Рассказ №20151

     - Снег кружится, летает летает и поземкою клубя-
     - Заметает зима заметает, все что было до тебя.
     - На - на - на. . - на. .
     - на. . -на...
     
     Звучала, лилалась песня, а тётя Люба, обняв меня за плечи, танцевала со мной, уткнувшись лицом мне в шею. Эта была её самая любимая песня и едва услышав её, она тут же млела от удовольствия и начинала сама её напевать, а голос у неё был очень красивый.
     
     - На. . на... на... - на. . - Снег кружится, кружится, летает.
     
     Пела тётя Люба повторяя слова песни, уткнувшись мне в шею и крепко обнимая меня за плечи, скрестив руки. Я сходил с ума от близости с маминой двоюродной сестрой, запах её духов, который шел от её волос, будоражил мое сознание. Я чуствовал её сиськи, её тело, с тёткой мы были одного роста, и прижимался лицом к её волосам, я вдыхал аромат её духов и тела. Член у меня стоял колом, но я не стесняясь прижимался им к тётке, я был пьян от водки и от того что танцую и держу в своих обьятьях свою юношескую любовь, тётю Любу. Одета мамина сестра была в джинсовую курточку, под которой у нее была белая водолазка, плотно обтягивающия ее сиськи и джинсовую юбку, под юбкой у тётки были пододеты, тонкие чёрные трико.
     А на ногах у тёти Любы были одеты, белые импортные сапожки на небольшом каблуке, которые она зайдя к нам в квартиру не стала снимать, да и мать тоже была в коротких меховых полусапожках. Сначала, танцуя с маминой сестрой, я держал её за талию, потом посмотрев как танцует мать с Витей, я увидел что этот Витя, в наглую положил свои руки маме на попу и потихоньку мнет ее пухлые "булки" через юбку. Мать зимой не носила короткие юбки и на ней сейчас была одета, длинная черная юбка в обтяжку, жопа под ней у матери так и выпирала. Будь я на месте этого Вити, я бы тоже так поступил и мял бы тяжёлые мамины ягодицы, ведь так приятно наверное их мять.? Член от вида того что при мне мнут жопу родной матери, у меня вообще стал как железный и я тоже положил свои ладони на попку тёти Любы и стал слегка мять ее через юбку. А мамина сестра, ничего мне не сказала, лишь сильнее уткнулась в шею и танцуя со мной напевала под нос слова песни, звучащей из радиолы возле окна.
     
     - Снег, кружится летает, летает. . - И поземкою клубя -
     - Заметает, зима - заметает.
     
     Песня звучала из радиолы в этот волшебный зимний вечер, я легонько мял ладонями пухлую попку маминой сестры и посматривал на танцующию маму и её молодого ухажера, который вовсю мял её ягодицы. Наверное член у этого Виктора, стоял также как и у меня и он им упирался маме в животик и она его чувствовала? Пластинка кончилась и неугомонная тётушка потащила нас опять на кухню. .
     - Мальчики, девочки, пойдемте еще посидим?
     - И по стопочке пропустим, я гульнуть сегодня хочу.
     
     Тётя Люба, была явно в настроении и видно уже завелась. За столом сели опять как сидели, мать села с Виктором а я с ее сестрой.
     - Ну Костя? - Давай продолжай банковать раз начал... Сказала мне тётка, убирая пустую бутылку водки со стола, в ведро под раковиной. Я опять налил полную стопку до краев тётушке, Виктору, мать закрыла свою стопку ладонью сверху, она знала меру, да ей уже хватало, она и так поддатая была сильно.
     
     - А вот тебе хватит Костя. Мать забрала у меня стопку в которую я хотел налить себе водки. .
     - Не хватало чтобы ты завтра в школу пошел с больной головой и с перегаром. - Да и мал ты еще по столько пить сынок. - А ты Люба прекращай моего мальчика спаивать. Сказала мать своей двоюродной сестре. - Да ладно тебе Свет, Костя уже у тебя взрозлый. И наклонившись к матери зашептала ей на ухо показывая глазами на меня. Мать слушала и пьяно хихикала, поглядывая в мою сторону.
     Видно тётушка рассказывала ей, как я лапал её за жопу, когда мы танцевали и как у меня колом встал член и я прижимался им к ней. Мать не видела как я лапал её сестру за попу, она танцевала пьяно уткнувшись в плечо Виктору. - Ну ладно, только полстопочки. Мать протянула мне мою стопку, с любопытством смотря на меня. Видно сестра убедила ее что я уже не маленький и у меня между ног уже приличный аппарат имелся.
     
     - И мне тогда немного налей сынок. Мать протянула мне свою стопку и я налил ей половинку.
     - Ну давайте выпьем за вас женщины. - Чтобы вы всегда были у нас такие красивые как сейчас.
     - Толкнул тост Виктор и при этом посмотрел на мою мать. Видно что этот Витя запал на маму Свету и старался всячески ей угодить. А мать любила когда ей вот так говорили комплименты и пьяно хихикнув тоже толкнула тост.
     
     - И за вас мужиков, чтобы вы всегда любили нас женщин.
     
     - Мы все дружно чекнулись, выпили закусили, кто чем, причем мать ухаживала за Виктором, подкладывая ему в тарелку закуски а её сестра за мной, положив мне еще картошки и котлет в тарелку. - Ешь Костя, так меньше запьянешь. Приговаривала тётя Люба, накладывая мне в тарелку еды а сама достала из своей сумки пачку "Мальборо" и ловко вышелкнув сигарету из пачки, прикурила от своей фирменой одноразовой зажигалки, изящно пустив длинную струю дыма к потолку. Причем курила тогда тётка только фирменные, настоящие американские Marlboro. Не советскую подделку кишеневской табачной фабрики, а настоящие американские сигареты, которые ей покупал в "Березке" один из её ебарей. Эти "Мальборо" тогда стоили очень дорого, где то 3-4 рубля за пачку, но тётя Люба могла себе позволить подобную роскошь. Она была не замужем, детей у тётки не было, последствие неудачного аборта, врачи ей сказали что она больше никогда не сможет иметь
     детей. Но тётку видно это не сильно растроило, замужество, дети, это обуза а двоюродная сестра моей мамы, любила жить красиво. Погулять и поблядовать с мужиками, причем меняла своих ухажеров как перчатки. Про похождения моей распутной тётушки, говорил весь наш небольшой городишко. То Любу видели ночью на пляже сразу с двумя мужиками, то кто то увидел мою распутную тётю, голую в окне гостинницы. Вообще похождения тёти Любы, были любимой темой всех бабулек нашего городка. Которые сидели на лавочках возле домов и обмывали ей косточки.
     
     - Ну всё, мне пора домой.
     
     Тётка затушила сигарету в пепельнице, вернее то что от неё осталось, "мальборо" горели быстро не то что советские сигареты того времени, которые тухли сразу после того как их переставали курить. Тётя встала и одернула юбку, смахивая с нее крошки от хлеба которые попали со стола. - Ну что кавалеры. - Проводите меня, а то я одна боюсь идти домой. - Тётя Люба обращалась ко мне и к Виктору, хотя я и один мог ее проводить до дома. Парень я был рослый и в то время в десятом классе занимался спортом, качался и боксовал, меня даже взрослые мужики побаивались.
     
     - Конечно Любаш, проводим и заодно прогуляемся.
     
     - Ответил за меня Виктор, он помог тёте Любе одеть шубку и стал одеваться сам. Я тоже по быстрому одел ботинки, накинул курточку и одел шапку, у меня тогда была большая собачья шапка, модная в то время, которая ценилась дороже чем кроличья. На улице было уже темно и морозно, снега практически не было, лишь небольшие снежинки кружились падали в вечернем небе. Мы метров двести прошли от нашего дома, когда Виктор вдруг остановился и сказал что ему нужно идти в гостинницу.
     - - Я к себе пойду, мне завтра надо рано вствать.
     - На автобус, в Москву поеду.
     Сказал Виктор и свернул на улицу ведущию в гостинницу, которая к стати была недалеко от нашего дома. С нашего автовокзала ходил автобус на Москву "икарус" и отправлялся он рано утром часов в пять и вероятно этот Виктор пошел к себе в гостинницу спать чтобы утром встать пораньше на автобус. Подумал я и закурил сигарету, курить хотелось сильно а еще сильнее мне хотелось покурить перед тёткой, показать ей какой я уже стал взрослый.
     
     - Ну ухажер, проводишь меня, не побоишся? - Спросила у меня тётя Люба беря под руку.
     - Конечно тёть Люб, провожу вас до самого дома. - А я никого не боюсь в нашем городе.
     
     Сказал я тётке, идя с ней по улице. Я действительно никого не боялся у себя в городке, любой шпане мог надавать по зубам, хотя времена тогда были тихие особенного бандитизма не было как сейчас. Жила тётя Люба на "Карьере" это самый край нашего городка, место глухое и малолюдное даже днем.
     Свое название этот район нашего города, получил от каменного карьера где добывали щебень. Который был теперь давно заброшен а название осталось. Рядом с тёткиной "хрущевкой" было общежитие, где раньше селили рабочих которые работали на карьере. А сейчас из него сделали коммунальную общагу, и жили там одни маргиналы, уголовники, пьянь и бичи. Вообщем место не безопасное в тёмное время суток, могли запросто и дорогую шапку снять и грабануть.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: