Рассказ №22532

     - Всем привет, мальчики! - моя Людмлка зашла в купе уже отъезжающего поезда. - Где тут у вас более-менее свободный рундук, чтобы туда поставить эту мою дорожную сумку? - Что вы, кавалеры, языки проглотили? - веселым звонким колокольчиком, приветливо засмеялась Людмилка.
     - А, а, а! - все что смогли ответить мужчины сидящие в этом купе. И было чего пооткрывать им рты: - высокие каблучки шпилечки на этих фигуристых стройненьких ножках моей жены, эта её очаровательная невинная улыбка и шаловливые круглые глазенки под челкой, какой-то непонятной прически типа "взрыва макаронной фабрики", с этими пышными локонами ниспадающими до её плеч. Но самое главное это платьице рубашечка коктейльно-темного цвета, до нельзя коротенькое, с этой крайней нижней пуговкой под самое небалуйся, и отсутсвие рукавов, как в легком сарафанчике, давало шансы при хорошем ракурсе что-то подсмотреть и в районе её сисечек. И эти фигурные вырезы подола этого платьица, по бокам бедер слева и справа, дававшие шансы подсмотреть что там такого пододето, довершали всю эту интригу в её этом наряде.
     - Ну что вы мальчики, джентельмены среди вас есть? - надула губки Людмилка, держа двумя руками перед собой за ручки дорожную сумку, в общем то и не тяжелую, но для хрупкой, худенькой, молоденькой женщины:
     - Да, да, да, да! - слегка оправившись от шока, повскакивало три пары услужливых рук парней.
     Но тут ребят ждал новый сюрприз: как те услужливо перехватили дорожную сумку, и уложили в свободную часть рундука, Людмилка поправляя эту эту свою сумку слегка оголила свою ягодичку, обнажив складку кожи под попочкой. Дело в том, что Людмилка - это моя жена. Но мы давно уже вели веселый, разгульный и сексуальный образ жизни, как на досуге, на отдыхе с нашими друзьями и знакомыми. Так и на работе её тоже было много чего такого, что её работа, там где она зарабатывала деньги, больше походила на праздник. Да только вот эти скучные железнодорожные переезды на эти солнечные курорты к этим сладким пляжам Чёрного моря, могли омрачать скукотой этот практически каждодневный наш семейный праздник жизни.
     Мы уже давно были парой, как говорят, без комплексов, - ведь сколько той жизни, молодость то не вечна, вот так философски мы с ней оба смотрели на жизнь (особенно я с пятеркой в дипломе института по философии) . И чтобы добавить драйва и интриги в том числе и этот скучный этап переезда на Юг, пришли к выводу, что моей жене Людмилке весьма интересно будет, если она в эти поездки на курорты, будет ехать без всякого нижнего белья. Да и отныне уже никогда и вовсе больше не будет брать с собой вообще никакого нижнего белья на курорт. - Благо нудистские и дикие пляжи почти на всех курортах имеются, - в крайнем случае можно купаться и ночью, а где надо и полотенечком прикрыться если надо позагорать днем (хотя мы и не особо большие любители загорать, - больше по достопримечательностям, да по ресторанам и увеселительным заведениям, где музыка, танцы, праздник:) .
     
     * * *
     
     Можно было только видеть эти разочарованные лица ребят, когда в это купе, где моя Людмилка, наконец-то загланул и я, со словами: "Слышь, Людусик, там уже проводник делает минет, тьфу блин, обход - как бы оговорился я, - проверяет билеты и уже подходит тому купе, где твоё место" - в том купе было место на нижней полке, а в этом купе, где еще и все трое попутчика мужчины - на верхней. - и каково это молоденькой хорошенькой женщине туда лазить на эту верхнюю полку, без трусов, в этом совершенно коротеньком её платьице рубашечке, еще и с пуговичками от декольте до самого низа, как в халатике медсестрички, между которыми при хорошем ракурсе и наклоне тела, можно просмотреть и кусочек её милого упругого животика, и трусики (а точнее полное отсутствие трусиков, включая и всего её нижнего белья, как вы уже знаете, мой проницательный читатель) . И надеюсь, что вы понимаете также и то, что и интрига с этими нашими с Людимилкой местами в разных купе тоже была нами подстроена) .
     Слово "минет" вместо слова "обход", который делал проводник, все-таки несколько приободрил ребят, и я тоже был принят хорошо и радушно в их компанию. Я сидел у двери, у окна напротив сидел подтянутый, моложавый, стройный, интеллигентный мужчина лет 50-ти, и два поджарых в меру подкачанных парня, непонятного возраста, лет 30-ти, то ли братья, то ли товарища, которые сидели по разные стороны купе, видимо кто-то из них занимал нижнюю полку, а кто-то тоже верхнюю.
     Не столе уже стоял их коньячок, винчики, лимонадики, и какая-то нехитрая дорожная еда типа колбасок, консервов, овощей, хлебца. Я тоже добавил к столу своей водочки, на что заслужил всеобщее одобрение, а также какой-то нехитрой своей дорожной закусочки.
     - А кем, тебе приходится эта девушка? - несколько обнадежившись и оправившись от конфуза с уходом Людмилки, робко спросили меня ребята.
     - Ах, - говорю, моя коллега. - соврал я. - Мы журналисты, едем в командировку делать репортаж там про какое-то передовое фермерское хозяйство: . - Впрочем, ребята, давайте бухать, это совершенно вам не интересно.
     
     * * *
     
     В самый разгар застолья дверь в купе открылась, и моя жена в том же коротком наряде, платьице-рубашечке, начала мне и ребятам жаловаться надув губки:
     - Ой, в том купе, какая-то уж слишком благочестивая супружеская парочка, с женой мымрой ревнивой, "для тех кому за тридцать", еще и с малолетним ребенком, спать уже хотят и выключать полностью в купе свет, а я боюсь темноты. Вы ж не возражаете ж конечно, ребятки у вас зависнуть?
     - Ну кханешно же дарагой, кханешно, милый! - кто из парней от восторга так радостно воскликнул, словно банабак, хотя все в этом купе были наши, славянской наружности ребята. И вот уже моя жена Людмилка сидит между мною и тем пареньком, что у окна купе, принимает "штрафную" - с радостью предложенный ребятами стакан крепленого красного винца, при этом предусмотрительно кулачком свободной своей ручки прикрывая столь волнующий разрезик под нижней пугвичкой её платьичка-рубашечки.
     Впрочем их крепленное красное винцо, а также моя водочка, довольно быстро дали о себе знать. Пошли шуточки, анегдоты с неприличным сексуальным подтекстом, смешные случаи из жизни, после которых всё наше купе оглашалось всеобщим смехом, порой переходящее в ржание. - Все хватались за свои животы, словно от колик сгибаясь и раскачиваясь, обнимая друг друга и моя жена все хуже контролировала прикрытие кулачком своего лобка гладко выбритого под девочку, и который в тусклом свете купе если присмотреться, нет нет, да и высвечивал периодически, когда моя Людмилка совсем уже расходилась смехом, хватаясь за голову, за лицо, раскачиваясь и обнимаясь не только со мной, но и с нашим соседом что у окна.
     Впрочем смешки начали потихоньку стихать, - парень и мужчина что сидели напротив, что-то начали, похоже, замечать интересненькое между ножек под платьицем у моей Людмилки:
     - А что это там беленькое чернеется? - первым нашелся прервать возникшую несколько смущенную тишину, видимо как наиболее из деликатных, самый старший попутчик, что по прежнему сидел у окна напротив, с лицом растянувшимся в улыбке словно у кота нализавшегося сметаны.
     - Ой, опять трусики забыла одеть! - Жарко ж ведь! - А лето и вправду, том году было ну очень аномально жаркое, - опять губки надула моя жена Людмилка.
     Теперь уже улыбки, на лицах, словно у котов нализавшихся сметаны, были и остальных соседей по купе. И чтобы как-то прервать затянувшееся молчание, прерываемое перестуком колес нашего вагона, моя жена начала дальше выдумывать легенду:
     - Знаете, ребята, мне как журналистке, часто приходится бывать в горячих точках, и там бывает что меня насилуют, порой очень грубо и жестоко. И чтобы моя пися не превращалась в лоханку, в которой и поезд развернется, мне главный редактор предложил занятия у знакомого его инструктора по вумбилдингу.
     - А знаете, ребята, у меня там внутри нефритовый камушек находится. - Вам интересно? - Если вам не интересно, я сейчас уйду спать в своё купе.
     - Интересно, интересно! - почти хором загалдели все кто был в купе.
     - Лично мне это не очень интересно, - с безразличным тоном вмешался я, как её муж. - Знаете, ребята, я не еду отдыхать, я, считайте, на работе (якобы, опять соврал) , у меня завтра сложный день, и сегодня был ни свет ни заря в редакции (во разошелся врать) , - я полезу на свою верхнюю полку спать, а вы тут гуляйте как хотите, только не очень громко. И вообще, в поезде уже все ложатся спать, а мы тут ржем, как кони, - констатировал я и полез на свою полку, оставив жену на попечение соседям по купе.
     
     * * *
     
     - Хотите я вам покажу этот нефритовый камушек, - чтобы как-то разрядить эту неловкую тишину, и продолжить праздник, предложила ребятам моя жена.
     - Да, да, конечно хотим, уже пытаясь скрутить серьёзные гримасы на лицах, дружно поддержали все соседи в купе. И моя жена, по деловому, бесцеремонно, раздвинув ножки и немного привстав, вытащила из своей пизды этот нефритовый камушек в форме яичка с дырочкой для ниточки.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: