 |
 |
 |  | Может, не в таких чрезмерных количествах - да, сегодня мы слегка увлеклись, перегнули палку. Но ведь можно делать то же самое, но маленькими порциями. Думаю, что после одного раза целую неделю... Хотя кто знает, может, и меньше... Одним словом, поела - и сыта... какое-то время. Работа у нас у всех нервная, нужна разрядка, а нормального мужика найти трудно. Вон, Вера подтвердит, - и Вера грустно кивнула, - А нам с Алей нужны новые ощущения, правда, Аль? Итак, девчонки: мы нашли клад. Точнее, я ни при чем - это везение одной и настойчивость другой позволили нам троим вытянуть счастливый билет. Так что я компенсирую свое неучастие за счет хранения этого билета. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Затем она снова прикрывает глаза и запрокидывает голову, приоткрыв губы. Теперь она покорно ОТДАЕТСЯ другому. Её нагое тело повторяет его толчки. Грудь колышется. Колин член ходит в ней глубоко и плавно, он тоже старается доставить ей удовольствие. Замечаю, что обе её ступни стоят на икрах Николая. Это выглядит как-то очень доверчиво. "Со мной она так ноги не ставит" - чувствую я укол ревности. Чувство нежности к жене переполняет меня и я целую её в губы. Мы сплетаемся языками. Какое же это невообразимое чувственное наслаждение - целовать собственную жену и одновременно ощущать толчки чужого члена в ней! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мой дружок ошалел от счастья и стал расти еще и еще, увеличиваясь в размерах до немыслимых пределов. Женя развела согнутые в коленях ноги так, что они образовали своеобразный "шпагат", полностью открывая этим промежность, куда мой член стал влетать и вылетать свободно, как птица. Не прекращая процесса, я, время от времени, чуть приподнимался, старался взглянуть на это захватывающее зрелище. Наконец я почувствовал, как раскрытые навстречу мне бедра и промежность начинают мелко дрожать, и в моей голове промелькнуло: "Кончает!" Я стал резко всаживать свой член в лоно ловящей наслаждение женщины, по моему телу пошла дрожь и я начал кончать во влагалище, ставшее вдруг приятно упругим. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Белое и тёмное, меня дико возбуждает как и нижнее чёрное бельё одетое на женщине, так и её груди с темными околосковыми кругами. А ещё у жены Михалыча был животик, побольше чем у моей мамы, но такой сладкий, упругий и желанный, что от одного только касания члена к этому сексуальному животику, зрелой женщины, бросало в дрожь. Ну не люблю я " плоскодонок" женщин у которых нет животиков, подобных как у моей соседки. Ведь так приятно гладить живот у любимой женщины и наслаждаться его мягкой негой. И последней каплей на теле тёти Оксаны, которая не на шутку возбудила меня, был её лобок, заросший чёрными жесткими волосиками, чуть ли не до пупка. Каждому конечно своё, но для меня чёрный лобок у женщины, это вообще по кайфу. И сейчас только от одного вида заросшего чёрными волосами низа живота маминой подруги, я был готов кончить, даже не ебя её. |  |  |
| |
|
Рассказ №19409
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 19/10/2024
Прочитано раз: 59046 (за неделю: 137)
Рейтинг: 50% (за неделю: 0%)
Цитата: "После этих слов двое из мужчин легли на спины на ложе и мы с азербайджанкой легли сверху на них, обняв их руками и ногами и нанизываясь нашими уже мокрыми от возбуждения горячими пиздами на их хуи. Оставшиеся двое мужчин подошли к нам сзади и вонзили свои хуи в наши огромные клокочущие от возбуждения смуглые жопы. Каждая из нас получила одновременно по хую в пизду и в зад. Мускулистые армяне стали постепенно наращивая темп ебать наши пышные тела. Те, что лежали под нами игрались языком с нашими грудями и снизу ебали наши пизды, а те, что ебали сзади целовали наши спины и безжалостно нанизывали на хуи наши крупы. Каждый из армян был вдвое младше нас и эти молодые сильные самцы ловко и умело долбили наши щели...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я жительница Бишкека киргизка суфийка Джамиля, и ко мне в гости приехала подруга шиитка азербайджанка Нармина. Нармине как и мне 50 лет, она не высокого роста, с смугловатой кожей, огромной грудью и задом, длинными чёрными волосами спрятанными под расшитым узорами хиджабом. У меня круглое раскосое лицо с узкими глазами и высокими скулами. У Нармины большие карие глаза, большие чёрные брови, пухлые губы и огромный орлиный нос с горбинкой.
Мы сидим у меня дома на кухне, пьём чай со сладостями и ведём неспешную беседу. Огромные широкие зады, одетые в длинные платья с юбками до пола едва помещаются на табуретках. Деревянные табуретки потрескивают под тяжестью наших сочных пышных азиатских тел. Платья и хиджабы скрывают все наши тела кроме кистей рук и лиц.
- Ай, со свадьбы дочки сейчас приехала, дочка за армяна вышла его фамилию взяла и веру сменила навсегда и все дети её христианами будут, получаются все мои внучата: Ай харам стыд какой на мою шиитскую голову! - жалуется Нармина отпивая чай из чашки.
- Да уж: - ворчу я, понимающе качая головой.
- А у вас какие новости в Бишкеке, сестра? - интересуется подруга.
- Да у нас всё тихо, спокойно: - отвечаю я, подливая себе и Нармине ещё чая.
- Неужели совсем не харамят кафиры?!
- Ну:. Как тебе сказать: не без этого конечно,: харамят да ещё как: но всё в тайне от мужей удаётся держать, только между нами сёстрами - объясняю я полушёпотом, ёрзая жопой на табуретке.
- Как же вам удаётся?
- Ну, про это никто на людях не говорит,: просто все сёстры знают, что есть на рынке нашем один склад закрытый, и вот уже там:. Да что я тебе объясняю? Хочешь, саму тебя туда свожу на экскурсию?
-Ой,: я даже не знаю, я тут дочку обличаю в грехах, а сама не лучше получается:.
- Ну как хочешь, но учти там харамят так что хиджабы с голов слетают и джаннат от анального оргазма такой словно трон Всевышнего целуешь: - говорю я, хитро поглядывая на Нармину.
- Оооооох:. - ворчит азербайджанка подавившись чаем - ну: можно сходить конечно: но только если посмотреть:.
Закончив чаепитие, мы встаём из-за стола и, зайдя в комнату к нашим мужьям, которые сидят на диване и играют в нарды, говорим, что идём с подругой на рынок за овощами.
- Да, да, идите жёнушки - говорят мужья, не открываясь от своей игры.
Хитро переглянувшись мы с Нарминой обув шлепки, выходим из дома и важно покачивая широкими задами, приветствуя по дороге соседок, направляемся к рынку по узкими извилистым улочкам летнего Бишкека.
Восточный базар гудит, словно пчелиный улей, яблоку некуда упасть от торговых палаток и покупателей. Я иду впереди пробираясь через толпу, Нармина семенит следом. Я иду в дальние торговые ряды, где народу всё меньше и меньше, следом за торговыми рядами стоят огромные склады, где торговцы держат свой товар и закрывают его на ночь. Воровато озираясь по сторонам, я подхожу к одному из неприметно стоящих складов в который несколько минут назад зашли две других киргизки с дочками. Подойдя к воротам склада, я стучу особым образом. В воротах склада открывается небольшое смотровое окошко на уровне лица.
- Пароль? - спрашивает мужской голос с сильным армянским акцентом.
- И-аааа - отвечаю я тихим ослиным рёвом в ответ, после чего тяжёлый засов ворот отпирается, и мы с Нарминой быстро проходим в приоткрытые ворота. За нашими спинами ворота тут же быстро захлопываются.
Внутри склада царит полумрак, тускло светят лампочки на потолке, склад завален мешками с рисом, из нескольких мешков сложено ложе, на котором на спинах лежат двое мускулистых армян лет 25-30 а на их огромных хуях сверху в одних хиджабах скачут жопками двое киргизочек лет 10-и, рядом в очереди на разъёб стоят их матери. Неподалёку сделано ещё ложе размером намного больше, где отдыхают после оргии разъёбанные киргизки разного возраста и их обнимают ебавшие их армянские мужчины. Не далеко от них сидят надрачивая свои огромные хуи армяне уже успевшие снова возбудиться. Пол вокруг ложа завален снятыми платьями, лифчиками, трусиками и хиджабами.
- Салам алейкума, Джамиля, да хранит Всевышний твою семью и кишлак, кого это ты сегодня вместе с собой привела? - с интересом спрашивает высокий армянин, открывший нам ворота склада.
- Алейкума ва ассалам, Армен - отвечаю я, учтиво целуя огромный крест на его шее - это моя подруга Нармина, кстати, она азербайджанка.
- А: алейкума ва ассалам - смущённо бубнит шиитка дрожащим голосом и также чмокает губами нательный крест мужчины.
-Ооо! - Армен довольно цокает языком, ладонью похлопывая по крупу смущённую Нармину - Этой ослицей я с братом, пожалуй, займусь сам!
Мы, с подругой смущённо улыбаясь, проходим вглубь склада и осматриваемся.
Склад наполнен визгом скачущих на огромных хуях и орущих во всё голо раскосых девочек, их крики эхом отражаются от высоких бетонных стен склада. Девочки истошно визжат, нанизывая свои попки на хуи мужчин, но и не думают сбавлять темп.
- Ах, какие сладкие ослятки! - довольно говорит один из армян ебущих снизу маленькую киргизочку и целует девочку в спину.
- Дааа! Скачите сильнее наши раскосые наезницы! Скачите в джаннат, мамины умницы! - говорит второй.
Девочки улыбаясь, переглядываются и продолжают глотать хуи христиан своими смуглыми жёлтыми попками. Круглые мордочки сияют от удовольствия.
Рядом стоят и натирают свои пизды через юбки заворожённо глядя на всё матери девочек.
- Салам Альфия, салам Бисмиля - говорю я, приветствуя женщин.
- О, алейкума салам, Джамиля: только посмотри, что эти проклятые кафиры делают с нашими дочками - притворно ворчат матери убрав свои руки от пёзд.
Взяв девочек за бедра, армяне ловко и быстро долбят киргизские попки снизу своими хуями то, погружая их до яиц, то оставляя внутри только залупы.
- Оооооооой мамочкаааа оооой попа горит:. веру сейчас сменюююю!!! - орёт один ослёнок.
- Ияя иияяяя!!!! - плаксиво добавляет вторая девочка, зажмурив косые глазки.
- Меняйте дочки, а то эти неверные вам кишки порвут своими дубинами: - обречённо ворчат матери.
Девочки, кивнув мамам, стыдливо снимают со своих голов хиджабы обнажая длинные чёрные волосы заплетённые в косы и снимают со своих шей медальоны с шахадами. Видя это, мужчины лишь ускоряют темп разъёба.
- Ааааай меняем веруууу!!! - оглушительно орут киргизские ослята хором, ловя попками сильнейшие анальные оргазмы. По высоким монгольским скулам девочек хлещут слёзы, но раскосые личики светятся от счастья и на обеих плоских мордочках улыбки до ушей.
Быстро сняв девочек с хуёв, армяне обильно заливают азиатские мордочки ослят плотным слоем густой белой спермы и шлёпая хуями по раскосым лицам киргизочек стряхивают на них последние капли белого нектара. Девочки визжат и заливаются смехом слизывая сперму с блестящих залуп.
- Ай!! Вот шайтан!! Мама!!! Я ничего не вижу!!! Мне в глаза попало!!! - капризно ворчит одна из девочек. Подошедшие матери слизывают сперму с лиц и волос дочек. Армяне берут девочек за руки, и отводят их ко второму ложу, где маленькие киргизочки быстро засыпают обессилившие от дикой скачки.
- Следующие на разъёб Джамиля и Нармина! - объявляет, раздеваясь догола армянин, который открывал нам ворота.
- Что?! Наша очередь!!! - недовольно ворчит Альфия, мать одной из разъёбанных только что девочек - Мы с дочками раньше пришли!
- Джамиля Нармину привела, а женщин байских родов и новеньких мы харамим без очереди, тем более азербайджанок: - отвечает армянин улыбаясь.
- Расступитесь, мамбетки! - важно говорю я расталкивая крупом Альфию и Бисмилю, и пробираясь к ложу. Нармина смущённо идёт следом за мной.
Я быстро снимаю своё длинное зелёное платье, расстёгиваю и снимаю чёрный лифчик, обнажая свою грудь с большими тёмными ареолами вокруг сосков, снимаю узкие чёрные ажурные трусики, и оставшись в одном только зелёном хиджабе и чёрных чулках со швами стою возле ложа из мешков с рисом.
- Мы же только посмотреть договаривались! - шипит Нармина.
- Ты как хочешь, а я клянусь родным кишлаком, что пока от дуплета всеми дырами не кончу, отсюда не уйду! - решительно отвечаю я.
-Ай: прости меня Аллах:. - ворчит шиитка, снимая своё длинное красивое платье - Зря я сюда вообще пришла:. Такой соблазн:.
Нармина сняла свой лифчик, выставив на всеобщее обозрение свои огромные смуглые груди, и сняла узкие трусики, стыдливо прикрывая руками лобок. Мы обе стояли голые, только в хиджабах и чулках. К нам тут же подошли четверо мускулистых армян и, ходя вокруг нас, стали осматривать нас и ощупывать наши прелести. Их сильные мужские руки бесцеремонно блуждали по нашим смуглым телам.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|