Рассказ №2000 (страница 2)

     Случайно взгляд упал на четвертый экран. Каким-то чудом игра, оказывается, не сбросилась - приближалась к развязке: гриторианский пират полностью раздел прекрасную принцессу и водил по ее прелестным формам отвратительными фиолетовыми щупальцами. Марк с сожалением выключил экран - некогда. Да и наблюдать подобную сцену нет никаких сил.
     Петр добрался до неисправного агрегата и сообщил, что все в порядке, робот проводит вакуумную смену флипстонов, мол, через пару часов жди, отметим это дело...
     Марк откинулся на спинку кресла и постучал пальцами по столу. Чем бы заняться... Взгляд его упал на бокал с вином. Он протянул к нему руку, чокнулся с бокалом Петра и в этот момент открылась дверь.
     Вошла Ларса Твин - первый помощник капитана.
     Но в каком она была виде! Вечернее бальное платье мало гармонировало с невзрачной, строго функциональной обстановкой и атмосферой звездолета. Марк подумал было, что это вновь голограмма, но вспомнил, что приятель его в нижнем отсеке, а суровые члены экипажа вряд ли станут подшучивать над ним. Чтобы этот визит означал?
     Она заметила бокал в руке техника. Брови ее сошлись и она строго и властно спросила:
     - Это как понимать?
     Но вдруг она вспомнила что-то, смутилась и сказала:
     - Впрочем, вы на звездолете работник временный, на вас наш устав не распространяется. - Она кокетливо расправила лямочку на плече и спросила смущенного Марка: - Может, вы все ж предложите даме сесть?
     Марк вскочил.
     - Да-да, конечно... Хотите вина? - растерянно ляпнул он, тут же вспомнил о сухом законе и пожалел о своих словах.
     - С удовольствием, - неожиданно ответила Ларса Твин. - Надеюсь, что-нибудь приличное? Не то пойло, что берут с собой звездолетчики в рейс цистернами?
     - Что вы, что вы, коллекционное илианское, - ответил еще не пришедший в себя Марк. - У Петра отец держит виноградники на Илиане...
     - У вас неполадки? - поинтересовалась она. - Что-то серьезное?
     - Да нет, обычная ерунда. Там Петр, он уже заканчивает.
     Он не мог отвести взгляда от ее глубокого декольте. Белизна платья лишь подчеркивала прекрасный персиковый цвет тела, в ложбинке между грудями росли три-четыре светлых волоска и Марку безумно хотелось провести пальцем по этой ложбине, спуститься медленно ниже, провести по...
     Он с трудом перевел глаза на мониторы...
     - Действительно прекрасное вино, - Ларса протянула руку, чтобы поставить бокал на стол, наклонилась и взору несчастного юноши представилось во всей красе то, что должен скрывать материал. На него пахнуло одурманивающим запахом незнакомых духов, он почувствовал тепло и близость ее тела. Она посмотрела на него и улыбнулась ему.
     - А ты отнюдь не плохо сложен, - томно произнесла она.
     - Вы так считаете, - пробормотал он. - Впрочем, хилых в Академию не берут, это понятно.
     - Ты такой стеснительный, словно первый раз в космосе.
     - Я действительно первый раз в профессиональном рейсе...
     - Так это надо отметить! - Она недвусмысленно стрельнула глазами на бокалы.
     Марк, у которого в душе смешались страх, надежда и жгучее желание, наполнил ее бокал до краев (что скажет Петр - последняя бутылка ж?).
     Ларса встала, держа бокал в руке, и подошла к дверям. Лямка с плеча слетела, обнажив маленькую родинку на лопатке. Платье скрывало ноги женщины, но Марк их уже разглядывал, когда она была в плотно облегающем тело комбинезоне и знал, что они хороши. Он не понимал причины столь разительной перемены в поведении первого помощника, но эта перемена явно была ему по душе.
     Она заблокировала дверь и подошла к дивану.
     - Присядь со мной, - то ли приказала, то ли попросила она. Прическа ее растрепалась и прядь чуть вьющихся белокурых волос попала в бокал.
     Марк, чуть хвостом не завертел от восторга после сих ее слов (хвоста нет, вот жалость какая - пришла в голову дурацкая мысль) и как влюбленный сверн с планеты Краган подлетел к визитерше.
     Он не знал как себя надо вести с женщиной, но, раз она сама захотела, он решила, что она пускай им и руководит. Он запустил правую руку в призывно манящее декольте, и прохлада ее тела острой волной окатила его всего, каждую клеточку тела заставив напрячься в предвкушении... В предвкушении того, о чем все уши прожужжали друзья-приятели, того, что пока неизвестно ему, того, что...
     Левой рукой он обнял ее за талию, но рука сразу непроизвольно скользнула по упругому округлому бедру, но тут же вновь вернулась на талию. Он провел по ее прямой спине и засунув руку под поясок платья погладил левую ягодицу. Голова почему-то закружилась. Он был настолько возбужден, что уже почти не соображал, что делает.
     Ларса рассмеялась и отстранила его.
     - Однако, ты горяч. Позволь я сниму платье, пока ты его не разорвал в клочья, оно достаточно дорогое...
     Она залпом выпила замечательное вино, выпрямилась перед ним и стала медленно, очень даже не спеша раздеваться, совершая всем телом волнующе-возбуждающие плавные движения. Марк, сам того не осознавая, расстегнул все пуговицы на рубашке. На большее он пока инстинктивно не решался, сидел как форфолкский болванчик на жестком служебном диванчике и пожирал глазами открывающееся ему чудо, чувствуя, что плоть его мужской гордости напряглась до боли и вздулась, упершись в материю одежды - это было больно немного, но просто восхитительно.
     Ларса сняла платье, улыбнулась Марку - так обворожительно! - и вдруг резко подалась к нему. Упругие большие груди ее уткнулись ему в лицо. Он жадно впился в шершавый и подрагивающий сосок губами, руками обхватил ее за талию и...
     И вдруг взволнованный голос Петра по трейсу мгновенно оборвал сладострастные вздохи:
     - Марк! Марк! Прорвало сватор, робот вышел из строя, на меня упала стойка. Чувствую себя нормально, ничего не повредил, но мне не выбраться самому. Не паникуй только, но поспеши! Возьми всех роботов!!! Всех, Марк, слышишь!!!
     Ларса соскочила с него. Марк сжал от злобы и досады зубы и громко сглотнул. Он весь дрожал - перед самым носом захлопнулась дверь в сказочный райский сад наслаждения. Ларса поцеловала его в губы и стала одеваться - ни следа досады в выражении красивого и властного лица женщины он не заметил: только томное сладострастие.
     Он схватил трейс:
     - Петр, жди! Буду как смогу быстро! Не волнуйся, Петр! - он повесил трейс к ремню, не выключая его.
     - Мы еще... - Марк спешно застегивался и не знал как сказать ей то, что мучило его. - Мы еще... сможем так...
     - Конечно, я приду сегодня в твою каюту, - нежно произнесла она. - Только помни, что я первая. Остальные - шлюхи, гони их прочь.
     Последних ее слов Марк не слышал. Он спешил на помощь другу.
     Когда Марк во главе отряда четырех роботов (всех он, конечно, брать не стал - не на войну же собрался) ворвался в помещение, где находился его попавший в беду напарник, он услышал, как Петр фальшиво распевает популярную лирическую песенку.
     - Прохлаждаешься? - сказал Марк, вздохнув с облегчением.
     Один робот быстро освободил Петра, в то время как другой уже внедрился в поврежденный агрегат, а два остальных ремонтировали вышедшего из строя товарища и убирали протекшую садесмазку.
     Петр, конечно, обманул: левая нога у него оказалась сломана, а правая половина лица вся в крови - при падении свермер стойки разорвал щеку. Пока робот нес его на мощных манипуляторах до жилых помещений, Марк, чтобы сократить долгий путь и как-то ободрить раненного Петра рассказывал анекдоты, те какие мог вспомнить - как назло вспоминались только скабрезные. Не удержался все-таки и поведал ему о визите первой помощницы капитана.
     - А тебе не померещилось? - язвительно спросил Петр.
     Марк почувствовал, что краснеет, но тусклый свет коридоров надежно защищал цвет его лица от ироничных взглядов Петра.
     - Прервал на самом интересном месте, а теперь еще издеваешься? - сердито сказал Марк.
     - Ну извини - знал бы чем ты занимаешься, упросил бы стойку попозже свалиться. Впрочем, трейсер был не выключен и на самом деле я наслаждался музыкой ваших вздохов...
     Марк поперхнулся и покраснел еще больше.
     Врач экипажа Килна Травер неожиданно мягко встретила их. Марк подумал, что профессиональная подготовка не позволяла ей сейчас рассыпать ледяные взоры.
     Петра уложили на тахту, застеленную стенопратовой клеенкой, робот-стерилизатор уже спешил к пациенту.
     - Что-нибудь серьезное, доктор? Он надолго сляжет?


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ]

Читать также: