 |
| |
| | Повернувшись к нему лицом, я также на четвереньках подползла к нему и ведя язычком с колен все выше и выше я добралась к его агрегату. Это был шедевр. Его размеры меня внушили, я сама небольшого роста и веса, да и возраст не так уж велик, может потому он мне показался таким большим, но ведь какой он ещё был красив. Я стала подсасывать его яички и водить язычком по стволу его члена. Дойдя до головки я медленно окунула его в свой ротик и стала методично водить язычком по окружности, он стонал все сильней и сильней. | | |
| |
|
| |
| | Меня отвлекли какие-то крики, раздававшиеся из ночной темноты и откуда то очень близко. Дело в том, что мои новые соседи жили вокруг меня, то есть Таня с дочкой занимала комнату сразу за мной, а ее подруга с мужем передо мной. Как можно было понять крики раздавались из одной из соседних комнат. Я еще подумал, что вот люди даже детей не стесняются, но как выяснилось позже я был неправ. Выключив свет я подошел к открытой форточке и слушал эти возбуждающие стоны. Надо сказать, что расстояние между номерами этого "отеля" было минимальное, так что моя форточка находилась не более чем в полутора метрах от той откуда исходили звуки. Окно соседнего номера светилось и свет его освещал неширокий проход между гостиницей и кирпичным забором. Женщина видимо была очень темпераментной, сладострастные стоны премежались жарким шепотом. Разумеется дейтсвовало это очень возбуждающе. Хорошо, что дети на дискотеке, подумалось мне. Так стоял я и ждал, когда же это все закончится, но вдруг скрипнула дверь соедней комнаты, той где жила Татьяна. На моей форточке в исела тюлевая занавеска и я полагал, что меня не видно, поэтому по прежнему продолжал стоять у окна. Тем временем Татьяна, а это была она, вышла из своей комнаты и закрыла форточку, видимо, чтобы дочка не проснулась. Затем дверь опять скрипнула. Я думал, что она вернулась назад, но нет она крадучись прошла мимо моего окна и подошла к соседнему номеру, тому откуда раздавались крики. Неужели решила пристыдить своих друзей? Я отодвинул немного свою занавеску и выглянул наружу увиденное меня озадачило. Татьяна стояла около освещенного окна и сбоку заглядывала в открытую форточку. Ко мне она была спиной и поэтому я тоже продолжал наблюдать за происходящим, оставаясь незамеченным. Таня видимо уже спала и поэтому вышла в спортивной майке, чуть ниже попы. Представьте теперь эту картину: около освещенного окна стоит молодая соблазнительная женщина в коротенькой маечке и наблюдает за тем как трахается ее подруга, а я как дурак вынужден на все это смотреть упираясь в подоконник напрягшимся членом. Дожил до 45 лет, но ничего более идиотского со мной еще не было. Что бы хорошо видеть, то что происходит сбоку от окна я просунул голову в форточку. То что случилось дальше было еще глупее. Таня вдруг резко обернулась и увидела естественно мое изумленное лицо в метре от себя. Я хотел быстро убраться в номер, но не тут то было. Голову нужно было повернуть чуть-чуть набок чтобы она прошла в форточку, а я не повернул и она застряла. Разумеется через мгновение я вырвался из этого плена, но ощущение того, что тебя, взрослого мужика, застали за подглядыванием было очень неприятным. Стыдно это не то слово. Но на этом история еще не закончилась. Женщина приблизила лицо к моему убежищу и прошептала: "идемте вместе посмотрим". Ее то можно понять после вечеринки со спиртным, а я то абсолютно трезвый. На какое то мгновение я растерялся. Что делать? Вступать в интрижку при детях мне не очень хотелось, а с другой стороны стоны из соседнего номера и красивая женщина предлагающая нечто непристойное. Таня как будто поняла мое замешательство и пршептала: "Мы же только посмотрим тихонечко, не бойтесь". Решение пришло мгновенно. Я очень осторожно приоткрыл свою дверь и вышел навстречу неизвестному. Соседка заговорщицки взяла меня за руку и этим жестом как бы сломала окончательно мои сомнения. Стало просто интересно посмотреть что там за соседним окном и чем это все кончится. Мы шагнули к освещенному окну. Занавешено оно было как и все окна тюлью, и поэтому с улицы все хорошо просматривалось. На кровати у противоположной стены лежала Танина подруга. Как теперь можно было понять процесс соития еще не начался, а стоны и страстный шепот были реакцией на прелюдию. Муж уже дошел до ласк промежности, и поэтому голова его находилась между широко разведенных ног. Он стоял на коленях окло кровати задом к нам. Руки женщины сжимали его голову и как бы старались прижать ее сильнее. Мне конечно приходилось ранее смотреть порнофильмы, но наблюдение реального живого секса, причем тайное, да еще вместе с незнакомой практически, молодой и немного выпившей женщиной это что то. Между тем "траханье" развивалось по обычному сценарию - он поставил ее на колени на полу, так как кровать была узкой, и вошел сзади. Пред нами была опять его голая задница, которая ритмично ходила, совершая фрикции. Ни каких подробностей видно не было. Наконец то они сообразили, что нельзя так шуметь и она взяла в зубы полтенце. Стоны сменились не менее сладострастным мычанием. Я подумал а где же ребенок. В комнате его не было. Наверное остался в комнате Тани с ее дочкой. | | |
| |
|
| |
| | Мой язычок припадает к твоей вишенке, твоему нежному бутону и начинает ласкать его. Ты извиваешься и стонешь, еще чуть-чуть и тебя накроет волна оргазма. Мои пальцы ласкают тебя внутри, двигаясь вверх и вниз все быстрее и быстрее, мой язычок теребит твой клитор, ты напрягаешься: Вот оно!!! Ты уже готова!!! Ты кончаешь, я чувствую как пульсирует твоя киска и я отступаю, даю тебе отдышаться и поймать волны блаженства. Теперь ты начинаешь свой любовный танец, медленно, словно в полусне из полуопущенных ресниц я наблюдаю за тобой. Твои губы прикасаются к моей шее, язык проводит по пульсирующей венке, опускаясь к моей груди, захватив губами мой сосок, ты языком начинаешь ласкать его, немного прикусив - отпускаешь. "Я люблю тебя!!!" - говорю я ей. "Я тебя тоже, милая" - ты отвечаешь. Я развожу свои ноги в стороны, ты ложишься на меня и трешься своей пуговкой о мою. Я задыхаюсь от переполняющих меня чувств, восторг, блаженство, наслаждение... Все сплетается в одно и выплескивается наружу. Но ты как всегда недовольна, ты любишь помучить меня, хотя сама такого не любишь. Я позволяю тебе, ведь ты- моя единственная, любимая желанная. Не дав мне опомниться, твои губы приникают к моему клитору, твои пальцы врываются в меня. Чувства заполняют меня всю, и я отдаюсь им без остатка, извиваясь и ... Стон: мой стон, для тебя это победа, я вижу твои глаза. В них светятся удовлетворенность и радость. Сколько было наших ночей, тех сладких минут нашей близости, тот счастливый год, который ты подарила мне. Спасибо тебе, солнышко мое, спасибо за твое откровение и открытие. Я люблю тебя до сих пор и не забуду уже никогда. | | |
| |
|
| |
| | Я встала на колени и взяла без лишних вопросов хуй в рот. Облизав его и прополоскав во рту, я получина пару пощечин и была выгнана в туалет подмываться. | | |
| |
|
Рассказ №18055
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 12/03/2016
Прочитано раз: 116402 (за неделю: 21)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я наклонился, и лизнул ее алый бутончик. Девочка вздрогнула. Обхватила коленки руками и начала ритмично двигать тазом, приноравливаясь к движениям моего языка. Было очевидно, что она делает это не в первый раз. Я слизывал капельки смазки, вдыхая незабываемый запах писечки молоденькой девственницы! Дыхание Ирочки ускорялось, наконец, она всхлипнула, содрогнулась и ее ноги конвульсивно сжали мою голову. Через несколько секунд, девочка разжала ножки и обесиленно распласталась на полке, закрыв глаза...."
Страницы: [ 1 ]
Тамара послушно встала. Постелила на пол полотенце, чтобы ноги не мерзли, наклонилась и уперлась руками в столик. Мое копье давно было в боевой стойке. Я разорвал упаковку презерватива, надел его и воткнул копье в гнездышко. Тамара чуть слышно застонала. Я взял ее за бедра и стал трахать. Тамара текла, как из ведра, видимо, у нее давно не было мужчины. Мое копье потерялось в этом море и стало уменьшаться в объеме. Я остановился, взял руку Тамары и положил на свои яйца. Тамара поняла намек и стала перебирать пальцами яички.
В ожидании, пока восстановится статус кво, я выпрямился и взялся левой рукой за ограничительную решетку верхней полки, на которой спала Иришка. Девочка повернулась лицом к стенке, ее одеяло сбилось и попка прижалась к решетке, там, где была моя рука. Я не удержался и погладил пальцами трусики. От этого, вполне невинного прикосновения, мое копье тут же воспрянуло.
Что ты делаешь, старый хрен?!
Я начал снова трахать Тамару, при этом, поглаживая дрожащей рукой Ирочкины трусики. Пальцы сами поползли под резинку и коснулись щелочки. Меня пронзил мощный электрический разряд! Я кончил так бурно, как будто мне было не пятьдесят пять лет, а двадцать!
Тамара обессиленно прилегла на полку и укрылась простыней. Я по-прежнему держался за перекладину, и пальцы оставались под трусиками, на попке Иришки. Убрать руку было выше моих сил!
Состав начал замедлять ход. Лязгнули буфера, поезд остановился. Стало слышно, как шумит дождь за окнами. Сквозь неплотно прикрытые шторы, в купе проник тусклый свет станционных фонарей.
Ирочка зашевелилась. Я отдернул руку и замер. Девочка повернулась ко мне и спросила:
- Дядя Аркадий, вы с бабушкой любились?
Я испуганно посмотрел на Тамару. Она тихо похрапывала.
- Иришка, тише! А как ты... Откуда ты знаешь... - пролепетал я.
Девочка села на полке, держась рукой за ограничительный поручень.
- Я же не маленькая, все понимаю. У нас в поселке есть дядя Федор, он раньше к бабушке приходил и они любились. Бабушка думала, что я сплю, а я все видела.
- Не маленькая?! Сколько тебе лет?
- Тринадцать споловиной!
- Тебе еще рано такие дела понимать! Иришка, спи, пожалуйста! - взмолился я.
- Не хочу, я выспалась. А можно я ваш нотик посмотрю?
- Какой нотик? А, ноутбук! Ладно. Я тебе мультики включу и наушники дам. У меня там "Шрек" есть и "История игрушек".
- Не, я мультики не хочу. А фильмы про любовь у вас есть?
- Про любовь? А что ты понимаешь в любви?!
Нет, вы только представьте эту "картину маслом"! Стоит голый седой мужик, и разговаривает про любовь с тринадцатилетней девочкой, которой только что лазил в трусики!
- Ирочка, отвернись, пожалуйста. Я оденусь, а потом ты спустишься ко мне и поговорим.
Девочка отвернулась к стенке. Я быстро стянул презерватив и бросил его под столик. Натянул трусы, "адидасные" штаны, надел майку. Взял девочку на руки и опустил ее на свою нижнюю полку. На мгновение, Иришка прижалась ко мне, и у меня в штанах начал разгораться огонь!
Я взял Иришкину простыню, заправил ее под матрац на верхней полке, а второй край простыни подсунул под матрац Тамары.
- Теперь у бабушки отдельная комната! - шепотом сказал я. -А мы с тобой будем разговаривать. Только говори шепотом. Ну-ка, расскажи, что ты понимаешь в любви?
- Все понимаю! Я сама часто влюбливаюсь!
- Надо говорить - "влюбляюсь"!
Иришка фыркнула.
- Вы, прям, как бабушка! Она меня тоже все время поправляет!
- А в кого ты влюбляешься? В мальчиков в школе?
- Не-а! Я в киноартистов влюбливаюсь... Влюбляюсь! - поправилась Ирочка. -Еще я в дядю Федю влюбилась, который к бабушке ходил. Мы с ним даже целовались! Но бабушка это увидела, накричала на дядю Федю и прогнала его.
- Как целовались, в щеку?
- Нет, по-настоящему, в губы!
- Да ты, наверное, не умеешь целоваться! - подначил я девочку.
- Еще как умею! - возмутилась Иришка. Она быстро пересела ко мне на колени, обхватила шею ручками, закрыла глаза и подставила губы для поцелуя. Я обнял Иришку и поцеловал ее в пухлые сладенькие губки, содрогаясь от любви к этому ангельскому созданию.
Но такая любовь невозможна, немыслима, запретна!!!
Огонь, который тлел у меня в промежности, ярко спыхнул. Мое "копье" восстало и уткнулось в попку девочки. Ирочка слезла с моих колен, осторожно потрогала "копье" сквозь ткань и сказала:
- А можно посмотреть? Мне дядя Федя показывал.
Я не нашелся, что ей ответить. Ирочка приняла мое молчание за согласие. Она оттянула резинку моих "адидасов" , залезла мне в трусы и освободила "копье". Оно распрямилось и закачалось.
- Ка-акой большой... - восхищенно сказала девочка и погладила головку. От прикосновения ее руки, копье завибрировало. Ирочка тихонько засмеялась...
Я опомнился и спрятал член в трусы. Прижал девочку к себе и поцеловал в ушко.
- Ирочка, так нельзя делать... - прошептал я.
- Почему? - удивилась девочка. - Дядя Федя мне давал потрогать.
Если бы в эту минуту дядя Федя попал мне в руки, я бы его задушил!
А сам что творишь, мерзкий старикашка?! !
Поезд дернулся и стал медленно набирать скорость. За простыней похрапывала Тамара.
Неожиданно, Ирочка легла на спину, стянула трусики и раздвинула ножки.
- Дядя Аркадий, а давайте любиться, как вы с бабушкой!
- А ты что, с дядей Федей так делала?! ! - ахнул я.
- Не-а. Он меня только целовал и гладил. А я хочу любиться как взрослые!
- Нет, солнышко, как взрослые тебе пока нельзя! Но если хочешь, я тебя тоже буду гладить и целовать.
- Очень хочу!
Я наклонился, и лизнул ее алый бутончик. Девочка вздрогнула. Обхватила коленки руками и начала ритмично двигать тазом, приноравливаясь к движениям моего языка. Было очевидно, что она делает это не в первый раз. Я слизывал капельки смазки, вдыхая незабываемый запах писечки молоденькой девственницы! Дыхание Ирочки ускорялось, наконец, она всхлипнула, содрогнулась и ее ноги конвульсивно сжали мою голову. Через несколько секунд, девочка разжала ножки и обесиленно распласталась на полке, закрыв глаза.
Светало. Поезд мчался по равнине, выстукивая извечную дорожную песню. С каждой минутой, состав приближался к Симферополю, где наши дороги с Ирочкой должны были разойтись навсегда.
Девочка уснула. Я накрыл ее одеялом и взобрался на верхнюю полку. Подушка пахла Иришкой. Я сжал ее (подушку!) в объятиях, и в этот миг принял решение. Я никогда не расстанусь с Ирочкой. Плевать мне на все условности и запреты!
***
Когда наш поезд пришел в Симферополь, я взял такси и мы поехали на квартиру сестры Тамары. Но вместо сестры, дверь открыл милиционер. Капитан представился участковым инспектором и рассказал, что сестра Тамары ночью умерла. Ему сообщила об этом соседка, которая пришла проведать больную. Сейчас он ждет опергруппу, но тут расследовать нечего. По всем признакам, женщина умерла естественной смертью, скорее всего, от сердечного приступа.
Мне пришлось взять на себя похороны. Я созвонился с хозяином дома в Коктебеле, объяснил причину задержки и тот согласился подождать пару недель.
После похорон, Тамара попросила меня помочь оформить наследство и продать квартиру. Она была единственной родственницей, и квартира сестры должна была отойти Тамаре. Я согласился, радуясь, что нашелся предлог подольше побыть с Ирочкой. Двухкомнатная квартира сестры Тамары давно не ремонтировалась, но находилась в центре города и продать ее можно было за сто тысяч долларов. Тамара оформила все бумаги, и мы остались жить в квартире ее сестры, в ожидании решения вопроса с наследством.
Тамара приводила квартиру в порядок, а мы с Иришкой брали такси и уезжали на море. Пляжи были пустые, мы выбирали укромное местечко, я усаживал Иришку к себе на колени, целовал ее в шейку, запускал руку под свитерок и гладил ее крошечные сосочки. Так пролетели три счастливых дня...
Однажды вечером, когда мы ужинали, раздался звонок. Я открыл дверь. На пороге стояли двое парней. На их физиономиях, крупным шрифтом был написан весь Уголовный кодекс. Бесцеремонно оттолкнув меня, бандиты зашли в квартиру. Перемежая речь матюками и рамахивая кулаками перед моим лицом, они разъяснили, что завтра мы должны покинуть квартиру и больше никогда о ней не вспоминать. А если мы этого не сделаем, то поганый старикашка упадет с балкона, старуха переедет к сестре на кладбище, а маленькую сучку продадут цыганам.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
