Рассказ №19931

     Конечно, моя история может показаться выдумкой. Ну и пусть так. Мне от этого не тепло, не жарко. Все начиналось так.
     Меня зовут Владимир Сергеевич Рябов. Мне девятнадцать, после армии. С малых лет я хотел быть историком. Точнее археологом. Наверное в этом виноват мой отец. С младенчества я слушал его рассказы о скифских курганах, раскопках, найденных артефактах и конечно же смотрел фильмы про Индиану Джонса. А еще я хотел братика или сестру. Но этого не случилось. Оставалось одно-возится с малышней во дворе и школе. В секции самбо, где я тренировался, наш руководитель частенько доверял мне работать с детьми. Но не надо думать обо мне, как слабаке. Мой папа, по мимо любви к истории, привил мне любовь к свободе и независимости. Поэтому многие придурки, которые пытались быковать, бывали биты.
     После школы, я собирался поступить в педагагический, на факультет истории. Добрые люди посоветовали не спешить и сходить в армию. Возможно, что я передумаю. Я не передумал. Глядя на своих сослуживцев, я понимал, как не хватает им элементарного воспитания. Они не были в этом виноваты. Их просто не воспитали быть нормальными членами общества. Да, забыл сказать, служил я в ВДВ. Домой вернулся весной. Подавать документы было рано и я с разрешения родителей балбесничал. Сходил в школу, навестил нашего историка и поделился с ним своими планами. Он растрогался. Мы поговорили о предстоящей учебе. В разгар разговора вошла завуч, Людмила Викторовна. Оказалось, что у нее в педагагическом деканом ее двоюродный брат. Вот и поддержка на первое время. Мы обменялись телефонами с ней. Так на всякий случай.
     Я лежал в гамаке на даче, когда позвонила Людмила Викторовна. "Володя! У меня к вам деловое предложение. Вам интересно его услышать? Хорошо! Нам нужен помощник воспитателя в летний детский лагерь. "Дубки". Может помните такой? Так вот. От нас просят четырех человек. Два воспитателя и два помощника. Дело не сложное. Просто помогаете старшему в его трудах. Согласны? Вот и прекрасно! А мы похлопочем, что бы вам дали рекомендацию с нашего департамента для поступления. "- она была сама любезность. И я конечно же согласился. А кто бы отказался? Смена на чистом воздухе, речка, трехразовое питание и ни каких забот! Эх, знать бы тогда, что с того получится.
     Узнав место сбора, собрал рюкзак и отправился на встречу с неведомым. Вот и автобусы. Галдеж детворы, крики взрослых. Попытка построения по группам. Людмила Викторовна подвела ко мне женщину лет сорока. "Знакомься Володя. Это Виктория Михайловна, воспитатель вашей группы. А что у тебя с лицом?"-обеспокоилась она вдруг. С лицом были проблемы. Два дня назад я ехал в маршрутном такси. Все бы ни чего, да водитель был пьян и не сдержан на язык. Рядом со мой сидела молодая мама с девочкой на руках, которой похабные подробности водительского бытия в конце концов надоели. Водитель-хамло, оставив разговор с дружками, сидевших впереди, высказал ей свои пожелания. После чего у меня появилось не преодолимое желание хорошенько врезать водителю-хаму. Я попросил его немедленно остановится, что он и сделал.
     После чего, перегнувшись через сидевших впереди пассажиров, врезал ему по роже. От души. Он крякнул и полез открывать дверь. Открыл и я дверь. Один из дружков, попытался тоже выйти. Открылась дверь, на ступеньку стала нога. Со всей силы бью по двери ногой. Та закрываясь ударяет по ноге вылезавшему. Он воет и дверь снова закрывается. Хамло подбегает ко мне, с монтировкой в руках. Замахивается и что есть силы бьет по... зеркалу заднего вида. Я просто отошел в сторону. Увидев такое, он взвивается и снова идет в атаку. В этот раз, отбив удар, бью его по ребрам ногой. Он охает и оседает. Тут же со всех сторон ко мне подлетают другие маршруточники. Остальное, как в тумане. Заслышав вой сирены, рванул в ближайшие дворы. Потом в новостях передали, как пьяный водитель был задержан сознательными гражданами. Я увидел молодую маму, которая протиснувшись к журналистке, громко сказала: "Спасибо, тебе парень!"
     Поэтому на мне большие солнцезащитные очки, скрывающие бланш под глазом. Правда разбитую губу не спрячешь. "Красавчик! Как с таким детей воспитывать?"-начинает возмущаться Виктория Михайловна. Они отходят в сторону о чем то оживленно беседуя. Ко мне подходит какой то пацан. "Дядь, а вы с нами едите?"-робко спрашивает он. Чисто автоматически снимаю очки протереть стекла. "Да с вами. Буду помощником в третьем отряде. А ты кто такой?"- отвечаю я. Пацан смотрит на меня одновременно с испугом, восторгом и завистью. Быстро надеваю очки: "Еще вопросы есть?" Вопросов не оказалось. Пацан бежит к друзьям и что то оживленно им рассказывает. Они с испугом смотрят на меня. Лениво плюю на землю, мрачно глядя на них. Колгота с построением начинает надоедать мне. Выхожу вперед, так что бы меня увидели все. Ленивым движением снимаю очки. "Отрядам строится!"- гаркаю я, свирепо глядя на начинающую замолкать детвору. Отряды строятся согласно разметке. Одна из воспитателей увидев меня вздрагивает: "О, Боже!" Снова одеваю очки. В рядах вздох облегчения. Погрузка в автобус и мы покатили в направление лагеря.
     В отряде были две группы. Мальчики и девочки. И если у мальчиков со старшим в группе было понятно, им стал сын местного депутата, то с девочками обстояло все гораздо хуже. Они быстро поделились на группки, которые не желали терпеть ни кого другого старшим. кроме себя. Отдельно от всех была Настя. Не высокого роста для своих одиннадцати лет, она была достаточно миловидна и обещала вырасти если и не красавицей, то ни как не уродиной. Правда характер у нее был, мама не горюй! За неделю, пока дети пытались сдружится между собой, она умудрилась рассорится со всеми. Поэтому, когда ее ставили с кем нибудь из девочек что то делать, ей выпадало самое трудное и грязное. Мне было жалко ее. Как мог, я старался помочь ей. Это не осталось не замеченным остальным отрядом. Настя мне нравилась своей непосредственностью и оригинальностью мышления. По отряду полезли ехидные слухи, что Настя докладывает мне о происходящем в отряде. Однажды мне пришлось вмешаться в девчоночьи разборки. Кучка рассерженных девочек окружила Настю и уже собирались побить ее. Я разогнал их и серьезно поговорил с Настей. "Ты должна вести себя иначе, Настя. Не надо на показ демонстрировать всем свою индивидуальность. Научись жить в коллективе. Посмотри, как все делают и постарайся улучшить это. Ты девочка умная, у тебя получится. "-так я ей говорил. А сам думал, как тяжело ей будет в жизни.
     Вечером, после отбоя, Виктория Михайловна сдобрив себя парфюмом удалилась. Это случалось не однажды. В лагере была своя котельная, которой заведовал Василий Петрович. К нему и стала похаживать моя морально не стойкая коллега. Я не имел ни чего против. Мне самому нравилась Люба, наш повар. К сожалению она предпочла мне Ваньку, сельского мужичка привозившего нам провизию из города, а так же местную молочную продукцию. Я лежал на своей кровати в воспитательском домике. Сбоку каждого корпуса, в котором жили дети, стоял не большой домик для воспитателей. На своем планшетнике я игрался в игрушки. В проеме открытой двери я увидел детскую фигуру. "Настя, тебе чего надо здесь? Ты почему не спишь?"-спросил я сердито. "Владимир Сергеевич!"-начала Настя. И полились слезы. Перемешивая слова со слезами, Настя рассказала мне, что ее все ненавидят и хотят побить. А Валерка обещал ее изнасиловать, если она не станет с ним гулять. Валерка был туповатый пацан, но не по годам развитый физически. Она плакала и причитала, как ей плохо будет, если она сейчас вернется в корпус. "Можно я у вас переночую?"-просила она-"Все равно Виктории Михайловны нет сейчас. " Почему я сразу не обратил на эти слова внимания? Настя осталась спать на свободной кровати.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: