 |
 |
 |  | Ее зубки ласково прошлись по головке и начали спускаться к основанию. Жадный рот требовал плоти, постепенно она захватывающими движениями дошла чуть больше, чем до половины. И стала подниматься. Аккуратно обойдя уздечку мелкими поцелуями, она дотронулась языком до головке. Мое напряжение росло с каждым ее движением. По томным постанываниям и еще более не контролируемым движениям я понял, что ей это нра-виться. Второй раз она всосала в себя всю мою плоть и на секунду остановиласью. По видимому приступы рвоты. Я почувствдвал легкое дрожание задней стенки горла куда уперся мой банан. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Его семя горячей струей ударяет в Ольгино влагалище. Ей хорошо. Мишка впивается маме в плечо зубами. Он хочет сделать маме больно. Хочет видеть ее боль. Ольга вздрагивает от боли. Оргазм, не похожий не на что другое, захлестывает ее. Да! Оргазм и боль! Она приглушенно кричит от боли. Мишка чувствует, как содрогается мамино тело в оргазме. Он разжимает зубы, чувствуя, как сразу же оно слабеет. Они лежат опустошенные, приходя в себя. Первым поднимается Мишка. Упираясь в постель локтями, он целует маму. Нежно, осторожно, проходит губами место своего укуса. Ольга не много морщится. "Прости меня, мамочка! Я не знаю, что на меня нашло!"-Мишка искренен в своем неведении. Они моются и ложатся спать на той же самой постели на полу. Наверное так жестко, но они этого уже не замечают. Они спят вместе. Мама и сын. Два любовника. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Впрочем, лишь на короткое время... Взгляд вдруг сам собой почему-то стал все чаще задерживаться на краешке розовых трусиков, что проглядывал из-под платьица. А Сашка, будто нарочно сел так, что стройные ножки мало, что скрывали... Он был сама невинность, просто пил чай со смущенной улыбкой. И понятия не имел, что может кого-то очаровать до глубины души... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наконец, все осталось позади: пуританин отец, строгая набожная мать, раздражительный, вечно "под мухой" старший брат... И эти бесконечные, до боли родные, раскисшие от осенних дождей поля, раздолбанные грунтовые дороги, унылые серые фермы с тоскливо мычащими буренками. Лишь дубовая роща на берегу реки, много веков назад считавшаяся священной и могучий племенной бык Алеф - неповоротливый, похотливый, словно высеченный из цельной каменной глыбы, оставались в сознании Кристины символами первозданно |  |  |
| |
|
Рассказ №19111
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 29/07/2024
Прочитано раз: 19286 (за неделю: 1)
Рейтинг: 30% (за неделю: 0%)
Цитата: "Делать нечего: я дрожащими руками расстегнул штаны и прилег на диван, чтобы мои гениталии не видны были маме... Но отчим стянул с меня, уже лежащего на диване, штаны по щиколотку. Я увидел, как мама на меня смотрит торжествующе, и закрыл глаза оот стыда, но тут же открыл, когда первый удар ремня отчима обрушился на мою голую жопу!!!..."
Страницы: [ 1 ]
Когда я сегодня под вечер возвращался домой, я уже чуял, что меня ждет что-то плохое.
И предчувствия меня не обманули.
Коротко про меня: я 16-летний толстый парень, уверенный в себе и наглый. Как раз сегодня я нагрубил маме, доведя ее до слез. И она сквозь слёзы пообещала: "Вот вернется Денис с работы, он с тобой потолкует!!!"
Денис - это мой отчим. Здоровый мужик, они с мамой стали жить полгода как.
Вначале у нас с ним были хорошие настроения, но после жалоб мамы они испортились. отчим не раз грозил выпороть меня, но я только посмеивался - пороть 16-летнего парня. . так не бывает. Я ведь уже взрослый.
Но в тот вечер я ошибся. И основательно... .
Едва я пришел, мне открыл отчим. Он поманил меня в их комнату, приговаривая:
- Как раз вовремя.
Я вошел и уселся в кресло. Напротив, в соседнем кресле, сидела мама и сердито смотрела на меня.
А на диване лежал ремень отчима... Толстый ремень из кожи...
Мне стало немного не по себе.
А Денис, мой отчим, тем временем стал зачитывать список моих "грехов". "Неуважение к матери" стояло на первом месте... И его речь закончилась приказом: "Снимай штаны!"
Я попытался было пояснить, что меня, наверное, уже поздно пороть. Но на самом деле поздно было, оказывается, что-то пояснять отчиму. Взглянув на меня бешеными глазами, он дважды ударил меня по щекам!
- Мама - закричал я, - выйди из комнаты!
Мама ответила:
- Ты мне шестнадцать лет душу рвешь, и я хочу хоть раз посмотреть, как ты получишь порку!
Делать нечего: я дрожащими руками расстегнул штаны и прилег на диван, чтобы мои гениталии не видны были маме... Но отчим стянул с меня, уже лежащего на диване, штаны по щиколотку. Я увидел, как мама на меня смотрит торжествующе, и закрыл глаза оот стыда, но тут же открыл, когда первый удар ремня отчима обрушился на мою голую жопу!!!
Меня не разу в жизни еще не пороли, и вот это время все же настало! Я сперва пытался молчать, но через несколько ударов начал визжать как маленький!
Боль через ягодицы накатывала все нестерпимей, мама приговаривала отчиму: "Сильнее, пускай почувствует, как матери в душу плевать!"
Я терся своим волосатым лобком о диван, задницу обжигала неведомая раньше боль. И вдруг у меня возникло страшное возбуждение, и привязаность к отчиму, я хотел чтобы он со мной это делал чаще... и еще что-нибудь...
И тут порка к моему счастью закончилась. Я, отвернувшись от мамы, натянул трусы и штаны на свою испоротою попу, как вдруг из моего члена в трусы обильно хлынула сперма.
... Через два дня, снова "нагрешив", я первым одошел к моему отчиму в отсутствие матери.
- Я виноват. - Я смотрел на свои носки, пунцевея от стыда и предвкушения порки... Я хотел эту порку!
Отчим сперва удивленно посмотрел, а потом так загадочно улыбнулся.
Через две минуты я уже выл от ремня. А ещё через две услышал, что ремень летит в сторону. Скосив глаза, я увидел, что отчим спускает свои штаны, обнажая свой член.
Потом в мои ягодицы проникла новая боль. И наслаждение.
Через месяц мама не могла нарадоваться на мои успехи: я стал примерным, восстановился в техникуме.
- Вот что делает ремень! - повторяла она. Отчим только загадочно улыбался...
А когда он уехал в командировку на два месяца...
Мама тосковала и частенько пила. А я запирался в своей комнате и, догола раздевшись, вначале хлестал себя ремнем по голой заднице. А потом, возбужденный, встав на колени, воодил себе в попу палец и кончая опускался на пол, повторяя имя отчима...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|