 |
| |
| | Инна послушно просунула свой язык ей во влагалище, не до конца, а лишь кончик. Но и этого хватило: Инна громко всхлипнула, разразилась слезами и отпрянула, несмотря на мучительную боль в коже головы. | | |
| |
|
| |
| | Уже когда она выходила из офиса, она была возбуждена. В отсутствии трусиков, случайный ветерок был для неё уже чувствительным источником ласк. Она не торопилась. Остановилась на обочине. Не пыталась остановливать всех подряд, она выбирала. Хотя бы секундное впечатление должно было её расположить. Она пропустила двух типов. А вот когда остановился третий и опустил стекло, она пикантно нагнулась, уже зная, что он ей симпатичен и что этот приятный мужчина в эту самую секунду, когда она называет адрес смотрит на её грудочки, почти что и не скрываемые лифчиком, а только усиливающем их сексуальную притягательность. Конечно он согласился. Еще бы. Я бы тоже согласился. Открыв дверь и садясь в машину, она так придержала юбку, что со стороны водителя она задралась настолько, что он увидел край чулок. Она не поправила юбку сразу, а усевшись, немного поерзала попочкой по сиденью, сказав, что на таком кресле очень даже удобно сидеть. Она не нервничала, она уже была готова на всё, поэтому маленькие шалости в виде её оголенных ножек казались ей уже пустяком. Она игриво поправила юбку, сказав, что не стоит во время движения отвлекаться. Она говорила с улыбкой и заигрывая, это чувствует любой мужчина. Поэтому, уже через несколько минут он ответил ей, что он бы с удовольствием отвлекся "не в движении, а состоянии стояния". "Если ты знаешь какое-нибудь симпатичное место по пути, то я не против задержаться на несколько минут, чтобы посмотреть на пейзаж", - заискивающе пролепетала она. Больше намеков не нужно было. Когда водитель останавливал машину, её рука уже лежала на его члене, от этого машина останавливалась рывками. Анютка нагнулась к нему, позволяя заглянуть к ней под кофточку, неторопясь расстегнула ремень, затем молнию на брюках, достала сначала член, потом яички. "Брововичок", сказала она с улыбкой и нагнувшись облизнула головку, и не откладывая ни на секунду исследования, погрузила в свой ротик мягкий еще член. Это состояние ей нравилось больше всего, точнее, ей очень нравилось чувствовать, что член начинает крепнуть у неё в ротике. Поначалу такой мягкий и полностью помещавшийся за её губками, меньше чем за минуту он становился твердым и вот уже только его половина пожалуй помещалась в ней. Она конечно же не видела его лица, да и вообще, было достаточно неудобно, но её похотливое начало нашло свой первый выход. Она сосет у мужчины, которого видит всего несколько минут, она сосет его член в машине, как шлюха, которой нечем расплатиться за такси. Она жадно ласкает его член, расчитывая что вот сейчас он своей рукой проберется к ней под кофту и будет мять её груди, пощипывать соски, потом проберется под юбку и своими ннезнакомыми для неё пальцами ворвется в её сладкую киску, которая от таких мыслей уже давно увлажнилась и ждала не только пальчиков, но и этого нового знакомого, который сейчас был у неё в ротике. Она плыла от удовольствия, ей захотелось, чтобы кто-нибудь открыл дверь с её стороны, задрал ей юбку и начал её трахать, она не успевала за своими мыслями. Как только она почувствовала его руку у себя на бедрах, она тут же расставила ноги пошире и рукой сама задрала юбку спереди так, чтобы не оставалось никаких сомнений в том чего она хочет. Она хотела страстно быть оттраханной незнакомым мужчиной. Она приподнялась, шепнула ему на ухо, что на заднем сидении наверное будет удобнее, как в забытьи она перескочила туда, он был уже рядом. От этого перехода у неё в голове остались только звуки захлопывающихся дверей. Она и впрямь была в каком-то незнакомом для неё состоянии крайнего возбуждения. Сев на него лицом к нему, поджав ноги в коленях, она рукой направила его член в себя, опустилась и вжалась как можно сильнее, чтобы заполнить себя по максимуму. Кофточка вместе с лифчиком были стянуты выше груди и её соски постоянно испытывали на себе его нежные покусывания. Она держалась руками то за спинку сидения, то за обивку крыши и неистово скакала, чувствуя наплывающие волнами приливы удовольствия. Ей приходилось практичсеки все время головой лежать у него на плече, что происходило вокруг она не замечала, она вся была отдана своей похоти. В тот момент, когда волна оргазма подошла совсем близко, она вцепилась зубами в его шею и замычала протяжным стоном. Потом сползла с него, схватилась за член и чуть ли не прислонившись своей попочкой с стеклу в двери жадно начала лизать головку то и дело насаживаясь на неё ртом. От такого обращения шеф в скорости замер и изверг в горячий ротик своей пассажирки добротную порцию спермы, которую она с известной долей интереса полностью проглотила, сначала посмаковав во рту. Об этом она договорилась с собой еще заранее, подумав, что если уж ей и придется сделать минет незнакомцу, то непременно она должна как настоящая блядь с удовольствием посмаковать его сперму. Так и вышло. И, по её словам, ей это доставило своеобразное удовольствие. | | |
| |
|
| |
| | Родственные объятия и легкие похлопывания были вполне естественными, но как-то раз СС не ограничился этим, а крепко прижал паренька к своем выпирающему животу и нежно поцеловал в шею. При этом его руки мягко стиснули Димкины ягодицы и тот ощутил крепкую эрекцию у своего пожилого свояка! Он резко дернулся и убежал в свою комнату надеясь, что ему это показалось. Но в тот же вечер, когда мальчик лежал в своей постели, к нему зашел СС и присев на край кровати стянул с него одеяло. Дима только набрал воздуха, чтобы закричать, как СС одной рукой зажал ему рот, а второй начал гладить его тело. Димка задергался от ужаса понимая чем ему грозит этот визит, но огромные мужские руки не дали ему вырваться. Мужчина полностью стянул с него плавки и запустив свою лапу парню между ног, начал там слегка массировать. Димку выгибало дугой от страха и отвращения, но СС не останавливался, а только хрипло постанывал глядя на то, как извивается под его рукой парнишка. | | |
| |
|
Рассказ №21465
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 27/10/2024
Прочитано раз: 54244 (за неделю: 3)
Рейтинг: 50% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Случайно попав на клитор пальцами, я вздрогнула и уперлась худенькой спиной в подпечье. Сидела я, сгорбившись, попой на согнутых в коленях ногах, даже толком раздвинуть их не было места. Но от жара по всему телу выступил пот, рука сама заскользила меж сомкнутых, мокрых бедер. Я думала, что у меня там так влажно от жара. Мои пальчики играли с клитором, так же как и мальчишка на полатях. Я ждала, что сейчас прысну, но рука становилась все влажней и влажнее, прыскать не получалось, но приятно было и чем дальше, тем быстрее я работала пальцами, пока не закричала, так громко, что мама услышала, открыла заслонку и увидела меня с рукой меж бедер. Мальчишки подбежали, может и от любопытства, но скорее всего переживая за меня. Мама прикрыла меня от них собой и крикнула: "На лавку, быстро!". Они вернулись. "Давай, доченька, осторожненько, не спеша" , - проговорила она, буквально вынимая мои пальцы из юной вагины и принимая меня на руки. Я была как в тумане. "Перепарилась" , - бросила мама мальчишкам и опустила меня в лохань...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Став вялым, безынициативным, мое "отличие" выскользнуло из объятий тетиного укромного места. Приятно было ощущать как, опадая, оно скользит по сжимающемуся, в попытке удержать, нутру удовлетворенной женщины. По глазам тети, я понимал, что и она чувствует, как я покидаю ее. И от этого она млела, всем телом прижимаясь ко мне.
Какой у нее был взгляд, словно мир остановился, замер на секундочку в сладкой истоме, целиком воплотился и отразился в этих глазах, с искорками - маленькими лучиками счастья в зрачках.
Тетя нашла беглеца рукой и, ласково, ладонью, поблагодарила. Она не сказала ни слова, великое искусство взглядов, жестов, мимолетных пожатий и все стало ясно даже мне, неопытному в таких делах юнцу. Сколько раз приходилось слышать от женщин, обнимающих меня в постели: "какой ты нежный!" , "как с тобой хорошо!" , было и похуже: "классно!" , "отлично!" , ну и просто в никуда - "вау!".
С какими-то женщинами, после такого "восхваления" , я еще общался, но не долго, с какими-то, все было впервые и без продолжения. Как нам, мужчинам, мало надо, чтобы остыть, навсегда и бесповоротно. Цепляли меня те женщины и надолго, что просто молчали, прижимались ко мне. Обнаженным телом, я слышал, как их учащенное дыхание постепенно переходило на урчание.
Словно отлаженный минутками счастья моторчик, сердце женщины начинало стучать в такт моему, не обгоняя и не перебивая. Под музыку умиротворенности, мы лежали, обнимая друг друга, без слов, даря свои губы ответным поцелуям, еле уловимым похожим на ласки речной волны в солнечный погожий день.
Я люблю эти моменты, даже больше чем само событие или соитие. Первый вариант, лично мне, нравиться больше, поскольку каждое соитие с женщиной, если даже не в первый раз ласкаешься с ней, все равно событие.
Женщина всегда разная, вчера она была бурна и настойчива, сегодня лениво-изнежена и стоило потрудиться своим "огнивом" чтобы высечь искру и заставить ее пламень в твоих руках. Завтра, она станет капризничать, или гоняться за вами по квартире. Лезть на ваш письменный стол в пятнистой маечке и трусиках, изображая игривого леопарда. Требовать к себе внимания, сметая попой все, что вы так упорно накрапали с утра золотым пером "PARKER". Если конечно оно у вас есть, и если сами не залили бумаги утренним кофе. И это я говорю об одной женщине, а вовсе не о многих.
После молчания, урчания, движений телом в поиске мужских ладоней, пальцев, губ, в женщине открывается второе дыхание.
Точнее не второе - иное. Это дыхание как бы поднимается от диафрагмы чуть выше, но по-прежнему оно еще грудное, так женщина располагает себя к интимности другого рода. Если она вам начала жужжать про бутики, кредитки, салоны, то не стоит на нее огорчаться. Стало быть, совместное время вами потрачено впустую, и женщина просто включила свой эрогенозаменитель и пытается получить или дополучить то, что вы недодали ей, - привычным способом, всколыхнув в себе приятные моменты прошедшего или будущего "шопинга".
Если она вас спрашивает, что приготовить на ужин или завтрак, в зависимости в какое время суток вы угодили в ее уютную, спрыснутую духами постель, то уже лучше. Но, все равно, во избежание несварения желудка и других возможных последствий от раззадоренной и до конца не утоленной страсти, сделайте второй заход и дождитесь, когда она снова будет способна с вами шептаться и делиться тайнами.
И если ее вдруг пробило на откровения, понесло в детство, она соскочила с постели и, мило потирая друг об друга ягодицы, понеслась за альбомом с фотографиями, где она еще в школе - можете почивать на лаврах. Только, лениво слушая ее щебетание, не забывайте, время от времени, открывать глаза, когда женщина толкает вас кулачком в бок, чтобы показать фото - какая некрасивая она была в шестом классе. Нюансы, конечно, есть и много, но, в общем, картина примерно написана, все женщины одинаковы в своей разности.
Тетя тоже женщина, но тогда я еще не знал всех тонкостей "послелюдия" и для меня было открытием, что немного понежившись в моих объятьях, она стала шептаться.
Сначала, это были несвязанные обрывистые эмоции, тетя мне их тихонечко ведала, между поцелуями и прысканьем, вроде бы беспричинного, смеха. Настолько в ней неудержимо плескалась радость, что я рядом, щекочу ее грудь подбородком. Одну из моих рук, она положила себе меж бедер, вторую пристроила на ягодицы. Наши, припухшие от взаимных ласк губы были настолько близки, что, шепча, она задевала мои своими - легкий поцелуй, и только после этого следовало продолжение шептаний.
Постепенно тетя ушла в свое детство, вот так без ничего, обнаженной, в моих объятьях и ушла.
Я еще не был вальяжным котищем, скорее любопытным котиком и мои глаза были открыты до придела, мне было все интересно, о чем она рассказывала. Про войну, как голодали, ели мороженую картошку. Как мать тети ее, собранную из-под снега, отжимала, резала круглыми ломтиками, и как она скворчала на раскольной печи, румянилась до поджаристости - маленькие оладьи с таким черным, обугленным ободком.
Еще тетя рассказывала о мальчишках - детях погибшего на войне командира, что жили в их доме, из далекого Ржева.
- И вот однажды, - шепнула тетя, - мама решила устроить всем нам баню. Растопила Русскую печь, и мы поочередно парились в подпечке...
- Как это? - спросил я.
- Очень просто, влезаешь и сидишь. Мама заслонкой закроет. Темно. Печь горячая. Там, знаешь, как жарко?! Было это уже после войны в пятидесятом, мне было десять лет, а мальчишки, те старше. Погодки, пятнадцать и четырнадцать. Но худенькие, маленькие! Откуда им вырасти - голод. Мне не впервой в подпечке париться. Мама мне и говорит: лезь сначала ты, а потом и их помою. Да, лезь! Туда-то, голой надобно, а мальчишки смотрят во все глаза. На дворе мороз минус сорок градусов с лишним, а у них валенки - пара, да фуфайка, одна на двоих. Не выгонишь.
Я представил тетю девчонкой с косичками со старого учебника, себя одним из мальчишек, естественно, старшим. Глаза мои загорелись, отличие шевельнулось. Тетя его почувствовала и улыбнулась...
- Интересно? - спросила она, накрыв "отличие" ладошкой. - Ой, интересно! Смотри, как зашевелился... Я иногда вспоминаю и себя ласкаю... А ты меня вспоминать будешь?
Я моргнул, "отличие" подтвердило.
- Мама оглядела меня, - продолжила тетя - мельком глянула на мальчишек и говорит: "Мы мылись и вы помоетесь. Ничего, коль и увидят. Раздевайся. Пока вода в ведре закипит, ты, как раз, отпаришься и помою". Мама у меня суровая была, с ней не поспоришь. Я быстро разделась и шнырь в подпечье. Сложилась, поместилась. Сижу и вспоминаю, как на меня мальчишки смотрели. И чего смотреть было? От голода и малых лет я и на девчонку похожа не была, если только между ног ничего не висело. Вот про "висело" , я в подпечье и вспомнила. Немного до этого, мама как-то потеряла старшего из мальчишек, он ей за чем-то понадобился, а его нет нигде. Завет - не отзывается. А я, проныра, приметила, что он на полати днем забираться повадился. Не сказав и не спросив, я шасть на печку и заглянула. Как закричу: "Мама, мама, а он с писькой своей играет!".
Хоть мне уже и десять лет было, а не знала, глупая, что надо бы промолчать, виду не подать. Когда совсем маленькой была, мы у родственников мамы жили - манси, там мальчишки подрачивали, иногда и при мне. И что тут такого! Меня это тогда мало волновало. Мама услышала, и грозно так: "Чего кричишь? Парня напугаешь! Зачесалось, видимо, там у него, вот и немного почесал". Мне бы уняться, а я снова: "Нет, он прыснул, я видела!". "Слазь!" - крикнула мама. Я надулась и слезла с печи. Мальчишка так и пробыл на полатях до вечера. К ужину, мама сама поднялась на печь, заглянув, сказала: "Ну, чего ты в угол забился? Пошли ужинать, Никто тебя не корит. Дочка по глупости растрезвонила...". Я получила от матери еще один грозный взгляд и навсегда поняла, поступила как девчонка, а не как женщина.
- Мама у тебя красивая? - спросил я
- Разве бывают мамы не красивые, Горюшко?
- Не знаю, моя - красивая.
- Вот видишь. Мне так хотелось быть похожей на свою мать, я больше не прыгала на печь, когда он на полатях был. Потом, я всячески ластилась к старшему из мальчишек, но он меня избегал, пока они не уехали обратно в Ржев... Ну вот, сидя я в подпечье и вспомнила, как мальчишка с писькой играл. У меня-то ее нет! Повошкалась я, отыскала пальцами, что есть и потеребила. Вроде, как он делал - кулачек сжала и потерла. Стало приятно. Темно, тесно, я пальчиками влагалище раздвинула и одним угодила на клитор...
- Куда?
- Клитор. Бугорок что ты ласкал, так называется, Горюшко. В той книге, что я вам с Наташей дала, в конце, все медицинские названия есть...
- До конца мы не дочитали...
Тетя взъерошила мне кудри свободной от поглаживания "отличия" рукой, чувствуя, что оно снова окрепло под ее ладонью.
- Так ты и меня не дослушаешь, Горюшко, - шепнула она. - Давай я под рассказ тебе тихонечко подрочу. Медленно, медленно. Хочешь?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
