 |
 |
 |  | - Странная, какая-то на тебе одежда - произнесла Изуфуиль - Долой ее. Изуфуиль села на него. А потом, схватив его больничную рубашку, за подол стащила с его верхней части тела. Выдернув из рукавов его голые теперь руки, она о тбросила ее в сторну от постели. Обнажив своего давнего любовника до пояса и слезла с постели она, схватив его за штанины больничные штаны тоже их стащила в с его задницы и ног, отшвырнув в сторону, оставив Андрея Сурганова в постели лежать в одних только плавках. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Да, кончала, - с вызовом сказала Татьяна. - А что было делать. Эти скоты держали меня, соски мяли, а старик ебал как кобель. Потом второй пришел. Положите, говорит, эту Клеопатру, на спину. Как всунул. Но второй хорош был, подлец, ритм менял, меня чувствовал. Кончила сильно, чуть сознание не потеряла. Очнулась, меня уже молодежь в два смычка... Один в рот, другой в пипку, сзади... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Оставаясь в одних трусиках, она подошла ближе к зеркалу, и в упор начала разглядывать все морщинки на красивом женском лице. "Нет, нужно срочно купить крем для век, кажется у меня там начала появляться сетка старения, а в остальном кажется ничего" -размышляла она в слух. Закончив с лицом, она перекинулась на верхнюю половину тела. Ей показалось, что груди стали слишком крупные по сравнению с пропорциями тела, они больше налились, и ещё сильнее выпирали вперёд. Свернув в чаши ладони, она оценивающе приподняла каждую половинку, и почувствовала тяжесть свинца, и приятную слегка ноющую боль. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется... |  |  |
| |
|
Рассказ №20266
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 31/03/2018
Прочитано раз: 34762 (за неделю: 33)
Рейтинг: 42% (за неделю: 0%)
Цитата: "Вторая рука была под ней и я все больше прижимал ее к себе, еще больше отдаваясь этому безумному поцелую и переплетению тел. Тут же, я вдруг почувствовал ее руку на своем члене, она довольно умело ласкала головку и слегка оттягивала кожицу, водила по стволу своей очаровательной ручкой. При этом она не забывала ласкать пальчиками мои яички, а я в свою очередь уже во всю ласкал ее несколькими пальцами, уперев мизинец в ее попку. Она поддалась навстречу мне и я стал потихоньку проникать в обе дырочки, используя ее смазку и сделав классическую скобочку. Ее влагалище и попка были очень мягкими и податливыми, что вызывало во мне просто волны восторга. Она перевела свои ласки на мои яички и я изнывал от ее ласк, при этом сам слегка раздвинул ножки, стараясь обеспечить ей максимальный простор. Но вот Юля гибко перевернулась на животик......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
Ах, крымское лето! Россыпи дачных огней на ближних и дальних склонах, на просторе долины. Звезды тщились отразить подобную пестроту в небе, но получалось тускло. От Лермонтовского санатория доносилось задорное подвывание Верки Сердючки:
Все будет зашибись! Я это знаю, знаю!
Зашибись! Все будет зашибись!
Благословенна летняя крымская земля. А я стою в тени на пляже и наблюдаю за Юлькой. Она ведь не знает, что я приехал в Крым и стою совсем рядом. Ах, эта Юлька, плещущаяся в море, валяющаяся на пляжной гальке, потягивающая своими пухлыми сладкими губками гранатовый сок через трубочку из запотевшего стакана. Одетая почти ни во что, но ведь в красивое ни во что, прилипшее к загорелой, покрытой испариной, влажной коже. Пахнущая духами, морем, солнцем и собственным разгоряченным телом. Ловящая на себе такие заинтересованные похотливый мужские, неодобрительно-завистливые, но иногда и любопытные, женские, спровоцированные её нескромными позами.
Вот Юлька - она опять встала в коленно-локтевую, вроде как ей срочно нужно было поправить покрывало! Пора уже и мне появиться на сцене этих пляжных страстей, а то так и уведут мою неенаглядную однокурсницу. Мы с ней уже совсем взрослые и по меркам Европы - нам стукнуло по 21 годику. Так что в следующем году мы должны получить свои дипломы и выпорхнуть в совсем взрослую жизнь.
- Ты хоть помнишь, что я приехал? - Помню, - Юля слизнула с губ сладкий сок. Нежные крымские персики, невзирая на скромные размеры, были чудо как вкусны. - Юля так возбудительно облизывала своим шаловливым язычком свои пухлые губки, что мой "старый друг" просто невольно натянул плавки - Юля тихонько захихикала.
Я поцеловал её пальчики, а она, чуть жеманясь, стала мне выговаривать:
- Мои сладкие ручки благодарно принимают твои поцелуи. Я вдохновлена ими. Надеюсь, только твое чувство такта джентльмена, заставляет скрывать от меня желание других поцелуев, более чувственных, отзывчивых и влажных частей Юляши? Как и я, скованная девичьей застенчивостью, никогда не смогу сказать тебе о своей невольной фантазии, возникшей ночью, когда ты страстно меня целовал. Даже скорее - облизывал.
Все женщины артистки по своей натуре, а Юля в особенности. После такой бурной ночи, полной страсти, она чуть ли не воспитанницу Бесстужевских курсов изображает. И тут же она стала вспоминать, что было этой ночью.
... Истома после твоего куни сменялась надрывами, я сдерживала себя как могла, мне хотелось большего, тебя во мне и еще, еще. Испугавшись, что я не сдержусь, я соскочила на колени, схватила тебя за руку и посадив его на диван, сжала в своих ладонях твой член и на какое-то мгновение пригубила его, мне хотелось его целовать, но я стремилась добиться не этого. Сжав его в своих ладонях я стала сперва тихо, а потом яростно водить ладонями вверх, вниз, от этого он стал твердым, я ощутила как под моими пальцами он вибрировал, как от него исходила энергия жизни, силы, страсти и мужского начала. Я вся дрожала...
Потом ты провел ладонью между ног, я ощутила как твои пальцы стали мокрыми, ты раздвинул мои губки, легкий звук напоминающий "Чпок".
Так раскрылась моя пещерка, секунда и вот твой член воткнулся в меня. Расталкивая мою плоть, он тупо входил в меня, я опустила тело еще ниже, грудь коснулась ковра, толчок, потом еще и еще, мое тело вздрогнуло, грудь запрыгала вперед, назад, но я не могла ее удержать, она запрыгала в такт твоих движений. Все ныло, я вспомнила про зудящее состояние в анусе, то как оно внутри меня сжигает, "Стой!", крикнула я, "Я хочу в попу", с трудом выдавила из себя слова.
В какой-то момент я испытала боль, но уже через секунду она прошла и ее сменило то самое жжение, что не давало мне покоя последние наверное минут десять. Почти полностью войдя в меня ты сперва осторожно, а затем все быстрей и быстрей начал насаживать меня на свой член. Вспышки боли сменяли оглушительные всплески истомы, зуд проникал в самое сердце, сжимал грудь, и вырывался через мою глотку. Я закричала, это крик был не боли, крик оргазма, "Закрой мне ротик!", в последний момент смогла я выкрикнуть.
Я вспомнила, как заорала, кончая от твоего куни и разбудила всю нашу общагу. Ты схватил меня за волосы, откинул голову назад и с силой зажал мне рот. Не отпуская меня, ты продолжал насаживать мое тело на свой длинный член, я так вырывалась, стонала, рычала до тех пор пока были силы, а потом я просто рухнула на пол, руки и ноги еще чуть вздрагивали, но я не могла пошевелиться, меня покинули силы. Голова кружилась, и глаза застилал голубой мрак. Да и ты был в ниване тоже, раз почти ничего не помнишь о прошедшей ночи.
Пока ты спала, я любовался тобой этим ранним утром. Нежное ещё солнце окрасило твою шелковистую кожу в розовый цвет. Ты так чудесно пахла после нашей бурной ночи. Я подошел к вещам, взял трусики и поднес к лицу. Сногсшибательный запах, который в обычной ситуации вызвал бы только отрицательные эмоции, ударил мне в голову. Голова закружилась и по телу прошла приятная истома. Я никогда не испытывал ничего подобного. Я просто сходил с ума от возбуждения. И ты, приоткрыв глаза, увидела мой утренний стояк и пожалела меня - от твоего минета я чуть не потерял сознание.
- А я этого не помню. Помню вкус твоей спермы, когда проснулась и все, - тихо захихикала Юлька.
А что было потом, когда Юлька проснулась? Тут она, повернувшись ко мне, впилась в мои губы сладким поцелуем. Ее язычок проворно исследовал меня и я не отставал от нее, сплетая наши язычки в замысловатом узоре. Я слегка прижал ее и заставил прилечь на кровать, не переставая при этом целовать ее. Она раскинулась на кровати, предоставив мне полный доступ к ее телу. В ее движениях чувствовалось сильное желание, что еще больше распаляло меня. Я ласково проел руками по ее бедрам и стал потихоньку подбираться к ее сокровенной пещерке, не переставая целовать ее. Она была очень страстна и выгнувшись, практически сама провела своей истекающей киской по моей ладони. Я переключился на ласку ее клитора, и тем самым вызвал еще больший стон.
Вторая рука была под ней и я все больше прижимал ее к себе, еще больше отдаваясь этому безумному поцелую и переплетению тел. Тут же, я вдруг почувствовал ее руку на своем члене, она довольно умело ласкала головку и слегка оттягивала кожицу, водила по стволу своей очаровательной ручкой. При этом она не забывала ласкать пальчиками мои яички, а я в свою очередь уже во всю ласкал ее несколькими пальцами, уперев мизинец в ее попку. Она поддалась навстречу мне и я стал потихоньку проникать в обе дырочки, используя ее смазку и сделав классическую скобочку. Ее влагалище и попка были очень мягкими и податливыми, что вызывало во мне просто волны восторга. Она перевела свои ласки на мои яички и я изнывал от ее ласк, при этом сам слегка раздвинул ножки, стараясь обеспечить ей максимальный простор. Но вот Юля гибко перевернулась на животик...
И тут жповернулась к тумбочке, на которой стояли какие то тюбики и флаконы. Взяв один из них, она выдавила несколько капель прозрачной жидкости себе на пальчик и глядя на меня стала им массировать свою попку, смазывая ее снаружи в внутри. Потом, взяла еще раз флакон и выдавив очередную порцию, прикоснулась к моему члену. Я ощутил холод смазки. Затем она повернулась и вновь встала в эту колено-локтевую позицию, призывно выпятив свою попку, приглашая исследовать ее вторую дырочку.
Я быстро воспользовался приглашением и после небольшого давления, мой член довольно легко проник в нее, при этом она стала сжимать и разжимать колечко входа, что усилило мои ощущения и я стал более активно трахать ее в очаровательную попочку. Она великолепно владела ей и я чувствовал как она умело сжимает и расслабляет ее, при этом у нее становится довольно просторно, так, что я практически не чувствую ее стенки, помимо колечка сфинктера. Я стал усиливать свои движения, стараясь проникать как можно глубже и вызывая у нее еще большие стоны.
Я обожаю анальный секс, а уж тем более с девушкой которая явно от этого тащится. Тут она сказала, если будешь кончать, сделай это мне в ротик. Я еще больше возбудился и сделав несколько фрикций вынул член из ее жаркой попки. Она тут же повернулась и приспустившись вниз тут же взяла его в свой жаждущий ротик. Она стала облизывать его как леденец и я не смог сдержаться и кончил практически тут же. Она довольно активно высосала из меня все и слегка чмокнув, отстранилась от меня.
Мы продолжили свои воспоминания о прошедшей ночи в шашлычной. Кога мы, сытые и довольные, пошли к пляжу, Юля обратила внимание на белую яхту, стоящую на рейде.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|