 |
| |
| | Я удивилась. Бред какой-то, и решила взять одну такую книгу. Там подробно рассказывались методы физического воспитания, картинки порки, а также о плюсах таих порок.Когда я просмотрела учебник по воспитанию, там оказалось примерно ТО ЖЕ САМОЕ!Я подумала о том, что учителя и деректор в этом интернате явно сторонники порки детей. ТУТ мне в голову ка будто ударило:меня здесь точно будут пороть, и очень часто...Я закрылась в кабинке сортира и у меня началась истерика от ужаса. Я дергала себя за волосы и вопила, тряслась от всхлипываний и билась головой об стенку...Во почему они все такие забитые! Да их тут бьют! Мои рыдания остановились, когда я услышала "цоконье" каблуков и потом, как ключ просунут в замок и дверца в кабинку открыта настежь, а я так и осталась на кортачках на унитазе. Тушь, наверняка, поплыла, волосы взъерошены, а глаза красные и опухшие. Передо мной стояла тетка лет тридцати пяти, она схватила меня за ухо и поволокла за собой. Потом бросила меня на кровать, и впихнула книжки, которые лежали на тумбочке, в портфель. Потом вынула блокнотик из кармана, с желтыми листочками, спросила, как зовут, и вписала "Света Черёмушкина", а потом поставила дату и закрыла блокнотик. Потом следовала идти за ней, а сначала- умыться и причесаться. Я сделала это, взяла в руки портфель, и отправилась за теткой. Там были уроки, уроки, и еще раз уроки, а ровно в два прозвенел звонок, и все начали собираться. Я побрела в комнату, где я теперь жила. Все девчонки раздевались и сказали мне переодеться в ночную рубашку и быстро ложиться в кровать, что я и сделала. Тут в комнату вошла все та же тетка с блокнотиком, посмотрела и ушла. Я спросила, сколько мы будем спать. Мне сказали- до пяти. Я спросила про распорядок дня, Юля, лежавшая рядом, ответила: "В шесть подъем и ледяной душ, в пол-седьмого завтрак, в пол-восьмого начинаются уроки, заканчиваются в два, потом обед до трех(просто их комната наказана за то, что они разговаривали во время тихого часа, "тихий час" до пяти, потом ужин в пол-шестого до пол-седьмого, потом порка до восьми, пол-девятого -в койку...Так началась моя жизнь в интернате. | | |
| |
|
| |
| | Держа цепь, он тащит тебя куда-то дальше по залу. В дальнем углу ты замечаешь большую, железную наковальню. Здесь же лежат топоры, мечи, здоровый точильный камень. И в голову так и просится мысль, так и хочется броситься, схватить вон тот ржавый меч и вонзить этому мужчине в живот. А если и не получится, то хотя бы ударить мечом в собственное сердце. | | |
| |
|
| |
| | Ира не торопилась, она стала двигать кожу по члену как шею гуся. А Василий взял обоими руками груди моей жены и стал будто притягивать её ближе к себе за них. Моя жена лизнула головку члена и почувствовала горьковатый вкус. Я всегда перед сексом мылся, и ей было даже непривычно. Ира говорит, что потом закрыла глаза и погрузила его себе в рот, стала сосать. | | |
| |
|
| |
| | Смазанная головка легко нашла вход и начала свое погружение. Моя партнерша замерла, чувствуя, как ее разрывают уже с другой стороны и резко поддалась назад, заставив меня сразу оказаться в ней. Какой это был восторг. Я рычал от удовольствия. Я разрывал ее, входил в нее с остервенением и я видел, как ее голова лежа на руках мечется из стороны в сторону. Капли дождя падали совсем рядом, брызгали на нее чуть остужая ее разгоряченное тело. Это был контраст страсти и дождя. Это была безумная скачка, завершение которой все быстрей и быстрей приближались. И ...... вот тот миг, когда я затаив дыхание выстрелил в нее, наполняя это тело своим соком любви. Она содрогнулась, напряглась, принимая в себя всю мою силу, которую я дарил ей. Ноги не держали меня. Я обессиленный опустился рядом с ней. На ее лице я увидел счастливую улыбку блаженства. Я был опустошен. Она откинувшись назад привалилась к моим ногам и замерла. Только вздымающаяся грудь при дыхании говорила о том, что она сейчас жива. | | |
| |
|
Рассказ №22027
|
