Рассказ №21624

     Утром я проснулся от чудесного ощущения - Оля подкатилась ко мне, крепко обняв и закинув на меня свою восхитительную горячую ножку. Эти её восхитительные нежные пальчики так ловко и прекрасно ласкали "его" , да так, что я чуть не кончил, тихонько застонав от удовольствия и лёгкой боли в головке моего "старого друга". А вот она уже с удовольствием принимает мужскую тяжесть, ещё больше раздвинув ножки и страстно желая ощутить его горячего "бойца" внутри себя. Чудесное начало дня! Это так сладостно, когда молодая женщина и сама очень сильно хочет и после бурно кончает, страстно целуя тебя:
     
     В обед я приехал в свой генеральский домик и для девушек были несколько приятных минут. Вначале я вручил им по пачке денег и по колечку - это им для их деток. Затем после сладких поцелуев - по два кружочка золотых червонцев. Но это для хорошего кормления молодой мамочки - чтобы она была здорова и молочка у неё было вдоволь для ребёночка! Девушки вновь зацеловали меня и сказали, что они всё понимают, ведь генералу конечно придётся переехать в Москву, товарищ Сталин ему явно благоволит и вновь наградил, но теперь орденом Кутузова. Но генерал настоящий мужчина и очень заботится о них. Они просто счастливы - им очень повезло!
     
     И тут ещё новость - командир полка из дивизии Трубачёва зашёл и, спросив моего разрешения, обратился к Наташе. Мы были все чуть в шоке - этот высокий симпатичный вдовец предложил ей срочно поменять фамилию Васильева на свою. Беременность Наташи ведь совсем не видна! Я, как наставник девушки, выразил своё согласие. Наташа была точно в обалдении, но я подтолкнул её к бравому полковнику - это просто отлично! Так что через семь месяцев он станет отцом - своих у него нет! Заодно я намекнул этому "орлу" , что Наташа - девушка с приданным. У неё есть отличная трёхкомнатная квартира в Джанкое, да в исполкомовском доме. И мы посмеялись моему юмору - как предисполкома увидел трёх красавиц и Стёпу с Маузером, так сразу выделил три квартиры. А чему он так сильно "обрадовался" - девушкам или калибру маузера Стёпы, это вопрос!
     
     А ночью Света предложила мне свою восхитительную попку, да ещё пошутила - раз уж я не прошу у Оли анального секса, то она порадует меня. Честно говоря, был сильно восхищён! Да и Света на удивление была в удовольствии.
     
     На следующий день Наташа переехала к полковнику, а я отвёз девушек в госпиталь - они постоянно помогали врачам. Затем поехал в 201 дивизию - завтра тут будет мощное наступление дивизии СС Полицай". Дивизия была очень подлая и сборная - ут были и так называемые "восточные легионы" - набранные из жителей СССР - армянский, азербайджанский, северо-кавказский, грузинский, туркестанский, волжско-татарский, крымско-татарский - их и так было уже под тридцать тысяч человек, а с падением Кавказа их количество еще увеличилось.
     Правда, с Украины их и отправляли на восток - для поддержания порядка и борьбы с партизанскими отрядами - причем отправляли не только кавказские, но и волжские, и среднеазиатские легионы - в расчете на скорый приход туда вермахта. И некоторые из подразделений этих легионов также оказались в армии Манштейна либо проездом либо по службе. Были тут и казаки Краснова - эти особо доставили нам хлопот. Но мы им приготовили небольшой сюрприз
     
     Так что всем отойти на пятую линию обороны - будет артналёт и бомбёжка третьей и четвёртой линий. Мы там оставили макеты танков и орудий. Пусть фашисты лупят вовсю и вот делают нам топливо для полевых кухонь. Ну тут и сразу неугомонный Мехлис прилетел и вновь стал орать, выпучив глаза. Особенно его видимо бесило, что я совсем не обращаю на него внимание, а лишь предъявил командиру дивизии план обороны. Он топал ногами, орал, но мой приказ в силе - ночью отвести войска дивизии. Но за "Маузер" он не хватался - двое казаков, довольно нагло уставившись на него, взяли "ППД" на изготовку. Затем, вновь не обращая на него внимания, я сел в "Додж" , парни в "БА-10" и в полуторку, и мы поехали в первый полк НКВД. На них посылался дождь наград - за захват десантных барж и подводной лодки. По дороге мы заехали на аэродром - я им привёз ещё медикаментов и парочку барашков.
     
     Военврач меня сразу зацеловала, нахально прижимаясь свой точно обалденной грудью. А командир полка с чувством пожал руку - теперь лётчики готовы уничтожить по моей просьбе весь вермахт. Ну и конечно политруки собрали митинг. Не могут они иначе! Митинг, на котором оба политрука и командир полка призвали личный состав к верности присяге, любви к социалистической Родине и готовности отдать жизнь за идеалы революции и независимость Родины. Что их удивило, так это то, что генерал в конце лишь пожелал всем удачи и добавил, что будет лучше, если отдавать свои мерзкие жизни придется немецким летчикам и солдатам Вермахта за их вонючий фатерлянд, а задача наших летчиков лишь помочь им в этом благородном деле. Лётчики смеялись и расходились по места с улыбками и хорошим настроением. Видимо смеялись они от моей реплики. Политрук был в сожалении, что нет тут сейчас Мехлиса. И я ему выдал в сердцах! По-моему, он из тех, в присутствии кого скисает молоко и перегорают электрические лампочки. А мы поехали дальше.
     
     А тут хорошо: Высокое голубое небо с полупрозрачными перистыми облаками, чистейший морской воздух, крики чаек в вышине, вековые естественные травянистые газоны и широкие морские пляжи - без банок, бутылок, пластиковых пакетов и прочей дряни; но и, к сожалению, без девушек в бикини, до которых осталось еще как минимум полвека. Очень жаль, конечно, что нет ещё девушек в таких дерзких купальниках! Весьма приятно ими любоваться в моём времени!
     
     И опять точно непонятный. но очень яркий сон. Похоже ещё один чёткий привет-намёк из нашей сверхсекретной лаборатории - время моё истекает!
     
     Я стоял на краю пропасти, но бездна - и это важно - меня не пугала. Зато простор, открывшийся передо мной, пьянил и восхищал. Воздух был прозрачен, пронизан золотыми солнечными лучами и словно бы окрашен в бирюзовые тона: ярко-голубой и зеленый. Под моими ногами лежала колоссальных размеров кальдера. Огромный, с гладкими вертикальными стенами кратер был точно невероятной глубины. Противоположный край кальдеры был едва виден и, скорее, просто интуитивно угадывался, чем воспринимался глазами. Внизу, в бездне, клубился густой белый туман, скрывавший дно кратера.
     
     Пора осмотреться. Оказывается, за моей спиной лежала пустыня. Пустыня была везде, куда достигал глаз. Красноватый щебень, невысокие гранитные скалы цвета запекшейся крови. Высохшее русло реки, обрывающееся в кратер, и древние руины циклопических сооружений. Рухнувший мост над очень большой исчезнувшей рекой, полуобвалившаяся крепостная стена с прилично сохранившейся надвратной башней по одну сторону сухого русла, и сложные, такие огромные мегалитическое сооружение непонятного назначения по другую его сторону.
     
     Я проснулся с колотящимся сердцем. Оли рядом не было, она, тихо навевая, готовила завтрак на кухне. И, прислушиваясь в её песенке, я вспомнил песню моих лет и громко напел:
     
     Пусть вороны гибель вещали,
     И кони топтали жнивьё,
     Мужскими считались вещами,
     Кольчуга, седло и копьё
     
     Зашлепали по полу красивые ножки Светы - она сразу прибежали с листком бумаги и карандашом - всё записать. Особенно всем девушкам понравилась концовка:
     
     А женщина - женщиной будет.
     Подруга, и мать, и жена.
     Уложит она и разбудит,
     И даст на дорогу вина:
     
     И опять обе девушки плакать - да не прощаюсь я с вами, мои красавицы. Сегодня я в штаб не иду - жду звонка со станции. Тот самый пожилой старшина вспомнил - на станции Симферополь есть один склад, куда свозили трофеи с финской войны. Но что-то я волновался. сам не знаю, почему. Выпил под настроение немного польской "старки" - эта темно-коричневая жидкость едва плескалась на самом дне стакан. Ну и большую чашку густо-черного, как африканская ночь, и сладкого, как кровь диабетика, кофе. Выкурил папиросу и потянулся было за второй, но тут полковая труба, точнее - телефонная трубка пропела "сабли наголо!" , и понеслось. Едем в Джанкой. А Толбухин пусть покомандует - не всё же ему начштаба быть. Пусть узнает вкус горького хлеба командования! А я решил сработать по принципу:
     
     "Хочешь, чтобы было сделано хорошо - сделай это сам!"
     
     Ну даёт старшина! Похоже он "зашугал" всех на станции и мне выделили салон-вагон самого Ворошилова - отделка дорогим деревом, начищенная медь, отличное купе, тут и столовая и кабинет со столом для раскладки карт. Украшенная надраенными бронзовыми вставками гостиная. Темно-коричневые и серебристо-лиловые тона. Плавные, текучие, асимметричные линии, волнообразные поверхности со стилизованными растительными орнаментами; изящество, доходящее до вычурности, но не переходящее незримой границы, за которой начинается отсутствие вкуса. Даже библиотека есть. Салон с большим панорамным окном, служивший гостиной, столовой и кабинетом, и спальня с просторной кроватью, стенным шкафом, круглым иллюминатором стандартного размера и дверью в санузел Девушки поехали со мной и были в полном восторге. Получился у нас литерный поезд - сзади прицепили ещё четыре вагона, в одном были мои охранники, а три - под загрузку.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: