 |
| |
| | Секунд 5 спустя его член уже входил в меня. Я всем телом чувствовала головку его члена. Он продолжал трахать меня одновременно своим средним пальцем "массажируя" мой анус. Кончив в мою киску, он расслабился, тем самым дав кончить и мне. После этого он взял неизвестно откуда взявшийся вазелин и смазал мою дырочку в попке. На удивление легко его член проник в моё анальное отверстие, хотя я раньше не занималась ональным сексом. Когда он стал орудовать во мне, мне стало больно и я закричала, вцепившись в его мешочек. Он взвыл, но достал свой член и засунул его мне в ротик, где он и кончил. Я стала сосать и ласкать его хуй, добившись его возбуждения. Вот на этом фрагменте нас и застали. В комнату вошли 2 парня. Блондин и брянет. Увидев нас, их члены тоже поднялись вверх.Они быстро разделись. Блондин подошёл, схватил меня за волосы и выгнул так, чтобы всем было удобно трахать меня. Стас, как именинник, трахал меня в киску. Хуй у него был см 20, так что мне мало не показалось. У блондина с брюнетом хуи были см по 25. Я думала, что они никогда не пролезут в меня, ноя ошибалась. Блондин трахал меня в анус. Он ебал меня с такой сиплой, что мало мне не показалось, мой анус сжался и блондину всё трудней было проникать в меня. Бюнет же получал огромное удовольствие от орального секса. Он кончил в меня уже 4 раза, прежде чем они поменялись. Так продолжалось ещё часа 3. Их члены разделяла маленькая перегородка моей пизды и ануса. | | |
| |
|
| |
| | - Писечкой поработала, давай теперь ротиком, раскрывай губки и заглатывай. - Тома подчинилась. Поначалу член влезал в ротик свободно, но по мере того, как она оголила его головку и стала елозить языком по ней, головка стала всё дальше и дальше входить ей в горло, а Алекс между тем начал двигать её головой взад и вперёд. В конце концов, он не спешил. Работали на пару, Тома старательно сосала, её хозяин двигал ей ртом вдоль члена. Логично, что всё это завершилось тем, что в её горло стали прыскать струйки спермы, а голова и одна из грудей в этот момент была сильно сдавлена его руками. | | |
| |
|
| |
| | А вот кончать мне особо и не хотелось, хотелось растянуть приятненькое. . Я вообще не люблю извергаться. Как говорят даоские сексуальные практики, я прав по сути. Семяивержения когда их много уносят у мужика здоровье, это факт. Поэтому когда я был близок к концу я силой воли успокаивался и думал о чем -нибудь несексуальном. О политике, погоде, печальной смене руководства в моем любимом ФК, что на днях случилась. . и т. д. . Долго я так промучал в результате бедную Иру, за это время она бы уже трех нормальных мужиков бы выплеснула, а про скорострелов так вообще молчу. Зато когда я дошел до точки невозврата, мне и самому стало легче, я от души залил ей рот своей жидкостью. . Страшно представить, что было бы если этого не случилось. Было бы очень неприятно психологически, да и яйца бы болели. | | |
| |
|
| |
| | Вот - постановка на воинский учёт: мы, уже почти старшеклассники, в трусах и плавках ходим со своими личными делами из кабинета в кабинет, - нас собрали в горвоенкомате из двух или трех школ, и мы хорохоримся друг перед другом, мы отпускаем всякие шуточки, травим какие-то байки, тем самым подбадривая себя в непривычной обстановке; в очереди к какому-то очередному врачу я как-то легко и естественно, без всякого внутреннего напряга знакомлюсь с пацаном из другой школы, - он в тесных цветных трусах, и его "хозяйство" слегка выпирает, отчего спереди трусы у него ненавязчиво - вполне пристойно и вместе с тем странно волнующе - бугрятся, а сзади трусы обтягивают упругие, скульптурно продолговатые ягодицы, и вид этих ягодиц, сочно перекатывающихся под тонкой тканью трусов, привлекает моё внимание не меньше, чем ненавязчиво выпирающее "хозяйство" спереди, - я то и дело украдкой бросаю на пацана мимолётные взгляды - смотрю и тут же отвожу глаза в сторону, чтоб никто не заметил моего интереса; в очереди к какому-то очередному врачу он у меня неожиданно о чём-то спрашивает, я удачно отвечаю ему, он смеётся в ответ, глядя мне в глаза, и спустя какое-то время мы уже держимся вместе, занимаем друг другу очередь к очередному врачу, то и дело перебрасываемся какими-то ничего не значащими фразами, и когда всё это заканчивается, он, надевая брюки, зовёт меня к себе - послушать музыку; я соглашаюсь, - он живёт недалеко, и спустя менее получаса мы у него дома действительно слушаем музыку, а потом он показывает мне самый настоящий порнографический журнал; листая глянцевые страницы, я жадно рассматриваю не кукольно красивых женщин, а возбуждённых молодых мужчин, в разных ракурсах имеющих этих самых женщин и сзади, и спереди - во все места, - впитывая взглядом откровенные сцены, я, конечно же, мгновенно возбуждаюсь: мой член, наливаясь упругой твёрдостью - бесстыдно приподнимая брюки, начинает сладостно гудеть, и пацан - мой новый знакомый - тыча пальцем в глянцевую страницу, на которой загорелый парень, держа девчонку за бёдра, с видимым удовольствием засаживает ей в округлившееся очко, странно изменившимся голосом смеётся, глядя мне в глаза: "Не понимаю, зачем всовывать туда - девке... ну, то есть, в жопу - в очко... всовывать девке очко - зачем? В жопу вставляют, когда девок нет... в армии или в тюряге - там, где девок нет, парни это делают между собой... прутся в жопу - кайфуют в очко... а девке туда всовывать - зачем?" - пацан смотрит на меня вопросительно, и я, чувствуя, как стучит в моих висках кровь, пожимаю плечами: "Не знаю... "; невольно скосив глаза вниз, я замечаю, что брюки у пацана, сидящего на диване рядом, точно так же бугрятся, дыбятся, и оттого, что он, сидящий рядом, возбуждён точно так же, я возбуждаюсь ещё больше; мы молча листаем журнал до конца; "Вот - снова в очко... " - пацан, наклоняясь в мою сторону, тычет пальцем в предпоследнюю страницу, и я, стараясь незаметно стиснуть ногами свой ноющий стояк, невнятно отзываюсь в ответ какой-то нейтральной, ничего не значащей куцей фразой; мы ещё какое-то время слушаем музыку, - возбуждение моё не исчезает, оно словно сворачивается, уходит в глубь тела, отчего член медленно теряет пружинистую твёрдость; когда я ухожу, у меня возникает ощущение, что пацан явно разочарован знакомством со мной - он не говорит мне каких-либо слов, свидетельствующих о его желании знакомство продолжить; а я, едва оказываюсь дома, тут же раздеваюсь догола - благо дома никого нет, родители еще на работе - и, ложась ничком на свою тахту, начинаю привычно содрогаться в сладких конвульсиях, - судорожно сжимая ягодицы, елозя сладко залупающимся членом по покрывалу, тыча обнаженной липкой головкой в ладони, подсунутые под живот, я думаю о пацане, который приглашал меня в гости послушать музыку... перед мысленным моим взором мелькают страницы порножурнала - я думаю о пацане, давшим мне посмотреть этот журнал, и мне кажется, что я понимаю, зачем он мне его давал-показывал, - мастурбируя, я представляю, что могло бы случиться-произойти между нами, если бы... если бы - что? | | |
| |
|
Рассказ №22384
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 17/02/2026
Прочитано раз: 69894 (за неделю: 11)
Рейтинг: 38% (за неделю: 0%)
Цитата: "Девочки о чем-то шептались, внимательно смотрели, трогали его, переворачивали, поднимали вверх и опускали обратно. "Странные эти мальчики" , - опять подумала Юля, стараясь положить его так, чтобы стручок смотрел вверх. Но хоботок, подергиваясь, опускался обратно, скручивался, словно он и правда хобот маленького слоненка...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Отрывок из книги "Всему есть начало". Глава 4
Что такое любовь, Юля и сама не знала, но сердцем как-то понимала, что это не те самые гормоны, что толкают обратить внимание на мальчиков. Это всего лишь химия тела, что заставляет его совершить основное действие - найти партнера для продления рода.
Любовь - это намного выше, но вот что? Она много думала над этим, наблюдая за Денисом, он был старше ее лет на пять, с ним встречалась Анжела. Юле казалось, что это и есть настоящая любовь. Юноша готов был часами стоять у подъезда, носить ей цветы и встречать каждый день у института, где училась девушка. А потом Юля увидела, как Анжела вернулась домой одна, ей самой стало больно, будто именно ее бросили. Она даже дома заплакала. Нет, это была не любовь, а ведь все было так красиво.
Домашний шум, подготовка к свадьбе. То все затихало и казалось, ничего не грозит, то опять налетал народ и снова разговоры на повышенных тонах. "Кому нужна эта свадьба?" - думала Юля, наблюдая за детьми в шкафу, которые устроили там свой штаб и начали новую игру.
- Сегодня мы играем в доктора, - громко и уверенно заявила Лека.
Она вечно придумывала что-то новое. Вчера играли в ученых. Лека посмотрела передачу "В мире животных" и решила собирать бабочек. Девочки, как могли, из марли, что принесла Оля (кажется, она стащила ее у мамы) , сделали сочки и вышли на охоту.
- И где они? - возмутилась Юля, крутя головой во все стороны. Бабочки, что вечно летали, вдруг куда-то пропали, словно знали, что пришли "ученые".
Тихо пробираясь через кусты крыжовника, через заросли гороха, что рос вдоль забора, они внимательно всматривались в листву. Но бабочек не было.
- Ладно, - не сдавалась Лека. Перелезла через забор и двинулась в сторону картофельного поля, но и там их не было.
Это так обидно. Когда не надо, бабочки летают чуть ли не стаями, а вот когда они нужны для научной работы, все сразу исчезают. И все же девочки их нашли в поле, почти час бегали за ними, ловили и сажали в банку, что болталась у каждой на поясе. Научный интерес перерос в спортивный. И уже не думали, что ловят, главное сколько.
А вот сегодня Лека придумала игру в доктора.
Юля смотрела на детей, которые подальше от взрослых залезли в шкаф, а сама вспоминала свое детство.
- Ну что ты стоишь? - немного возмутилась Лека, обращаясь к Оле. - С тебя бинты и зеленка.
- А с меня что? - спросила Юля.
- Ты неси таблетки, жгут и что там еще...
- Поняла, - крикнула девочка и тут же побежала к себе домой.
Уже через полчаса они все собрались под крышей бани, что стояла во дворе у Леки. Крыша была крутой, огромные бревна. Делали высокие перегородки, если что, можно было бы и спрятаться от взрослых. С одной стороны вход шел в сарай, где хранился всякий хлам и дрова на зиму, а с другой было небольшое окошко, и можно было наблюдать за огородом, где вечно копошилась бабушка Нюра.
За ними, кряхтя, залез Игорь, он был младше девочек на три года. Они не могли прогнать его, поскольку брат Леки всегда был в их команде, да и куда его девать. Вот и сидел с ними, рассматривая сокровища, что принесли девочки.
- Это что? - возмутилась Оля, взяла резиновую игрушку и стала нажимать на нее.
- Груша, - не обращая внимание на тон подружки, ответила Юля.
- Че?
- Клизма. Не ставили?
- Неа...
- А куда ставят?
- Туда, - и ткнула себе пальцем за спину.
- Это куда? - не понимая жест, спросила Оля.
- Разберемся, - вставила свое слово Лека. - У тебя что?
- Вот... - и Оля высыпала из пакета всякий хлам.
Тут были грелка, ножницы, градусник и прибор, что мерит давление.
- Круто... - почти пропела Лека.
- У меня таблетки с углем, мне вечно их дает мама, если живот болит. Игорь, поть сюда.
- Че? - не поднимая головы от кучи, что была высыпана на большое покрывало, ответил мальчик.
- У тебя живот болит?
- Нет.
- А ты представь, что болит.
- Нет, - коротко ответил мальчик и взял в руки шприц.
- Положи его на место, руки грязные, - тут же сказала его сестра.
- А ты представь, что болит. Ну что, заболел? - переспросила Юля.
- Нет, - настаивал на своем мальчик.
- Ты это видишь? - Лека взяла в руки маленький уже давно использованный шприц.
- Ага, - мальчик попятился назад.
- Мы тебя будем лечить, поэтому у тебя сейчас болит живот.
- Не болит.
- Я дам конфету, - решила задобрить будущего больного.
- Дай, - тут же сказал мальчик и протянул руку.
Оля, кажется, подготовилась лучше всех, она сразу достала из своей сумки кулек с ирисками и одну из них протянула Игорю.
- А мне? - спросила Юля.
- Это для больного, - строго заявила Оля и спрятала кулек подальше. В ответ на это Лека и Юля тяжело вздохнули. Но понимали, что больному требуются сладости.
- Ложись, - почти приказала Лека своему брату.
- Куда? - разворачивая ириску, спросил он.
Через минуту была готова импровизированная кушетка. Он нехотя лег и завертел головой по сторонам, не зная, чего ожидать от девчонок. А те были так увлечены своими делами, что на минуту забыли про Олега.
- Не шевелись, - возмутилась Оля и отодвинула подальше от пациента бинты и ножницы.
- На, - сказала Юля и протянула больному черную таблетку. - Жуй.
Мальчик, не говоря ни слова, взял угольную таблетку и засунул в рот, тут же сморщился, но, не сказав ни слова, стал усердно разжевывать ее.
- Ну как, больной, вам полегчало? - спросила Лека и положила ладонь ему на лоб.
- Ага, - чуть ли не давясь, ответил он, и уже хотел было сесть.
- Нет-нет, вам нужен покой, - Олег лег обратно и, тяжело вздохнув, закрыл глаза.
- Так, не отключаемся. Медсестра, воды, пациенту плохо, - на этих словах мальчик заулыбался.
Оля быстро достала бутылку газировки, чуть налила в граненый стакан, что взяла со стола. Зашипели пузырьки, все девочки, включая больного, сразу посмотрели на жидкость, что так и манила к себе.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
