 |
| |
| | У нормальной женщины в подкорке мозга всегда сидит неосознанное стремление подчиняться мужчине. Отсюда и скрытое желание быть наказанной (вплоть до порки) - бьет, значит любит. Всякое амазонство и феминизм, как вариант амазонства, просто психическое нарушение, возникшее по тем или иным бытовым причинам. От "своего мужчины" женщина стерпит наказание, потому что он повелитель, который и защитит, и обеспечит появление детей, и создаст достаток в доме. Но "чужому мужчине" она же будет сопротивляться всеми силами и не позволит раздеть себя и наказать. Именно о таком позоре говорит Библия: "И оставят тебя нагою и непокрытою, и открыта будет срамная нагота твоя". | | |
| |
|
| |
| | Облизнув пересохшие губы я сказал ей раздвинуть ноги. Вика подошла ко мне, повернулась задом и отведя одну ногу поставила ее на журнальный столик при этом сильно прогнувшись вперед. Мне стала видна вся чисто выбритая промежность. Замерев в этой позе Вика левой рукой оперлась о колено ноги, пальцами правой руки широко раздвинула влажные губы своей вагины, выставляя на показ ярко-малиновую пещерку. Подобное мне приходилось видеть только в порно фильмах. Чуть придвинув кресло я стал ощупывать половинки ее шикарного зада и длинные ноги. На ощупь кожа была бархатной и упругой. Вика воспринимала наглое ощупывание своего тела как должное, и только когда я пальцами коснулся раскрытых половых губ она вздрогнув убрала руку которой раздвигала для просмотра преддверие влагалища, но продолжала стоять в той же позе. Осторожно раскрыв пальцами влажные бугорки больших губ, моему взору открылись темно красные вытянутые листочки срамных губ. В этот момент Вика, ничуть не смущаясь, сказала, что если она ляжет вдоль журнального столика передо мной на спину, то трогать и смотреть все будет удобнее. Согласившись я постелил на журнальный столик халат и сказал Вике лечь. Перекинув ногу через столик она сначала села, а потом сползая задом к краю, легла на него, при этом немного раздвинутые загорелые ноги оказались напротив меня. Чисто выбритый лобок сексуально пересекал светлый треугольник от бикини. Длина столика не позволяла лежать на нем полностью, поэтому согнутые в коленях стройные ноги кузины опирались на пол, а край столика находился ровно под ее тугой попкой. Приняв удобное положение Вика подложила ладони рук под свои упругие ягодицы чуть подняв их. Затем медленно развела ноги в стороны, при этом бугорки больших губ разошлись открыв набухшие от прилива крови срамные губы, похожие на толстые, влажные листочки. Свет торшера хорошо освещал ее красивое тело плавно переходя от промежности к лицу. Вика лежала прикрыв глаза. Не удержавшись я положил ладони на спелые полусферы грудей, пропустив между пальцев твердые соски. Мне хотелось касаться всего, что видел. Спускаясь ниже я провел ладонями по ее подтянутому животу, лобку, остановившись на внутренней части широко разведенных бедер. Склонившись над раскрытой вульвой я испытывал сильнейшее возбуждение смешанное с восторгом. Мой взгляд исследовал каждую складочку этой чудесной влажной щели, стараясь запечатлеть в мозгу мельчайшие детали. Раздетая Вика лежала передо мной как живое секс пособие только, что прочитанной книжки, готовая выполнять любые желания. Как будто угадав мои мысли она максимально раскинула свои согнутые в коленях красивые ноги, а я продолжал свои познавание в области женской анатомии. Проводя пальцем вдоль щели между ставшими уже темно бардовыми лепестками малых губ, от нижнего их схождения вверх к клитору и обратно, мне захотелось облизать эти сочные мягкие валики, как это видел на кассетах. Нагнувшись и очень широко раздвинув податливые губки пальцами моему похотливому взору открылось чудесное пурпурного цвета влагалище сестры. Вика, свыкшаяся с ролью порнонатурщицы по показу женских гениталий, помогала моему осмотру, безропотно воспринимая любые действия с ней. Сказав, что так влагалище можно рассмотреть более глубоко, она подняла прямые ноги вертикально вверх и поддерживая руками за бедра, опять широко развела их. Поза была необычайно возбуждающе-развратной. Теперь очень хорошо стала видна звездочка ануса. Я терял ощущение реальности, водя пальцем по краю раскрытой вагины. Это было восхитительно! Положив ладонь левой руки ей на живот, пальцем правой нежно потеребил светлый бугорок клитора. Вика чуть прогнулась а живот под ладонью напрягся, я же положив всю ладонь на мокрую промежность продолжал мелкой вибрацией трех сложенных пальцев теребить ставшим уже твердым клитор. Викино дыхание изменилась став более частым и прерывистым. Я убрал руку. Притягивающая взгляд страстно-бордовая пещерка влагалища раскрылась приняв округлую форму. Очень осторожно введя два пальца по нижней поверхности скользкой пещерки я повращал ими, а затем прижимая их к переднему своду провел вдоль мягкой мокрой стенки влагалища, пока опять не достиг клитора. От нахлынувшего возбуждения мне стало жарко. Сердце бешено колотилось, но останавливаться не хотелось. Вид красивой фигуры кузины лежащей так близко мог свести с ума пожалуй любого. Мне захотелось повнимательней рассмотреть глубину чудесной мокрой пещерки и я погрузив два пальца широко раздвинул влагалище а указательным пальцем другой руки аккуратно потянул задний свод вниз. От такого зрелища можно было кончить. Склонившись я кончиком языка несколько раз лизнул багровый клитор. Вика заерзала попкой на столе и опустила ноги. Весь ее вид говорил что возбуждена кузина не меньше меня. | | |
| |
|
| |
| | Не успела я от дышится как он снова насадил меня на свой член, только в этот раз он стал сильно трясти мою голову вверх вниз из за этого я стала издавать громкие звуки похожие на стоны с перебоями. Пока этот урод долбил мою горло, я почувствовала как сзади в мою киску вошел член другого он тоже начал сильно меня трахать, от сильных толчков мои сиськи болтались в разные стороны, да и я сама чуть не подпрыгивала. После мужик которому я сосала член сильно прижал меня к себе и затрясся, я почувствовала как он накачивает спермой мой рот, вернее прямо в мою горло, все его порцию мне пришлось проглотить так как он не вынимал член. Затем второй начал кончать в мою киску. Хорошо что я принимаю таблетки противозачаточные, так бы забеременела. | | |
| |
|
| |
| | Но теперь мы уже так и делали - ходили на пляж полюбоваться женщинами, а потом двигали в рощицу. Сашка получал большое удовольствие от моего члена в своей попке, но к его сожалению в мою он всунуть так и не смог, как ни старался. Всё равно, что кулаком! Как-то мы лежали на боку, он поласкал мою тугую дырочку язычком, потом долго ласкать и трахал меня в попку пальцем, а потом даже смог всунуть свою толстую ялду. Он крепко держал меня за бёдра, а я только взвыл от боли в попке. Хорошо, что Сашка быстро кончил и вытащил своего "толстячка", а то удовольствие было, как говорится -"ниже среднего"... Два дня я него дулся, так попка болела, но потом мы опять оказались в нашей заветной рощице. Его попка меня так манила... | | |
| |
|
Рассказ №21374
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 05/04/2019
Прочитано раз: 33571 (за неделю: 0)
Рейтинг: 58% (за неделю: 0%)
Цитата: "Софи заскользила щекой по моему животу, я схватила её голову, обеими руками старясь поднять, вернуть к груди. У меня не было страха проникновения, - впервые не было, когда я отдавалась. Отдавалась женщине! Мысли как-то сами пошли в другом направлении. Остро обостряя рецепторы носа, но кроме духов от "Диор" ничего не витало над нами...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
- Издание старое. В семидесятые годы голыми в книгах рисовали только негров. Негры тебе нравятся?
- В каком смысле?
- В сексуальном, не в расистском же!
- Нет...
- И мне... Я потрогаю? Ты кремом пользовался?
- Немного...
- Баловник, какой! Давай, я тебе намажу. Можно?
- Да...
- Так, вот, слушай: молодой ученик великого скульптора Бенвенуто Челлини Асканио был влюблен в девушку, красавицу Коломбо... Так глажу, приятно?
- Приятно... Но, я боюсь кончить на вас...
- Не бойся... Целься прямо в грудь. Или ты мечтал кончить на лицо? Мечтал?
- Да...
- Тогда я присяду... Вот так, прямо напротив...
- И даже глаза не закроете? . .
- Зачем? Я хочу видеть, как ты кончишь... Роман Александра Дюма прочитаешь сам, пересказывать не стану. А называть я тебя буду: Ласканио. Так тебе нравится, мой обнаженный Ласканио?!
- Нравится... А вас? Как мне называть вас?
- Роксана... Зови её Рокси.
- Рокси?! Её?
- Посмотри, она тебе нравится?
- Да...
- И мне нравится. У Ласканио греческий профиль.
- Греческий - это какой?
- Благородный. Есть греческий нос, а есть, вот такой, как у тебя красавчик, тоже греческий.
- Когда он не стоит, он маленький, Рокси!
Я просто взбесилась! Лёша взял и сам всё ей рассказал!
- Ласканио не маленький, - проговорила Софи. - Он затаён. Прячется до следующего раза, чтобы удивить и покорить Рокси. Не отвлекайся...
- Я не отвлекаюсь, покажи мне ещё Рокси. Можно я потрогаю твою грудь?
- Смотри, она влажная. Мни грудь!!! Ткни в сиси членом. Хочешь, я сожму ими тебя, Ласканио...
- Я сейчас кончу! . .
- Давай, мой мальчик! Раздвинь шире ноги, выложи яички мне на ладонь. Брызгай не отворачивайся... Ещё, ещё!!!
Я слышала: Лёша, то ли рычал, то ли стонал, то ли стонорыкал. Моё воображение нарисовало, как струя спермы, бьет фонтаном промеж грудей Софи, падает на ее лицо, шею. Отпуская грудь, она ласкает, с зажимом, его мошонку и снова струя спермы бьет прямо в Софи. Лёша её навеки!
И почему у меня так, как у Софи не получилось? Она его завоевала, покорила! Почти полминуты из телефона были слышны надрывные хрипы наслаждения! Лёша изливался и изливался.
Зашумела вода, и мне стало плохо слышно. По каким-то обрывкам фраз, - в основном говорила Софи, - я поняла, что она умывает Ласканио, смазывает одним из своих кремов. Лишь последнюю фразу, я услышала отчетливо.
Специально для меня, Софи закрыла воду и проговорила:
- Теперь иди, мой мальчик. Рокси нужно помыться снова. Я скоро. И мы все вместе будем пить чай...
Я отключила телефон, сунула под попу - инстинктивно, и закрыла глаза. Вроде как задремала, пока они налаживали отношения.
Лёша вошел в зал. Я лежу. Глаза закрыты. По наитию, поняла: он прошел до окна, вернулся. Будить Лёша меня не решается. Что ж, придется просыпаться самой. Открыла глаза.
- Лёша!!! - я их широко открыла.
Ласканио большой разгуливал по залу голый! И совершенно не стеснялся Ласканио маленького. Сверху донизу, Лёша светился счастьем.
- Ты не спишь?!
- Да, уснешь тут! Трусы хоть одень!
- Рокси сказала, чтоб я походил обнаженным, привык к женским взглядам.
- Рокси?! - сделала я лицо непонимания.
- Тётя Соня. Но, она не разрешает мне её так называть.
- Вы подружились?
- Да... Тёть Тань, я понял, почему вы её полюбили. Она такая, такая! . .
Мы снова с Лёшей на "вы". Какой день бьюсь, бьюсь, а всё - тётя! А Софи, полчаса провела с Лёшей в ванной и уже Рокси... А он гуляет предо мной, словно родился Аполлоном. Солнцу стесняться нечего!
- Ты!!! Ты, ты... И ещё раз, ты, Лёша! Не вы, а ты - влюбилась! - сорвалась я, и подумала: "Действительно, влюбилась".
- Простите...
- Прости! . .
- О чём это вы? - зашла Софи, в банном халате, чалмой полотенце, пожала Лёше член. - Красавчик! Писить хочешь?
- Хочу...
- Тань, где у тебя чистые мужские носовые платки? Нужен большой, хлопчатобумажный.
- У меня их нет! - съязвила я, глядя на Софи с ревностью. - Как и большого носа, чтобы ими подтирать!
- Рокси, у меня есть! - всполошился Лёша.
Он меня добил! Я отвернулась к стене, мысленно прокрутила: "И никому не доверяйте своих платочков носовых...". Вот привязалось! Трагедия, акт последний, печальный...
Глава двадцать третье.
Носовой платок, Лёша достал из спортивной сумки, с которой приехал и водрузил на стол в зале, словно там ему и место. Я лежала, отвернувшись, разглядывала стену, но, каким-то кожным зрением, всё видела. Внутрь меня обострилась донельзя, и мне не составило труда вообразить, как он, совершенно обнаженный, - с маленьким Ласканио, торчком! передал платок Софи.
Я постаралась, чтобы моя грудь, от вдоха-выдоха, не сильно приподнялась, но, обтягивающее, вязаное платье, меня тоже предало. И чего расстроилась?! Поворачиваться не стану! Пусть делают, что хотят!
Софья Павловна попросила его принести из кухни пол-литровую банку. На стёке над раковиной, стояла парочка мытых, под молоко, и Лёша доставил одну мгновенно, даже не спросив: зачем? Потом, она заслала его за полиэтиленовым пакетом, и снова он не задавал вопросов!
Лёша был точно ручной! Я лежала на нераздвинутом диване, в полном неудобстве, спиной к ним. Я вам скажу, что при распухшем, уложенном на подушку голеностопе, это было не просто! Но, в знак протеста, показывая, что тетя Таня ещё здесь, - жива и не лишена чувств, я сильнее натянула на попу платье, одернув его по здоровой ноге ниже насколько это было возможно при подоле мини.
Софи прошла до чудо ларчика, размером в часть прихожей, и, мягкой поступью, вернулась. Каждый её шаг иголкой вонзался в моё сердце. Я так раздвоилась! Стала видеть "третьим глазом" , прикрытым узором "Тюль" крупной вязки.
Даже и не полагала, что он там! В книгах по йоге - скучая, иногда читала, говориться об открытии аджна чакры в другом месте. Ну да ладно, где открылось, там - открылось! Энергия просто взбурлила во мне - "непреодолимый экстаз в области головного мозга".
Перевожу - крыша съехала! Многие, кто подобное испытал, утверждают: она это, - любовь! Если съехала полностью. А если чуть, чуть, то - влюбленность. Я задумалась, Софи, Лёша, к кому у меня полное наваждение, а к кому нет? Что экстаз, напрочь, снес мне чердачок, я уже не сомневалась.
- Давай, Ласканио, надуй нам в банку золотого дождичка, не стесняйся, - произнесла Софи. Чтобы это услышать, мне не потребовалось дополнительного уха.
- Прям здесь! - ответил Лёша.
Ничего отрицательного в голосе! Он предвкушал, как Софи, янтарем своих глаз, станет смаковать "писающего мальчика".
Нет, это я тоже должна видеть! И не третьим глазом, - где бы он у меня не открылся, а двумя, расположенными по обе стороны моего носа, сморщенного от услышанного. Я повернулась. Софи держала банку под стручком Лёши, ой простите - под Ласканио, стараясь не прикасаться. Иначе он станет расти и дождик не прольется.
Я прыснула смехом. Не удержалась. Наверное, материнский инстинкт во мне ещё непробудно дрых.
- Тань, перестань! Ты хочешь завтра бегать? - не отвлекаясь от процесса, ответила Софи на мой, не к месту, смешок. Но, вы бы сами посмотрели! . .
- Хочу... - ответила я
- Красавчик! - под стук золотой струи о дно банки, мягко похвалила она, то ли Лёшу, то ли непосредственного исполнителя журчания. - Ещё капельку? Ну, давай встряхни... Вот, так... Прекрасно!
Это было так мило. Словно перед ней был маленький мальчик, неожиданно захотевший пи-пи в общественном месте! И он - парень под метр восемьдесят, доверительно брызгал в стеклянную банку, как в далеком детстве, стоя голеньким перед мамой. У Софи было три сына и опыт в таких делах большой.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
