоснулась языком до ее киски и она застонала. | | |
| |
|
| |
| | Я целовал ее ножки до тех пор, пока она сома не убрала их от меня. Она взяла меня за руку и потянула к кровати. Я не сопротивлялся, она легла на кровать, я аккуратно лег на нее сверху, следом за нами легла Катя.(благо кровать была широкой) Я слез с Лены и передвинулся так, что бы лежать между ними обоими. Мы продолжали целоваться, но тут катя сняла с меня футболку, я не стал сопротивляться. Тем временем Лена расстегнула ремень на моих штанах и стала стаскивать с себя маячку топик. Я уперся руками в кровать и стал молча наблюдать за ними. Катя тоже сняла футболку, как оказалось обе они не носили бухгалтеры, я с наслаждением смотрел на гладкую кожу их молодых грудей. Тут я решил, что не мешало бы им помочь раздеться, я стащил сначала юбку с Лены после этого я аккуратно расстегнул и снял джинсы с Кати. Потом я снял с себя штаны и носки. мы продолжали целоваться, только теперь я ласкал руками и губами их груди. У меня промеж ног давно выросла горка которая упиралась в внутреннею часть бедра моей любимой. Она чувствовала мое возбуждение и это заводило ее еще больше, наконец она не выдержала и спустила одну руку с пояса мне на бедро. Нежно поглаживая она перевела руку мне между ног и коснулась моих трусов. Я думал, что они порвутся под напором моего члена. Поглаживая его она спросила хочу ли я их. Что я мог ответить, кроме как да?! Катя стащила с меня трусы и стала поглаживать головку моего члена, она попросила, что бы я "поиграл" язычком у нее в дырочке. Зубами я стащил с нее трусики изображая большого дикого зверя, это завело ее до предела она сама с силой обняла меня за голову и рывком приблизила ее к своей розовой и влажной от возбуждения дырочке. Не знаю, что на меня нашло но я как бешенный пес впился ей между ног, мой язык превратился в ураган, в цунами. Катя уже не могла сдерживать себя и тихо стонала от наслаждения. | | |
| |
|
| |
| | Много у нас на улицах красивых девушек. Одно плохо - непонятно, как с ними познакомиться. Не всем, например, повезет встретить в темном переулке симпатичную девушку, к которой пристали пьяные хулиганы, чтобы, раскидав обидчиков, скромно предложить себя в качестве провожатого. Обычно самому приходиться зажимать девицу в темном углу и предлагать, скажем, помочь донести тяжелую сумку. Чаше всего это предложение отвергается в форме нанесения тяжелых телесных повреждений этой самой сумкой. Женщины по | | |
| |
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
Рассказ №17582
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 07/10/2015
Прочитано раз: 28591 (за неделю: 22)
Рейтинг: 54% (за неделю: 0%)
Цитата: "На старом матрасе, заваленном тряпьем, расположиться было в самый раз. На пыльный текстиль я бросила халат тыльной стороной. Потом постирается. От лампочки без абажура свисал шнур с переключателем. Я зажгла свет и углубилась в мир секса и сладострастия. Первые главы с наивными просветительными вырезками я просто перелистнула. Зато добравшись до статей для взрослых, я вся ушла в чтение. Были статьи о женском оргазме, о стыдливости и ревности, были обучающие статьи и восхваляющие. Статьи, воспевающие красоту тела, с невероятными фото. Некоторых вещи, которые я не считала приемлемыми никогда, были представлены на фото так, что поневоле хотелось примерить их на себя. Лица мазохистов выражали такое сладострастие, что я стала видеть себя в обрисованных сценах. Беременные женщины с распухшими грудями и огромными стоящими животами были поданы так художественно, что хотелось тут же обзавестись круглым животиком и распирающим груди молоком...."
Страницы: [ 1 ]
К столу мы появились с отличным аппетитом. Снова все были очень рады мне. Нам похлопали, когда мы объявили о намерении пожениться. Помолвку решили объявить на следующих выходных в местной греческой церкви. Мамаша обняла меня как родную. В этот раз было все попроще. На столе было вино, пиво и сидр. Мужчины больше налегали на пиво, женщины - на вино, а мне понравился их сидр. Было весело. Все сидели все в том же порядке, по всей видимости, традиционно. Папаша с Эдгаром наперебой рассказывали в лицах историю сегодняшнего ремонта, а мы покатывались со смеху. Потом разговор переключился на спорт, и не спроста. Оказалось, что мужчины сегодня едут на футбольный матч (только это футбол американский, где бегают с мячом в руках) . Все, кроме моего Алена.
Спасибо милому, он променял выдающееся спортивное событие на вечер со мной. Сразу после еды старшие мужчины попрыгали в двабольших пикапа, упаковка пива ушла туда же, так - на дорожку, и умчались, только пыль за ними.
Я очень хотела остаться с дружком наедине, соскучилась, но из вежливости предложила мамаше Дайане помощь с посудой и уборкой после ужина. А та рассмеялась и только вытолкнула меня с Аленом за двери: "Дело молодое! Еще своего намоешься"!
Я поднималась по ступенькам впереди него, а он стаскивал с меня одежду по дороге. Я шутливо вырывалась, что на самом деле помогало ему оставлять в руках желанные детали моего немногочисленного туалета. К его комнате я уже подползала на карачках, так как шорты на щиколотках и трусики, спущенные до колена, мешали мне шагать.
Мы занялись, что называется "бешеным сексом". Ален накинулся на меня яростно, как после долгой разлуки, а я только о том и мечтала. Мы начали сразу с проникновения и перепробовали все привычные позы. Я кончила два раза, последний раз вместе с милым. Потом мы взялись за продолжение, уже слегка насытившиеся, спокойно, не торопясь. Ласкали друг друга орально в позиции 69, сначала я внизу, потом он внизу, потом каждый на боку. Снова было проникновение в мою пизду, а я текла без остановки. А в пике возбуждения Ален взял меня в попку. В этот раз для меня это было удовольствием. Я чувствовала себя похотливой самкой, с которой самец может себе позволить все. Крупный член растягивал анус, было и приятно, и больно, и развратно. Я решила, теперь делать себе клизму накануне наших игр. Член сновал в попке то медленно, наслаждаясь проникновением, то быстро как во влагалище. Я подавалась ему навстречу. Ален направлял его то вглубь, то под углом, вбок, вниз, вверх. С рукой Алена на клиторе и выстреливающей спермой у меня в заду, я кончила в четвертый раз в этот вечер.
Ален ушел в душ, а я никак не могла заставить себя подняться. Меня развезло. Все же, когда он вернулся, я заставила себя встать и отправиться в ванную комнату. Я открывала кабинку душа, когда в ванную заглянула Клэр. Она спросила, не помешает ли она мне в ванной. Конечно же я ответила, что нет. Во мне поселились лукавый развратный озорник, радость простой жизни, удовольствие жить одним днем.
Я принимала душ, а соседка по этажу приготовила себе ванную. Она открыто разглядывала меня через прозрачные, еще не запотевшие, стенки душа, а я - ее. Времени и воды утекло много. Когда я закончила мыться, Клэр тоже поднялась из ванной. Мы одели банные халаты, и женщина пригласила меня посмотреть ее комнату. Клэр вела меня за руку, как будто мы должны были пробираться в густой толпе, и она боялась меня потерять. Так забавно и весело.
Их спальня была больше чем у Алена, высокими ширмами ее перегородили вдоль, наподобие театральных гримерных, и получилась дополнительно маленькая комнатка для сына. И рядом и отгорожено! Малыш трогательно разметался во сне на сбившихся простынях на детской кроватке. Так умилительно! Обстановка у Клэр и Джорджа мне очень понравилась, такой традиционный стиль из резной мебели, даже современный телевизор в нее удачно вписался. Огромная кровать, где поместились бы четверо, наводила на определенные мысли. Дверь в коридор находилась в противоположном от входа в ванную углу. Я выглянула. Мне показалось странным, что в центре коридора еще были две двери совсем рядом друг с другом, они слишком близко располагались к дверям спален, чтобы быть комнатами других обитателей. Я решила проверить. Несмотря на разочарование в глазах Клэр, я оставиламолодую мать в ее комнате, и направилась к дверям.
В своих предположениях, я не обманулась, это не были спальни. Дверь слева вела в маленький чуланчик с винтовой лестницей на чердак. Дверь справа в, того же размера, что и чуланчик, комнатку, со стеллажами и тоже винтовой лестницей. Только потолка не была. Лестница шла наверх на расстоянии вытянутой руки от книжных полок. Назвать этот колодец с лестницей библиотекой можно было только покривив душой. Так - семейное книгохранилище.
Поначалу я не собиралась никуда подниматься. Я устала после секс-марафона, к тому же, в банном халате было жарко. Однако внезапным озарением, следуя нормам здешних обитателей, я просто скинула его. Нагая, я почувствовала себя легче, свободнее и фривольнее.
За три шага, я фактически обошла всю комнатку вокруг лесенки и оглядела все стеллажи. На одной из полок книг не было. Там лежали журналы и папки. Это была единственная полка без пыли, причем самая удобная для пользования по расположению. Я взяла то, что лежало сверху. В руках оказалась разноразмерная и объемная подшивка из журналов, листов книг, постеров и газет.
После первых же перевернутых листов меня осенило - это энциклопедия на все темы секса. Наугад открывая подшивку, я оказывалась, то на редких старых эротических фото, то на статьях о садо-мазо, то на элементарнейших статьях из детской сексуальной энциклопедии. Впечатление, что туда совали все, что ни попадя. Я заинтересовалась, и стала листать последовательно, и вдруг поняла, что подшивка составлена, однако, очень умно, тебя как бы просвещали осторожно, ненавязчиво, насчет отношения полов, потихоньку подводя к самым табуированным темам. Таким как однополый секс, группа, фетиш, малолетки, золотой дождь, боль и прочее. Шире всего представлен был фетиш огромной женской груди и материнства.
Мне стало очень интересно. Но читать стоя я не собиралась. Выглянула в коридор. Никого. Я перешла в чуланчик напротив и полезла вверх по винтовой лестнице. Халатик лежал перекинутым через локоть. Мое любопытство победило усталость и сон. Наверху чердачное помещение простиралось над всем домом. Перекрытия скрипели, и я чтобы не шуметь, шагала только по огромным массивным балкам, составляющим несущую часть перекрытий.
На старом матрасе, заваленном тряпьем, расположиться было в самый раз. На пыльный текстиль я бросила халат тыльной стороной. Потом постирается. От лампочки без абажура свисал шнур с переключателем. Я зажгла свет и углубилась в мир секса и сладострастия. Первые главы с наивными просветительными вырезками я просто перелистнула. Зато добравшись до статей для взрослых, я вся ушла в чтение. Были статьи о женском оргазме, о стыдливости и ревности, были обучающие статьи и восхваляющие. Статьи, воспевающие красоту тела, с невероятными фото. Некоторых вещи, которые я не считала приемлемыми никогда, были представлены на фото так, что поневоле хотелось примерить их на себя. Лица мазохистов выражали такое сладострастие, что я стала видеть себя в обрисованных сценах. Беременные женщины с распухшими грудями и огромными стоящими животами были поданы так художественно, что хотелось тут же обзавестись круглым животиком и распирающим груди молоком.
Времени ушло, видимо, много. Я и не заметила, как добралась до конца подборки. Забыла про усталость, забыла, что смертельно хотелось спать. Забыла, что бросила жениха в нашей спальне. Я снова была сильно возбуждена, я хотела секса, но не просто трахаться с Аленом, хотелось чего-нибудь нового и очень необычного. Наподобие того, что я наблюдала в молочном цехе.
От этих мыслей меня отвлек шум, который уже несколько минут нарастал, а теперь добрался до уровня, когда уже его нельзя было игнорировать. Я огляделась, прислушиваясь. Ступая снова по балкам, я пробралась в противоположный от спальни Алена конец чердака. Шум - голоса и стоны, шел из комнаты подо моими ногами. Мое любопытство - мое наказание. Я стала искать возможность подсмотреть. Между досками были крупные щели, но снизу в комнате располагался подвесной потолок. Так что сверху увидеть нельзя было ничего. По счастью рядом с боковой стеной дома изнутри от самого чердака располагалась боковая лестница, такая же, как и с другого конца, которой я и Ален пользовались для сообщения нижнего этажа с верхним.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
