 |
| |
| | По другую сторону катка, там куда сгребали с снег, он за пол-зимы сгрудился даже не в сугробы, а в целые снежные горы. Идти туда было довольно далеко и неудобно, по обледенелой тропинке вокруг катка, и именно поэтому там была прекрасная возможность для уединения. Не раз, прокатываясь мимо дальнего бортика на коньках, я замечал там компашки, дымящие сигаретами, или целующиеся парочки. А в одном месте снежные холмы образовывали настоящее ущелье, и туда убегали самые смелые конькобежцы и хоккеисты, когда им становилось невтерпеж. Сам я ни разу еще не пользовался этим даром природы, но желтые пятна на снежных комьях не оставляли сомнений - там можно. | | |
| |
|
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | Член барина заполнял эту трубку, но не помещался целиком, и иногда его головка упиралась в матку, и тогда Луша вскрикивала, как от близкого удара молнии. Барин, чувствуя приближение восторга, прекращал движения, а иногда совсем вытаскивал член и осматривал его на следы крови, но ее не было, и Васенька возобновлял движения с удвоенной энергией. Нажав сильнее, барин надавил головкой на матку, и член, густо покрытый маслом и смазкой, проскочил в девичье лоно. Почувствовав это, Васенька замер, и Луша истошно закричала, а ее матка задергалась в оргазме. Барин тоже закричал и задвинул член до упора, выплескивая сперму прямо в матку: | | |
| |
|
| |
| | Она опустилась руками на край ложа, потом коленом и стала медленно продвигаться в направлении предмета своей страсти, пока не дотронулась до него губами. | | |
| |
|
Рассказ №21114
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 08/01/2019
Прочитано раз: 13077 (за неделю: 4)
Рейтинг: 20% (за неделю: 0%)
Цитата: "Две надзирательницы полезли в фургон. Одна отстегивала от кандалов шедших потолку отобранных другая, вынимала из о рта кляп. Обе подгоняли стэками уже готовых учениц. А две другие строили их шеренгу напротив доброволок. С облучка слезли две экзекуторши им вернули их плети красной кожи. И удалились отдыхать. Наконец на площадь вышла Госпожа в костюме из чёрной кожи. Её кнут черной кожи с рукояткой черной с красными ромбиками и кристаллом горного хрусталя на основании был свернут кольцом. Она с улыбкой прошла у шеренги отобранных в тюрьме бесцеремонно хватая за груди или шлепая ладонью по попам отобранных. Наконец ОНА довольно хмыкнула и вышла на центр площади. "Значит так вы прибыли в школу горничных которой Хозяйка Я. У меня две помощницы - экзекуторши. Из надзирательниц. Надзирательницы из лучших горничных...."
Страницы: [ 1 ]
Бизнес Госпожи Р. Торговля новыми горничными. В голодные годы многие идут добровольно. Не вышедшие замуж до 20. Также есть договоренность с тюрьмой, они нередко отправляют молоденьких, смазливых преступниц. Вот и сейчас экзекуторши поехали за новой партией учениц в тюрьму. Начальница женской тюрьмы приказала построить заключенных. Экзекуторши отобрали 20 самых смазливых при этом щупали их, заставляли нагибаться, открывать рот. Раздевали и залезали во все и отверстии пальцами в латексных перчаток. Наконец 20 отобрали. И повезли в фургоне с руками пристегнутыми к потолку фургона и во рту черные шарики кляпов. К вечеру он приехали в поместье.
Во дворе толпились ещё претендки в школу горничных. Их по одной вызывали в башню где в кабинете сидела Госпожа и ходили со стеками надзирательницы классов. Претендетка рассказывала о себе, раздевалась, ёе осматривали, она подходила к креслу на котором сидела Госпожа, её ошупывали, надзирательница в перчатках. Осматривала её дырки. Если она подходила-подписывала контракт. К вечеру на площади перед замком зажгли фонари. Наконец раздался стук колёс фургона по брусчатке и на площадь въехал фургон который отправляли в женскую тюрьму. На площади в шеренгу стояли те доброволки которых отобрали в школу горничных. Перед шеренгой ходили надзирательницы с чёрными стэками.
Две надзирательницы полезли в фургон. Одна отстегивала от кандалов шедших потолку отобранных другая, вынимала из о рта кляп. Обе подгоняли стэками уже готовых учениц. А две другие строили их шеренгу напротив доброволок. С облучка слезли две экзекуторши им вернули их плети красной кожи. И удалились отдыхать. Наконец на площадь вышла Госпожа в костюме из чёрной кожи. Её кнут черной кожи с рукояткой черной с красными ромбиками и кристаллом горного хрусталя на основании был свернут кольцом. Она с улыбкой прошла у шеренги отобранных в тюрьме бесцеремонно хватая за груди или шлепая ладонью по попам отобранных. Наконец ОНА довольно хмыкнула и вышла на центр площади. "Значит так вы прибыли в школу горничных которой Хозяйка Я. У меня две помощницы - экзекуторши. Из надзирательниц. Надзирательницы из лучших горничных.
Горничная служит 5 лет - лучших становятся надзирательницами. . Остальных в поле! Две лучщие надзирательницы станут после 3х лет работы экзекуторшами. Экзекуторши через 3 года хорошей работы получают вольную, участок земли и сумму на покупку инвентаря и скота. Но это через 12 лет, а пока вы, чмошки, даже не горничные, А исходный материал для них"! Служите хорошо. Слушайтесь своих классных надзирательниц, экзекуторш и, конечно, верховная власть в школе Моя. А сейчас раздеться, разуться и шагом марш по комнатам". И развернув кнут звонко щелкнула им. Надзирательницы, вовсю работая стэком, и повели в замок в крыло где находилась школа горничных.
Четыре совсем небольшие комнаты с неотделанными каменными стенами с вделанными в стену металлическими ошейниками на цепях, около ошейников на полу была брошена солома и стояло десять мисок и стояло ведро накрытое деревянной крышкой. В каждую комнату вошло по десять учениц. Каждая надзирательница отвечала за одну из комнат. У НЕЁ на поясе висело кольцо с ключами от ошейников и ключ от входной. двери. Ученицы, направляемые стеком надзирательницы, расселись на соломе каждая у ошейника. Надзирательница одела их на учениц и сказала: вода в мисках туалет в ведре, веник и совок в углу. Дежурить будешь ты. И ткнула стеком в одну из учениц. Утром я подниму вас и отомкну от стены. Дежурная подметает и выносит (туалет школы в конце коридора) , подметает в комнате (на все про все 15 мин -часы в коридоре) . И присоединяется к остальным. Завтра -распределение по классам (продолжение следует)
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
