 |
 |
 |  | Головка его члена почти наполовину вылезла из плавок. Больше я не мог ждать. Я поднес свои губы к ней и ощутил запах, который меня чуть с ума не свел. Я опустил губы и языком ощутил нежную плоть. Я обхватил ее губами и начал брать его член в рот все глубже и глубже. Это было странное чувство, но очень приятное. Я стянул его плавки полностью и в моей руке оказались два больших и теплых яичка. И вытащил его член изо рта и лизнул его яйца. Его член содрогнулся и из него потекла сперма. Как молнии, в моей голове носились мысли: "Попробовать или нет?" Я закрыл глаза и начал слизывать сперму с его члена и живота. Что это был за вкус!!! |  |  |
|
 |
 |
 |  | Второй начал отступать, выжидая удобного момента. Рипли побежала на него, ее груди размером с большие арбузы подпрыгивали, ткань майки трещала. Охранник взмахнул дубинкой - женщина уклонилась, схватила его за горло и подняла. Тот захрипел, стараясь вырваться, вцепился в руку Рипли, но разжать пальцы не мог: хватка была по-настоящему стальной. Высокая женщина без каких-либо усилий держала его на вытянутой руке, краем глаза видя, как побледнел Обэнон. Охранник снова попытался достать ее дубинкой - Рипли перехватила ее, без особого усилия вырвала и, не глядя, отбросила в сторону. Дубинка несколько раз перевернулась в полете и воткнулась в приборную панель, пробив тонкую поверхность. Затем Рипли отбросила задыхающегося солдата и повернулась к Обэнону. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Тут настала очередь млеть мне. Я замер. Дальше танцевать было неудобно. Брюки упали ниже колен, любое движение и я бы растянулся на полу. Марина угадала мои проблемы, быстро опустилась на колени передо мной и заглотила член почти до самого корня. Потом выпустила, засосала вновь, выпустила: Я ухватил ее обоими руками за затылок, стал нажимать, помогая тем самым насаживаться ртом на член. Она не возражала. Неожиданно рядом возник Кеша. Он уже успел совсем раздеться. Потянул Марину к себе. Она выпустила мой член, развернулась к нему и вобрала ртом его "игрушку". Кеша издал то ли рык, то ли стон, полный сладострастия и стал ее энергично трахать в рот. Кстати, член у него был: так себе: среднестатистический: не больше моего, толстый у основания и с острой сужающейся к концу головкой. Женщинам такие "писюны" не особо нравятся. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Вытянувшись вдоль нее "валетом" , он потянул ее на себя сверху. Она стала над ним на четвереньки, подогнула колени и плотно прижалась губками к его рту. Он раздвинул их руками, забрал в рот ее мокрую и горячую вульву и почувствовал, как она забрала в свой рот его налившийся член. Он просовывал язык вперед, раздвигая губки, лаская кончиком клитор, потом назад, возбуждая вход в дырочку. Она сначала активно его сосала, но затем все чаще со стоном замирала, потом вовсе выпустила член изо рта, плотно сжимая его рукой. Он умудрился пальцами растягивать ее губки, ласкать кончик клитора, тогда как язык обрабатывал дырочку. Она начала немного покряхтывать, потом постанывать, потом прижалась к нему так сильно, что он побоялся сделать ей больно зубами, но она выгнулась, опять выдохнула "А-а-а-х!" |  |  |
|
|
Рассказ №20743
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 17/01/2025
Прочитано раз: 73764 (за неделю: 89)
Рейтинг: 46% (за неделю: 0%)
Цитата: "Словно в замедленной съемке Олька видела, как прямо перед ее глазами выворачивается из бабулиной пизды луковица собачьего отростка, оставляя после себя широкое отверстие с подрагивающими краями. Красный член Дружка, вывалившись, мазнул Ольку по лбу, и, вслед за ним, на ее лицо из бабулиной алой дырищи полилась горячая собачья малафья. Поток жидкости залил нос и глаза. Задыхаясь, Олька вывернулась из-под безвольного тела бабули и протерла глаза. Бабуля тяжело повалилась на бок и со стоном перекатилась на спину...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Из забытья она выпала внезапно в полной темноте. Она лежала на чем-то жестком. Побаливало бедро. Пощупав вокруг себя, поняла, что лежит на полу рядом с кроватью. Очевидно - упала с кровати во сне. Воспоминания о вечерних событиях одно за другим навалились на Ольку жадной толпой. Она встала с пола и огляделась.
На кровати, разметавшись, спала голая мамка. У нее под мышкой калачиком свернулся Сереженька. Правая мамкина нога была согнута в колене, колено лежало на кровати, а ступня пряталась под коленом левой ноги, так, что ее промежность рельефно выступала матовыми складками на фоне гладких бедер и живота.
Олька наклонилась над кроватью и осторожно пощупала гладкие пухлые губы, как бы сжимавшие длинный и широкий язык крайней плоти со слегка залупленным клювиком сикеля, который глядел прямо на мятые складки малых губ. Мамкина пизда выглядела сочной и влажной, но на ощупь оказалась прохладной и сухой. Щупая бархатистую поверхности больших губ, Олька почувствовала едва ощутимые уколы отросших после бритья волосков.
Олька немного развела пальцами складки малых губ (которые совсем не показались Ольке маленькими) и попыталась нащупать вход. В щели тоже было сухо. Олька автоматически облизала пальцы и повторила попытку. На этот раз палец проскользнул в горячее нутро, но тут мамка заворочалась во сне и перевернулась на бок - Олька едва успела отдернуть руку.
Окончательно проснувшись, Олька почувствовала позывы и поплелась на улицу. Идти в темноте к будке туалета совсем не хотелось, и она, подобрав ночнушку, присела около сарая. Сквозь доски пробивался свет - видимо бабуля забыла его выключить. Зажурчала струя, и, ощущая накатывающее облегчение, Олька вспомнила сцену на пляже. Ей вдруг тоже захотелось поссать на мамкины груди, на лицо и, особенно, на пизду. И чтобы мамка в этот момент ссала бы на Олькину письку:
От этих сладких мыслей ее отвлекли звуки, доносящиеся из сарая - какие-то поскуливания и тихие хрипы.
Уронив последние капли, Олька встала, одернула мятую сорочку и заглянула в сарай.
***
Хрипела тяжело дышащая голая бабуля.
Ее ладное, совсем не старое тело, мелко вздрагивало - она стояла на коленях, наклонившись вперед так, что ее полные груди расплющились, прижатые к полу, а крупная мясистая задница смотрела вверх. Руками же бабуля прижимала к ней узкий зад Дружка, схватив его за голени задних ног. Дружок, опираясь на передние лапы, тихо поскуливал, время от времени предпринимая вялые попытки высвободиться.
Бабулина голова на напряженной шее была приподнята над полом. Через полуприкрытые веки виднелись яркие белки закатившихся глаз.
Сцена выглядела настолько дико, что Олька почувствовала, что сознание отказывается фиксировать происходящее и начинает уплывать от нее. Ноги ее подкосились, и она начала сползать по притолоке. Загрохотало задетое ею ведро. Бабуля медленно повернула голову к двери и зафиксировала на Ольке взгляд.
***
Ы-ы-ы-ы-х! - выдохнула бабуля.
Она инстинктивно попыталась прикрыться руками и отпустила Дружка. Дружок, почувствовав свободу, заскреб всеми четырьмя лапами по полу, оставаясь, почему-то, на месте.
С-Т-О-Я-А-ТЬ!!! - сдавленно каркнула бабуля.
Она быстро схватила Дружка за голени и снова прижала к себе. Дружок обреченно затих.
По бабулиным щекам побежали слезы.
Олька, не смотри: не смотри! - бормотала она, всхлипывая. - Бес попутал! Мамка твоя ебливая! Ты вон мамку уже дерешь! А я же не железная! Мне тоже ебацца надо! Думаешь, я старая!? А у меня пизда так ноет, бывает, так ноет!!! Так у молодой не было! А тут вы давеча!
Дружок опять зашевелился, и бабуля, полуприкрыв мокрые глаза, на мгновение затихла, по ее спине прошла судорога. Продолжая периодически вздрагивать, она опять заговорила хриплым обморочным речитативом
Разве можно мамку-то дрочить??? Кто же это мамку свою дрочит??? Сосать сиську еще можно, все так делают, а дрочицца об нее никак же нельзя!!! А сиськи - можно! И у меня же тоже есть сиськи - блядское вымя!! Иди сюда, потрогай!!! Небось не хуже, чем у мамки твоей!!! Ну, давай, родненькая!!! Погладь мне сиськи!!! Подои свою ебливую бабку!!!
Бабулин голос стал умоляющим. Она немного разогнулась и налитые, чуть вытянутые дыньки закачались над полом.
Олька, загипнотизированная бессвязным речитативом, не заметила, как оказалась стоящей на коленях перед бабулей. Олькины руки мяли раскачивающиеся сиськи, с силой щипали и крутили длинные соски, оттягивали и отпускали упругую плоть.
Ай, хор-р-р-ошо! Ай, блядь, как хор-р-р-рошо! - задыхаясь хрипела бабуля. Ее непрерывно сотрясала крупная дрожь. - И-еще!! И-еще!!!
Бабуля сначала осторожно, а потом все увереннее задвигала задницей с прилепленным к ней Дружком.
Оль-ка! О-лень-ка! А-а-а-а-х! Не мо-гу больше! Не могу!!! Сдохну щас! Сдохну!!
Дикое возбуждение переполнило Ольку. Как и давеча, с мамкой, у нее в голове что-то щелкнуло, она бросила мять бабулины сиськи и, улегшись спиной на пол, ужом проскользнула между ее ног. Мокрая волосня бабкиной пизды сливалась с густой шерстью Дружка. Что-то распирало пизду изнутри так, что сикель ярко красной фасолиной оттопыривался точно вниз. Не размышляя, Олька схватила его ртом и начала сосать как давеча мамкин сосок. Бабуля на секунду застыла, ойкнула как-то удивленно, затряслась, и вдруг осела прямо Ольке на лицо.
Словно в замедленной съемке Олька видела, как прямо перед ее глазами выворачивается из бабулиной пизды луковица собачьего отростка, оставляя после себя широкое отверстие с подрагивающими краями. Красный член Дружка, вывалившись, мазнул Ольку по лбу, и, вслед за ним, на ее лицо из бабулиной алой дырищи полилась горячая собачья малафья. Поток жидкости залил нос и глаза. Задыхаясь, Олька вывернулась из-под безвольного тела бабули и протерла глаза. Бабуля тяжело повалилась на бок и со стоном перекатилась на спину.
Перевозбужденная Олька, не раздумывая, переступила через бабулю, задрала мокрую ночнушку, присела на ее лицо и быстро-быстро задергала жопкой.
Бабуля что-то замычала, и Олька почувствовала, что ее писька трется о раскрытые губы и влажный упругий язык.
В этот момент Олька спустила и повалилась на пол рядом с бабулей.
***
- Ах, Олюшка! Проклятье это наше - все бабы в роду на передок слабые. Думала, хоть тебя бог помиловал, да, видно, не судьба:
Олька лежала, уткнувшись бабуле в пахучую подмышку, и вытирала ей слезы, бегущие из-под закрытых век. Бабуля всхлипывала, и тогда ее большие сиськи вздрагивали и слегка колебались.
- А про Дружка ты не думай! Был бы мужик ладный, так разве б я с псом бы еблась!? Да какие у нас мужики-то, сама, небось, знаешь!
Насквозь мокрая, холодная ночнушка липла к телу, вызывая озноб.
- Замерзла? - встрепенулась бабуля. - Давай, пошли.
Бабуля неловко поднялась, зажимая ладонью сочащуюся малафьей пизду, и засеменила в угол сарая. Там она присела над лоханью с водой, развела ноги и энергично подмылась.
Потом она стянула с Ольки мокрую ночнушку, вытерла сухим подолом Олькино лицо и слегка шлепнула по попе:
- Беги в дом. Утром будем разговоры разговаривать.
***
Измученная Олька вылезла из кровати только к полудню. Все тело ныло, голова была тяжелой и пустой. С кухни слышались звуки - бабуля хлопотала по хозяйству. Сквозь открытые окна в дом втекал полуденный зной.
Она спустилась во двор и поплелась к умывальнику. В тени сарая, вывалив розовый язык, валялся Дружок.
Освежившись, Олька пошла на кухню.
Бабуля, увидев Ольку, уронила руки и как будто вся поникла. Лицо ее болезненно сморщилось.
Ну что, дура у тебя бабка! - глухо проговорила она.
Олька увидела, как в глазах ее блеснули слезы.
Олька подошла к бабуле и прижалась к ее плотному, теплому телу, погладив по мягкой попе.
Бабуля, а как ты Дружка приучила? - Ольке было жалко бабулю, и она решила ее отвлечь.
Ах, Олюшка! Зачем тебе это? - смущенно ответила она, поглаживая девочку по голове.
Вдруг, пригодится. Ты же сама говорила - проклятье:
Ах ты хитрюга! И запомнила ведь! - голос у бабули был добрый. - На вот, скушай творожку.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|