Рассказ №20729

     Она была на кровати. Голова и плечи были крепко прижаты к простыне. Над ней стоял на коленях дрессировщик собак. Роб содрогнулся. Этот африканский ублюдок был особенно неприятный извращенец. Робу не нравилось ублажать эту сволочь, а его жена посмотрела и хихикнула.
     
     Теперь этот ублюдок прижимал его дочь лицом вниз в постель, в то время как он энергично трахал её сзади. Одна большая черная рука, схватив её тонкую белую шею, прижимала её вниз. У Роба было мало сомнений в том, какое отверстие использовал извращенец. Очевидно, что его дочь потеряла более одной девственности сегодня ночью! Он смотрел с благоговением и страхом, как ублюдок тяжело и сильно двигался над поднятыми бедрами Даниэллы, её колени упирались в постель, как будто предлагая её мягкую округлую попку жестоким движениям извращенца.
     
     Африканцы пили и смеялись, пока они смотрели на изнасилование Даниэллы. Смесь похоти, удовлетворения, желания и жестокости отразилась на их темных лицах, когда они смотрели как эта молодая, шестнадцатилетняя английская девушка, которая всего два дня назад спустилась с трапа самолета, принимала в себя до основания трахающий её возбуждённый чёрный член.
     
     Роб мог видеть, что они о чём-то разговаривали в комнате, хотя он не мог услышать слова. Дрессировщик поднялся с Даниэллы, повернувшись, чтобы поговорить с африканскими гостями. Его толстый член частично вышел из Даниэллы. Роб смотрел. Он и его жена хорошо знали этот член. Трудно было представить, как стройная Даниэлла была в состоянии принять его черную толщину и длину внутри её тела. Он наблюдал, как его дочь поднялась на руках. Оглядываясь назад через плечо на кинолога.
     
     Теперь он иначе видел свою дочь. Он всегда думал про неё, как о его маленькой любимой дочери, херувимчике и цветочке, которую он воспитывал и защищал. Когда он смотрел в глаза африканских мужчин, он видел, как они видели её, нежную и соблазнительную. Белую, совершенную, с незапятнанной молодой кожей, которая слегка задрожала, когда она опустилась на колени на кровать голой. Её груди были полные и круглые. Они выдавались вперёд, а не свисали вниз. Все еще развивающиеся, все еще растущие, но полные, округлые и сексуальные. Украшенные дерзкими, торчащими, розовыми сосками. Её ноги были гибкие и стройные, по-прежнему стройные, но они уже были ноги и бедра женщины, а не девочки. Её талия была еще стройной, подчёркивая пышные бедра и мягкую тугую попку.
     
     Из которой торчал толстый черный член.
     
     Он смотрел, как загипнотизированный, как его дочь начала двигаться. Её бедра начали медленно двигаться. После минутного колебания, она отодвинулась от кинолога, как будто пытаясь избавится от огромного члена в её заднице. Было странное выражение на её лице. Она остановилась на мгновение. Она выглядела так, как будто она подготавливала себя. Потом она толкнула бёдра обратно!
     
     Обратно!
     
     Его дочь не стремилась избавится от толстого члена в её анусе. Она толкала его глубже. Роб смотрел на свою дочь, не веря своим глазам. Мгновение и она снова отодвинулась от него, вытягивая его член. Роб был ошарашен. Он никогда не видел, такой взгляд на лице его невинной молодой дочери. Взгляд сексуального экстаза на её лице, когда её анальная мышца сжалась, лаская и трепеща вокруг черного члена в её плотной попке.
     
     Даниэлла ускорила её движения. Двигаясь быстрее. Наблюдающие африканцы усмехнулись молодой девушке, которая стремилась к большему сексуальному удовлетворению. Каждый африканец уже воспользовался своей очередью с красивой девушкой, прежде чем разрешить кинологу, удовлетворить его извращенную похоть. Даниэлла теперь ничем не отличалась, от Аниты, Хелены, Люсиль, или её матери Сьюзен. Она стала для черного члена голодной шлюхой и они ожидали много других часов удовольствия, обучая её всем сексуальным извращениям, которые они могли бы придумать!
     
     Роб почувствовал, как руки его жены схватили его затылок и заставили его опустится вниз. Он знал, чего она хочет. Он неохотно отказался от непристойного зрелища того, как трахают его прекрасную, молодую дочь. Сьюзен, тем не менее, была непреклонной. Он опустился ниже окна, его голова повернулась к гладким мокрым бедрам жены. Она крепко схватила его за голову, направляя его облизывать её дырочки, в то время как она сама наслаждалась зрелищем дочери, чьи чресла стали принадлежать сексуально голодной женщине.
     
     Роб лизал мокрые чресла его возбужденной жены. Мужская сперма, казалось, выливалась из её возбужденных дырочек. Он не знал и ему было все равно, была ли это сперма человека или собаки. Он уже привык к его собственному унижению, когда его язык лизал, возбуждая её еще больше. Единственное что он знал точно: здесь не было его спермы:
     
     ***
     
     Даниэлла тихо сидела за обеденным столом. Она смотрела на её родителей с некоторым смущением, помня, как оба её родителя стояли на четвереньках и позволяли сторожевым собакам, трахать себя. Её родители были в равной степени неуверенными. Смущенные от своего собственного возбуждения при наблюдении за тем, как их милую дочь соблазняли и развращали их африканские хозяева. Люсиль и Генри убирали посуду после завтрака.
     
     Руфус улыбнулся им всем. Марион принесла ему портфель. Он открыл его, достав несколько четких формальных документов, передав один набор её родителям и другой Даниэлле.
     
     - У меня здесь новый официальный контракт, на два года, который войдёт в силу, когда существующий контракт истечёт через два месяца.
     
     Роб посмотрел вниз, изучая документы.
     
     - Как вы знаете, ваш контракт зависит от подписания Даниэллой своего договора. - Он указал на второй набор бумаг в направлении Даниэллы. Она посмотрела с удивлением на своих родителей, бумаги и Руфуса. Он улыбнулся ей.
     
     - Это трудовой договор для тебя. Стандартный контракт для работы в Зимбабве. Я объединю его с контрактом твоих родителей. Когда их контракт будет продлён, ты сможешь присоединиться к ним и жить здесь в Зимбабве. - Даниэлла кивнула. Ей было известно, что её родители хотели, чтобы она присоединилась к ним после того, как нынешний договор закончится. Она посмотрела на бумаги и начала читать.
     
     Это было предложение о работе в качестве горничной в домохозяйстве мистера и миссис Мукуру. Даниэлла посмотрел на Люсиль и Генри и вспомнила об их роли прошлой ночью.
     
     - Означает ли это, что...
     
     - Читай договор, Даниэлла! - прервал Руфус. Даниэлла покраснела и покорно опустила глаза назад к документу перед ней. Она читала дальше. Она будет...
     
     "... нести ответственность за светские и рутинные дела по домашнему хозяйству Мукуру. Это будет включать в себя удовлетворение всех личных пожеланий мистера и миссис Мукуру по всем вопросам, в том числе личным." Она задумалась над последним словом. Было ли это прикрытие для вопросов о личном? Она посмотрела на Марион которая улыбнулась в ответ. Розовый румянец вспыхнул на щеках Даниэллы. Марион разбудила её этим утром и предложила ей завтрак.
     
     Завтраком было еще влажное и липкое влагалище Марион.
     
     "Когда гости будут оставаться на ночь, она будет нести ответственность за их личный комфорт, удовлетворение и развлекательную программу. Предоставлять все возможности для их гостей, чтобы удовлетворить потребности каждого, особенно ночью. Это, естественно, включает в себя сексуальные потребности" Даниэлла сглотнула.
     
     "На время действия этого контракта вам запрещено использовать любой вид защиты, или предпринимать какие-либо другие шаги для предотвращения нормальных последствий таких развлечений, будь то с личными слугами Мукуру, их сотрудниками, или их гостями."
     
     - Что именно вы имеете в виду под защитой...? Вы имеете в виду...
     
     - Читай подпункт 4. 2, Даниэлла. Там всё очень ясно написано. - Даниэлла покраснела и обратилась к подпункту 4. 2.
     
     "В случае рождения ребенка с тёмной кожей вам будет позволено сохранить этого ребенка, как своего собственного. Тем не менее, в случае рождения светлокожего ребенка вы не будете претендовать на материнство. На самом деле вы предоставите Мукуру документ, что родители ребенка, это мистер и миссис Мукуру." Глаза Даниэллы расширились от перепутанных мыслей.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: