 |
| |
| | Я поцеловал её. Она немножко морщилась. А потом я стал двигаться быстро. Она не принимала меня как насильника, но и не хотела чтоб это было по любви. Она с тяжестью сужала мой член. , , Малышка, не бойся, все не так плохо ". Она меня обняла, но приблизив меня к себе она засунула мой член в себя глубже. Тогда она меня отпустила от боли кусая свои пальцы. , , Миша? У меня идёт кровь?!" она стала паниковать. У неё и правда крови много было. Я успокоил её, поцеловал. , , Маша, это нормально. Для твоего возраста нормально " она немного поворочалась. Я стал потрахивать её, но она уже прилично стонет от боли. Так длились все 30 минут. В конце я стал кончать. | | |
| |
|
| |
| | Сказать я нечего не успела. Он просто прижал меня своей массой к дивану и все... Он стал входить в меня, медленно и как-то неотвратимо, что ли. Как волна, он стал потихоньку затягивать меня под себя. Но тут он таки нашел мою плеву... Сказать, что он был удивлен, это не сказать ничего. В его глазах была какая-то обреченность, что ли, и мрачная решимость. Но это я поняла и проанализировала потом. А в тот момент я готова была умереть прямо под ним. Я чувствовала его в себе, но только то, что успело в меня зайти, а, сколько еще оставалось, мне было даже страшно подумать. Мой первый порыв был... вывернуться скорее и отбежать в другой конец комнаты, а лучше в другую галактику. Но этого я сделать не смогла, хотя и пыталась. Он был слишком тяжелый, и это ощущение, как - будто тебя посадили на кол... Пока я пыталась лихорадочно придумать план побега, Олег просто вытащил свой член, оставив только головку во мне. А потом, одним сильным толчком вогнал его во всю длину. Как было больно... Я даже закричать не смогла, только слеза по щеке покатилась. Воздуха не хватало, казалось, что член, как поршень, вытеснил из меня весь воздух. Пока я занималась самоанализом, Олег быстро кончил, встал с меня и вышел из комнаты. | | |
| |
|
| |
| | Прижатая попкой к здоровому пульсирующему члену, расстегивая ширинку с другим вставшим горячим членом, я непроизвольно стала возбуждаться, и почувствовала как начали набухать моя киска. Второй парень слегка наклонил мое туловище и мое лицо оказалось рядом с глянцевой головкой члена первого парня, которого второй назвал Вадимом. | | |
| |
|
| |
| | Единственное место, где не побывал его хуй было банальное: моя пизденка. Он знал, а если не знал, то догадывался наверника, что я еще девственница и обещал, что все будет "в ажуре", что больно не будет и у него есть презерватив. Мои аргументы против были совсем не "грешно до свадьбы", а тоже чисто банальные, зазубренные в первом классе в первой четверти: от секса в пизду можно забеременить, получить кучу болезней, будет страшно больно до потери сознания, да и вообще это лишение девственности, которую тогда было не вернуть (ну сейчас можно пришить-отрезать все хуйни в организме при желании заплатить зеленью садисту-доктору), и я сказала нет. Он обидился и зло сказал, что если я все еще считаю себя девственницей, то это только символически и физически, ведь уже в жопу мне типа ствол входил и я уже не слишком невинна (идея была ведь моя, гы...), больно будет не сильнее, чем когда разобьешь коленку, это он в каком-то пиздуленском журнале вычитал, а забеременнеть можно всегда, а с презиком шанс такой же, как если тебе завтра кирпич на бошку упадет, ведь уже тогда он был спец и, наверное, перетрахал до меня девчонок пять...или, лучше выразиться, они его, а его задний проход был довольно растянут с прошлого лагерного сезона, когда его ебали все из старшего отряда, а он тока кончал как ненормальный. Я согласилась. Он, сопя, натянул презик и поставил меня раком- типа так круче ощущения у меня будут- и вогнал мне свою дубину до упора. Не думаю, что он слишком заботился о моих ощущениях. Я же согнулась пополам от резкой боли, которая прошла через две секунды, а он уже ебал меня во всю. К концу я тоже кончила. Потом вымылась, вылив сперму из жопы и сперму изо рта, и ушла домой. Я была на седьмом небе от счастья, что все так здорово закончилось. Потом наши отношения только на трахе и держались- я приходила, он грубо выебывал меня, как последнюю сучку (это при том, что за мной весь двор с цветами бегал), и я была рада. Я сильно изменилась: покрасила свои дурацкие мышиного цвета волосенки в шатенку, постригла лохмы, начала краситься. Пялила юбки в два миллиметра и туфли на шпильках. И-каждый вечер- жесткая ебля в пизду и жопу от моего ненаглядного. Какие оргазмы я получала сейчас! Не то что мастурбируя по-тихому в ванной. И так, мне исполнилось семнадцать, а я уже только получала оргазмы от грубой, жесткой ебли во все дыры до потери сознания и "через не-хочу", по словам моего парня. Когда он ушел в армию, я трахала себя всеми предметами, но больше не под кого не ложилась. Застыдилась пошлятины. Сейчас мне двадцать два, у меня есть кавалер, который еблю называет занятие любовью, в жопу трахает только с моего позволения и всегда нежно и мягко. Того я давно послала. Иногда меня спрашивают, жалею ли я о потери девственности от какого-то пидора. Нет, говорю, лучше и быть не могло. А и правда- что о прошлом жалеть. Главное, не залетела. Честно говоря, я до сих пор иногда хочу жесткого, бурного секса, которому когда-то научил меня мой первый любовник. | | |
| |
|
Рассказ №20460
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 07/02/2024
Прочитано раз: 18136 (за неделю: 16)
Рейтинг: 46% (за неделю: 0%)
Цитата: "Он гладил медленно и нежно ее маленькое мокрое тело и она чувствовала, как его желание снова стремительно растет и твердеет, как упирается ей в спину и, наклонившись вперёд, она дала ему снова войти. Он был почти вдвое выше ее и, накрыв всем своим телом сзади, обвил одной мускулистой рукой ее грудь, а другой взял в горсть низ ее живота, потом запустил длинные пальцы в лобок и пропустил между ними пульсирующее основание члена, глубоко вошедшего в ее лоно...."
Страницы: [ 1 ]
Его звали Рома Малецкий, он был самым классным парнем в ее группе, и с первого курса универа Лена только и думала о том, как затащить его в постель. Но Рома был из тех "правильных мальчиков", которых в принципе сложно соблазнить, потому что их мамочка воспитала в лучших семейных традициях. То есть трахнуть себя такой красавчик позволит только "правильной девочке" и только после свадьбы и, скорее всего, строго в миссионерской позе, причем в любом случае кончит только он - ну не умеет потому что по другому...
После госэкзаменов на пятом курсе в общежитии затеяли грандиозную пьянку. Лена жила в комнате с тремя подружками, две из которых - Маша и Сабина - были лесбиянками. При любом удобном случае девчонки старались уединиться, поэтому пригласить Рому "поболтать" к себе было нереально. А он как раз изрядно поднабрался на вечеринке - ему светил красный диплом, отличный повод наконец расслабиться.
По общежитской традиции даже на вечеринку девочки могли приходить в домашнем. Многие сидели за столом на общей кухне в пижамах и халатах. Лена, не долго думая, накинула поверх белья розовый шелковый пеньюарчик. Ничего предосудительного - уже через час половина женского состава курса упоенно скакала под знойные мотивы в одном нижнем белье, а кто-то и вовсе топлес...
- Рома, извини, не поможешь мне? - Лена коснулась дрожащими пальцами его широкого плеча, ощутив твердые мышцы под тонкой тканью белой футболки.
Он обернулся и удивлённо посмотрел на нее с высоты своего почти двухметрового роста. Лена заставила себя беспечно улыбнуться, глядя в его серые умные глаза, и продолжила:
- Там, в душевой, шторку кто-то сломал, надо починить, а то коменда завтра декану пожалуется на нас...
- Да? Правда? - Рома никогда не жил в общежитии и любил помогать, - Конечно, пойдем.
В той душевой трахались все. Это было самое популярное общественное место на этаже. И приглашение от парня или девушки "пойдем в душ" всегда означало одно. Рома, конечно, был не в курсе, зато его друзья многозначительно переглянулись, а девчонки, давно знавшие, как Лена запала на Малецкого, посылали им вслед воздушные поцелуи.
- Вот, шторка на месте, - он отряхнул руки и обернулся.
Лена стояла перед ним совершенно голая и по ее щекам текли слезы.
- Ты что, ты что?! - испугался он и отпрянул назад, не удержался на скользком полу, ухватился за шторку душа, так что она вместе с держателе снова с грохотом упала вниз.
- Ты... Я... Очень хочу тебя... Давно... Пожалуйста... - Лена поняла, что окончательно потеряла контроль, закрыла лицо ладонями и зарыдала, уткнувшись в стену. Это был позор, провал. Ей никогда не было так стыдно и больно...
Но прошло секунд десять, и она почувствовала, как он мягко положил теплые руки ей на плечи и осторожно повернул к себе лицом.
- Я не против, - он раскрыл ее ладони и заглянул в заплаканные глаза, - Только, пожалуйста, не плач...
Шторка валялась на полу до самого утра. Там же лежали сорванные со стен полки с шампунями и стиральными порошками. Они перевернули эту чёртову душевую, потому что им не хватало места, им хотелось взорвать эти тесные стены, о которые они бились всю ночь. Потому что для любви им нужна была вся вселенная... или хотя бы нормальная кровать.
- Хочешь, я потру тебе спинку? - они, наконец, встали под воду, прижавшись друг к другу в тесной ванной.
Он гладил медленно и нежно ее маленькое мокрое тело и она чувствовала, как его желание снова стремительно растет и твердеет, как упирается ей в спину и, наклонившись вперёд, она дала ему снова войти. Он был почти вдвое выше ее и, накрыв всем своим телом сзади, обвил одной мускулистой рукой ее грудь, а другой взял в горсть низ ее живота, потом запустил длинные пальцы в лобок и пропустил между ними пульсирующее основание члена, глубоко вошедшего в ее лоно.
Он был львом, напавшим на оленёнка, только не убивающим, а любящим львом. Она чувствовала всю его молодую горячую полную невероятной жизненной силы плоть, она была частью этой плоти, стремящейся к вечному удовольствию. Когда она кончала, он засунул пальцы ей в рот, чтобы даже их кончиками почувствовать экстаз ее дыхания, влагу, которой она пропитана вся, насквозь. Потом она выскользнула, повернулась к нему, встала на колени перед его пылающим, напряжённым до дрожи молотом и, обхватив распухшими от поцелуев губами, истово взялась за него, обводя языком, захватывая полностью, двигаясь в ближе к самому основанию, пока он не выстрел в нее густой горячей струей, пока со стоном не отпустил ее склоненную маленькую мокрую голову...
В дверь позвонили. Это была Оксана, коллега Лены. Каждое утро она забирала отчёт о ночных поступлениях на счет фирмы, чтобы передать информацию шефу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
