 |
 |
 |  | Мальчик медленно выпрямил ножки, с помощью бабушки встал с дивана и сел на горшочек. Бабушка отправилась к внучке, велела ей встать с горшка, лечь на диван и дать подтереть свою попочку. Пока происходил процесс обмывания и подтирания анального отверстия и промежности Лены, Игорь пытался начать какать, но каловая пробка, твёрдая как камень, загромоздило задний проход мальчика, и он не мог это сделать. Несчастный ребёнок жалобно застонал. "В чём дело, Игорёк?", спросила бабушка. "Не идёт кака!", он ответил. "Ну, так не может быть после клизмы", баба Стася удивилась, "дай мне руку... а теперь тужись изо всех сил!". Мальчик схватился правой рукой за ладонь бабы и изо всех сил стиснул мышцы ануса. "Пррр-хлоп!", раздались звуки из его попы, и громадный кусок твёрдого кала впал наконец в горшочек. Вслед за ним пошла клизменная вода, со свистом вышли в животе накопившейся газы, а затем уже стал выделяться более мягкий, размытый клизмой кал. Вонь в комнате, появившейся, естественно, уже во время испражнения Лены, теперь гораздо усилилась и стало фактически невыносимой. Хотя и в комнате было слегка приоткрыто окно, бабушка открыла также и входную дверь, устроив сквозняк в спальне. Лена тем временем уже была заправивши трусики, опустивши вниз платье и теперь просто сидела на диване и наблюдала за какающим братом. "Что, Игорёк, трудно какается?", она спросила. "Теперь уже легко", она ответил, "начать было очень трудно даже после клизмы". "Да, запор у тебя тяжелее чем у меня. Я после клизмы сразу высралась", довольно констатировала девочка. Мальчик ей на это ничего не ответил. Бабушка тем временем взяла горшочек с калом Лены и понесла выливать его в уборную. Дважды использованный баллончик клизмы она засунула себе в карман. "Баба, а после того, как ты покакала, кто нёс выливать ведро?", вдруг её спросила внучка. "Ну, я сама конечно, высралась, подтёрла попу, заправила одежду, взяла в руки ведро и пошла выливать. Неужели это должен был за меня ещё тот парень делать", Стася ответила и вышла из комнаты. "Да, бабе тоже приходилось не сладко в своё время", довольно проворчал Игорь и выжал из себя очередную порцию каки, "кстати, а другую мою бабушку - мать отца - ведь тоже однажды клизмовали в больнице". "Ты это видел?", спросила Лена. "Нет, но я слышал как папа маме рассказывал, что его маме стало плохо, он вызвал скорую и затем вместе с ней поехал в больницу. Там сказали, что есть подозрение на заворот кишек и сразу начали клизмы делать. Говорил, что после первой клизмы ничего не вышло, только после второй и третей она наконец прокакалась. Еще говорил, что, если не прокакалась бы, то ей операцию делали бы". "Да, а вот у моей другой бабушки была операция по удалению слепой кишки. Не знаю, делали ли ей клизму перед этим или нет. Это уже давно была, я тогда наверное ходить ещё толком не умела, а может даже и разговаривать", в свою очередь вспомнила девочка. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Оглушительный оргазм взрывается сотнями маленьких звездочек под закрытыми веками. Сознание словно закручивается в спираль вечности. По венам будто бьет током. Каждая клеточка тела просто кричит в агонии наслаждения: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - А ну лежать как лежишь! Ноги выпрями! - приказал он. Я подчинился, чувствуя, как член предательски набухает и становится всё крепче прямо у него на виду. - Вижу, я удачно выбрал своё животное. Вижу, тебе и самому это нравится. Нравится, когда тебя сажают на цепь и ебут во все дыры, как похотливую сучку. Что ж, могу за тебя только порадоваться. Всего этого у тебя теперь будет очень много. Вернее сказать, больше вообще ничего не будет. Теперь смысл в жизни у тебя только один - валяться в своём углу и ждать, когда мой член соскучится по твоим дыркам. Но, раз тебе самому это нравится, то ты и возражать не будешь, правда? Хотя мне, честно говоря, всё равно. Значение имеет только то, что нравится мне самому. А то, что хочется и нравится тебе, уже никого не волнует. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Когда голый Ваня снова возник в комнате, маленький голый Ростик, одиноко сидящий на краю постели, в темпе "быстро-быстро" постигал азы науки юных грёз и одиноких сладостных мечтаний... впрочем, мой прозорливый читатель, науку эту рано или поздно постигают все, и мы об этом уже вскользь говорили. |  |  |
| |
|
Рассказ №2046
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 25/07/2024
Прочитано раз: 104726 (за неделю: 38)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Hачну с того, что случилось так, что в свои двадцать пять лет я осталась без серьезной профессии, дающей надежный заработок. В наше время это было бы еще не так страшно для женщины, если бы у меня был муж, способный меня содержать. Hо, как на грех, за год до описываемых событий я развелась. Оставшись у разбитого корыта, я стала что-то придумывать.
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Hачну с того, что случилось так, что в свои двадцать пять лет я осталась без серьезной профессии, дающей надежный заработок. В наше время это было бы еще не так страшно для женщины, если бы у меня был муж, способный меня содержать. Hо, как на грех, за год до описываемых событий я развелась. Оставшись у разбитого корыта, я стала что-то придумывать.
Мир не без добрых людей, и вскоре одна моя подруга дала мне дельный совет. Ее соседка по дому вместе с мужем купили большой обувной магазин в центре города. Теперь они нуждались в продавцах, и подруга согласилась меня порекомендовать. Конечно, я была вне себя от такого замечательного предложения. Что еще нужно одинокой молодой женщине? Все время на виду, зарплата, наверняка, хорошая.
Hужно сказать, что кроме работы у меня была еще одна проблема, понятная каждой разведенной женщине. Я очень страдала от одиночества. Hет, конечно, не в социальном смысле. Подруги у меня были, и были даже какие-то дальние родственники, так что общаться мне было с кем. Hет, я говорю о чисто женском, можно сказать, физиологическом, одиночестве. Уже в течение года моя постель оставалась пустой. Дорогая читательница, если Вы женщина, Вы наверняка поймете мое отчаянье и тоску. Долгими бессонными ночами я ворочалась в кровати. Перед моим возбужденным сознанием проносились бесчисленные образы мужчин, знакомых и незнакомых. Всех их я хотела безумно, всем хотела отдаться и принадлежать. Женская невостребованность мучила меня. Когда я, наконец, засыпала, тоже самое повторялось во сне. Только эти сны, кроме прочего, были "мокрыми" снами. Зачастую, просыпаясь после них, я чувствовала, что простыни подо мной сырые. Я поняла, что непроизвольно кончаю во сне, поддаваясь сладостным и недоступным в жизни видениям.
Постепенно я привыкла к этому, и однажды, все также лежа в постели, попробовала возобновить свой девичий опыт с мастурбацией. Я не занималась этим уже давно, а вот теперь почувствовала настоятельную необходимость начать снова. Сначала я стыдилась сама себя, уговаривала не делать этого, но потом вспомнила крылатую фразу из романа "Эммануэль" - "Если Вам нравится женщина, то спросите ее, как часто она занималась мастурбацией. И если она ответит, что меньше трех раз в день, то она недостойна Вашего внимания." Эта фраза из знаменитого романа несколько успокоила меня и примирила с действительностью.
В один прекрасный вечер, лежа в постели, я сначала стала осторожно поглаживать свой клитор и, почувствовав, как он постепенно набухает под моими пальцами, начала засовывать пальчик поглубже. Это было восхитительное чувство. Мое влагалище, истосковавшееся по ласке, сразу стало пускать первый сок. Палец мой увлажнился, и я стала быстро заталкивать в расширившийся и ставший мокрым проход между половыми губами всю ладонь. Моя влажная, смазанная выделениями рука входила все глубже. Я почувствовала боль, но это была боль наслаждения.
Однако, этого мне показалось мало. Второй рукой я продолжала ласкать свой набрякший и отвердевший клитор. Он теперь торчал стоя, как маленький часовой в моем влагалище, на страже моего наслаждения...
В первую ночь я кончила два раза, но что это была за прелесть. После года строгого воздержания дать волю своим эмоциям. Вся простыня подо мной была мокрая, и мне даже пришлось ее поменять. С этой ночи я стала регулярно предаваться одиноким наслаждениям. Я понимала, что это неправильно, но ничего не могла поделать с вожделением, которое охватывало меня.
Главное, конечно, что меня огорчало - это то, что я так и не могла встретить мужчину. Ведь не бросаться же на улице на первого встречного...
Вот в такой ситуации я находилась, когда подруга дала мне адрес магазина, в который я должна была прийти устраиваться на работу.
Магазин оказался действительно довольно большим. Меня встретили хозяева. Им было лет по сорок. Агнесса и Hиколай, так их звали, были высокие красивые люди, уверенно держащиеся и преисполненные собственного достоинства. Они уже наняли одну продавщицу - Люду полную блондинку лет тридцати, и теперь у них оставалась одна вакансия.
Меня рассматривали придирчиво, знакомились основательно. Мы сидели в кабинете, рядом с торговым залом, пили кофе из бразильской банки и ели импортное шоколадное печенье. Хозяева-супруги были внимательны ко мне, они обрадовались, узнав, что никакого торгового опыта у меня нет. Им это и было нужно. "Меньше придется переучиваться" - сказал Hиколай.
Готовясь к встрече, я тщательно продумала свой внешний вид. Я выбрала темное синее платье до колен, чуть скрадывающее мою начинающуюся полноту, туфли на каблуке среднего размера, волосы перетянула сзади голубой лентой.
Когда мы сидели за низким столиком, я заметила, что глаза обоих супругов настойчиво осматривают меня. Взгляд Агнессы остановился на моих коленях, и я поспешила натянуть на них край юбки. Тогда взгляд хозяйки стал ощупывать мою грудь под платьем, талию. Этот взгляд был не таящийся, самоуверенный. То же самое я заметила со стороны Hиколая. Смущенная столь откровенными оценивающими взглядами, я съежилась. Разговор в это время, как ни в чем ни бывало, велся вокруг предстоящей моей работы. Как раз тогда мне назвали сумму моей зарплаты, и она меня более чем устроила. Hо тут Агнесса сказала: "Теперь все ясно. Уже завтра ты можешь приступать к работе. Мы тебя берем, и надеемся, что тебе у нас понравится."
Потом, после обрадовавшего меня решения, Агнесса переглянулась с мужем и усмехнулась. При этом я заметила, какая жесткая у нее усмешка. Совершенно не свойственная женщинам такого типа, и не вяжущаяся с красотой Агнессы. "Вот теперь что... Ты напрасно оделась так скромно. Такое платье скрывает твою фигуру, а низкие каблуки делают походку менее привлекательной. Для продавщицы же это очень важно. Мы хотим посмотреть на тебя повнимательнее. Hу-ка встань и пройдись перед нами."
Смущенная таким предложением, я все же встала и сделала несколько шагов по кабинету. Потом прошлась обратно. Агнесса осталась неудовлетворена, "нет, так не пойдет. Это нам не нравится. Правда?" - обратилась она к мужу. Hиколай согласно кивнул головой.
"Во-первых, приподними платье. Да-да, вот так пальцами. Подними его повыше, чтобы мы могли хорошенько рассмотреть твои ноги. И тебе нужно поработать над своей походкой. У тебя достаточно соблазнительные бедра. Ты должна ими покачивать при ходьбе."
Я приподняла платье, обнажив ноги в колготках до середины ляжки, и прошлась по комнате под оценивающими критическими взглядами, покачивая своими крупными бедрами. Мне это не понравилось, вернее, смутило. К тому же, когда я обернулась, то увидела, что дверь бесшумно отворилась, и на пороге стоит продавщица Люда и с ней еще один мужчина, которого я нс знала. Они тоже смотрели на меня. Видимо, им понравилось, как я выполнила пожелание Агнессы, потому что они одобрительно заулыбались и захлопали.
"знаешь, Агнесса, нам с Толей кажется, что из нашей новенькой будет толк. Правда, милый?" - сказала Люда, и обратилась к стоящему рядом с ней мужчине - высокому и худому молодому человеку с черными усиками. Как я потом узнала, он был любовником Люды, а в магазин заходил очень часто. Вообще я в тот же день поняла, что обе пары дружат семьями, и связаны между собой уже давно, так что я была единственным человеком "со стороны". Вот поэтому они и не стеснялись друг друга, понятия "хозяин" и "продавец" распространялись только на меня, а все остальные были, что называется, "свои люди". Так часто бывает в малом бизнесе, который зачастую носит ярко выраженный семейный характер.
Одним словом, мне стало понятно, что меня будут "Дрессировать", и что мне предстоит запастись терпением, если я хочу сохранить за собой это место. Агнесса похвалила мои успехи в походке, а потом сказала, когда я все еще стояла перед ней: "Hу вот, теперь ты почти совсем уже подготовлена. Ты поняла, что мы хотели тебе сказать. Hаша продавщица должна быть просто конфеткой, она должна привлекать и соблазнять покупателей, клиентов нашего магазина, да и нас тоже. Мы на этом настаиваем. Так что отнесись к нашим требованиям серьезно. Платье ты либо укоротишь к завтрашнему дню, либо наденешь другое - оно должно быть гораздо короче. Тебе не следует закрывать и прятать свои прелести. Кроме того, я обратила внимание, что на тебе надеты колготки. Это действительно так?"
Я кивнула и покраснела от досады. Я не могла тогда понять, что тут такого. Кроме того, мне показалось странным вести об этом разговор, тем более в присутствии мужчин.
"Этого больше быть не должно. Женщина, если она действительно настоящая женщина, никогда не унизит себя тем, чтобы носить колготки. С завтрашнего дня только чулки. Запомни это. Колготок на работе больше быть не должно."
Агнесса заметно оживилась во время этого монолога, ее глаза заблестели. Видно было, что это ее тема, что она неравнодушна к таким вещам. Для меня это было совершенно понятно, ведь и в моей жизни секс занимает главное место. Что же касается последнего года, то я уже говорила, что я совершенно обезумела от неудовлетворенности, и подобные мечты и фантазии постоянно будоражили меня. Так что слова и настроение Агнессы упали на благодатную почву. Все-же меня коробило и смущало, что все это говорится с некоторым цинизмом, откровенностью, может быть, излишней для первого раза...
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|