 |
 |
 |  | Откинувшись на спину потянула меня на себя... Ее рука помогла мне войти (как по маслу) в горячую глубину . Мне было достаточно нескольких толчков и я кончил..., застонал ..застонал !!! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Вы все здесь гражданские, то, что на Вас всех форма, для меня ничего не значит. И чтобы на погоны все нашили букву "К" - курсанты. Со служащими в части контакты запрещены. Здесь всё по моей команде. Мне проблемы из-за вас не нужны. Приехали, сборы прошли и уехали. Задача на месяц. Это сержанты Антонов и Романов. В их задачи входит следить за порядком. Они будут посменно старшими в вашей казарме. Сейчас все пройдёте в свою казарму. Через два часа будет вводный инструктаж. Вольно. Разойтись. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я, наклонившись, жадно разглядывал сие таинство. Впитывая в себя эту новизну, эту поразительную отличимость от моего собственного и других пацанов хозяйства, не забывая при этом быть строгим судьей и признать, что, несмотря на вопиющую разницу в выполнении процесса, "девки" ничуть не хуже нас с Генкой справились с задачей. Барышни, торжествуя свое законное посвящение в снайперы, снова завалились на паклю грызть яблоки. Я же, возбужденный увиденным, хотел большего и шептал Генке, чтобы он, по свойски, спросил Томку "потискаться" с нами. Я не мог даже представить, как бы я смог сделать это предложение сам. Нет, лучше Генка - он свой. Генка завалился на паклю рядом с сестрой и начал шептать что-то ей на ухо, показывая на меня пальцем. Томка, как заправский посредник в дипломатических переговорах, наклонилась над Веркиным ухом что-то ей шептала. Их взаимные перешептывания закончились Томкиным заявлением, что с Генкой ей нельзя - он брат. Она будет со мной, а Генка с Веркой. "Будет со мной" громко сказано, а мне что делать. Я с ужасом и дрожью в коленях подходил к пакле с моими "компаньонами" и лихорадочно вспоминал подробности пацанячих высказываний в таком деликатном и незнакомом мне деле. Тем временем девчонки деловито спустили на колени трусы и, подобрав повыше подолы платьев, были готовы к нашим действам, к которым Генка уже приступил. Лег на Верку и стал тереться об нее, так как трут разрезанный и посыпанный солью огурец. Я спустил шаровары и стал на колени между ног распростертой Томки. Я видел перед собой то, о чем мечтал в своих фантазиях, о чем мы со знанием дела говорили с пацанами. ЭТО было совсем не ТО. Нет, это не дырка в Томкин живот. Между ее ног был маленький трамплинчик, который переходил в две пухленькие щечки, а из розовой щелки между ними выглядывали два, таких же розовых, тоненьких лепестка похожих на лепестки не полностью раскрывшегося пиона. Я осторожно дотронулся до ЭТОГО рукой, ощущая мягкую, теплую шелковистость, которая оказалась удивительно податлива и легко сдвигалась в стороны от легких прикосновений пальцев. Я лег на неё и своим стоячим концом прижался к этой податливости, испытывая наслаждение от прикосновения к бархатистой теплоте, которая двигалась и, раздвигаясь, позволяла проваливаться глубже в мягкую влажность желобка, по которому двигался мой "инструмент". Нет, он, конечно, не проник в ее глубину, он даже не подозревал о ее существовании, но это мягкое, влажное, порхающее скольжение приносило наслаждение более ощутимое, чем уже знакомое наслаждение игры с ним руками. Между тем Верка прервала, почему-то, свой с Генкой дуэт, и лежала с голым животом на расстоянии вытянутой руки от меня. "А как там, у Верки?" мелькнуло в мозгу. "А мне можно с Веркой? Я же ей не брат" Все согласилась с моими доводами. Я переместился на голое Веркино естество, а Томка, натянув трусы и поправив платье, стала наблюдать с Генкой на наше "тисканье". Верка приступая к исполнению своей части арии, согнула и развела в стороны острые коленки от чего ее "пирожок" несколько укоротился и щелка превратилась в маленький ромбик, из которого высовывались влажные лепестки, под которыми темнорозово темнело углубление. При прикосновении к ее лепесткам мой кончик уже не стал двигаться по желобку как у Томки, а сразу погрузился в горячую влажную тесноту, охватывающую меня со всех сторон, заставляя двигаться кожу на головке и вызывая стремление засунуть его туда весь. Изгибаясь и двигая тазом, чувствовать, как в этой сладкой глубине упираешься в пружинящее сопротивление. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мой организм жаждал секса с этой малолетней сучкой. Девочка начала медленно стягивать с себя свой летний сарафан. Под ним были только старенькие хлопчатобумажные трусики. Она стояла в носочках и трусиках и смотрела на меня. Её заторможенность начала меня немного бесить. "Снимай всё, включая носки и стоновись на матраце на колени" - сказал я ей и начал доставать свой 18-сантиметровый член. В свои 20 лет я начал интересоваться малолетками и тут сразу подвернулся такой шанс! Когда я рассказал своему приятелю о своих пристрастиях, то он, выведя меня из своего дома, повёл меня через весь посёлок к какой-то старой лачуге. По пути она рассказал мне, что там живут ещё не совсем опустившиеся бомжи. Они ещё не продали свою землю с домом, но уже распродали всё, что у них было для покупки водки. Недавно до моего друга дошёл слух, что их дочка теперь стоит пару бутылок водки. Сказав мне это, мой друг ухмыльнулся и добавил, что это шанс для меня. Денег у меня было много и поэтому я спокойно отворил калитку. Когда я зашёл в дом, то мне даже не пришлось много говорить. На вопрос "что мне надо?" я лишь посмотрел на их дочку через окно, которая игралась в саду и сразу же услышал цену. И вот она стоит на коленях передо мной на грязном матраце. Груди у неё ещё нет. На плоском животике по бокам выступают рёбра, а ниже на лобке нету ни волосика. Глаза смотрят в пол. Было видно, что девочке стыдно. Она, видно, только недавно начала этим заниматься и ещё не привыкла быть голой. В голове у меня вертелись картины изнасилования малолетних и мой разум уступал всё больше место животной похоти. "Я буду называть тебя рабыней" - тихо сказал я и, вытащив свой уже стоявший колом член, я приставил его к её тёплым губам. Моя маленькая рабыня медленно открыла рот и я запихнул свой член её до конца в глотку. Она попыталась отстраниться, но я не дал ей это сделать и начал трахать её в её маленький ротик. Я чувствовал как её зубы царапают кожу на моём члене, но мне это даже нравилось. Моя правая рука лежала на её затылке и я ритмично нажимал на её голову. |  |  |
| |
|
Рассказ №22606
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 02/03/2020
Прочитано раз: 16189 (за неделю: 6)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Что такое сексуальность, как её определить? Для одних этот человек даже безобразен, широкие бедра, маленькая грудь, круглые глазки и тонкие брови. Почему для одних - это привлекательно, а для других отталкивающе? Светлана не знала ответа на этот вопрос, но её тянуло к Маргарите. Даже если она завтра всё забудет, сейчас в её груди все горело, интрига, игра, жажда приключения, флирт, медленно переходящий в сексуальные ласки. Светлана прикрыла глаза и стала погружаться в мир эротической неги...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Светлана, как парализованная, боялась пошевелиться. Она покраснела и чуточку задрожала, не то от стыда, что её увидел чужой мужчина, не то от возбуждения, что её и правда увидел чужой мужчина. Не могла разобраться, но в груди что-то загорелось, будто вспыхнуло пламя, стало жарко, и она засмеялась.
- Ты чего? - натягивая на тело Светланы одеяло, спросила Маргарита.
- Он нас застукал, - продолжая смеяться, ответила она.
- Козёл, - проворчала Маргарита.
- Да ладно тебе, ведь любопытно.
- Все равно козёл, - немного сердилась хозяйка.
Светлана вынырнула из-под одеяла. На теле, покрытом летним загаром, отчетливо выделялись зоны, что были прикрыты купальником, теперь они светились. Она быстро подсела к Маргарите, вытянула шею и сама поцеловала её.
Зачем она это делает? Что её толкает? Светлана знала, что Маргарита не красавица, лицо и тело не были идеальными, и все же она сама поцеловала подругу в губы.
Что такое сексуальность, как её определить? Для одних этот человек даже безобразен, широкие бедра, маленькая грудь, круглые глазки и тонкие брови. Почему для одних - это привлекательно, а для других отталкивающе? Светлана не знала ответа на этот вопрос, но её тянуло к Маргарите. Даже если она завтра всё забудет, сейчас в её груди все горело, интрига, игра, жажда приключения, флирт, медленно переходящий в сексуальные ласки. Светлана прикрыла глаза и стала погружаться в мир эротической неги.
- Он будет подсматривать, - тихо прошептала Маргарита. Светлана приоткрыла глаза, делая это медленно, будто просыпалась.
- Пусть, - спокойно ответила и провела рукой по щеке своей подружки.
- А если он зайдёт? - все так же тихо спросила она у Светланы.
- Боишься за своего мужа?
- Нет.
- Пусть, - уж как-то просто сказала Светлана и посмотрела в проем двери. А что она будет делать, если он и правда зайдет? Опять забьётся под одеяло, трясясь от стыда, будет скромно жаться в уголке, прикрывая свое тело?
- Нам придется тогда его: - Маргарита прикусила губу, а после добавила. - Нам придется его оттрахать.
- Нам? - в ужасе удивилась Светлана.
- Ну да, нам, - как факт подтвердила Маргарита.
- Нам: - Прошептала Светлана и в её голове уже промелькнула вся сцена, как она занимается сексом с мужем Маргариты. Вздрогнула и как-то непонимающе посмотрела в глаза Маргариты. - Ты шутишь?
- Нет, - совершенно серьезно ответила ей. - Я одна не справлюсь.
- Групповушка: - И на ее лице проступила улыбка.
Светлана относилась к Максу с уважением.
Он ей не нравился, был высокий, тощий, ладони как лопаты, низкий голос. Она никогда не думала о нем как о мужчине, вернее, как о партнере, он для неё был всего лишь мужем Маргариты и не более того.
- Мне его уже жаль, - смеясь, сказала Светлана и, прижавшись к Маргарите, спросила. - А как это?
- Я, как законная жена, имею право быть первой.
- Я не претендую, - тут же прошептала Светлана, хотя у самой в голове вертелись странные мысли, которые не давали покоя.
Светлана никогда не участвовала в подобных экспериментах, не то что бы была скромницей, нет, просто уважала мужа и не хотела его компрометировать. Маргарита это одно, но её муж: Светлана не знала, как себя вести. Вроде глупость сказала, что "его уже жаль" , тем самым подтвердила, что готова: И что теперь делать? Она отодвинулась, губы сжались и тело напряглось.
Пока Светлана думала, Маргарита выскочила из комнаты и уже через несколько секунд притащила за собой Макса. Светлане стало дурно. Ей показалось, что она в публичном доме и пришел её клиент. Хотела что-то сказать, но в горле застрял ком, а вместо слов она только потянула на себя одеяло. Маргарита не стала долго думать, стянула с себя трусики, её чёрный лобок немного вульгарно запрыгал. Светлана дёрнула головой, стараясь прийти в себя. Чуть отползла в сторону, зачем-то взяла в руки подушку и прикрыла грудь.
Макс не стеснялся. Он пялился на Светлану, на голые ноги, что торчали из-под одеяла, на плечи и руки. Его взгляд был серьезным, даже холодным, отчего Светлане стало совсем не по себе. Он снял с себя штаны и: Светлана не могла оторвать взгляд. Его боец сразу встал на дыбы, будто только этого и ждал. Пыталась не смотреть, опускала глаза, отворачивала голову, но после опять смотрела на готовый к работе мужской орган.
Пока Светлана приходила в себя, Маргарита обняла мужа, и они нагло, не обращая внимания на гостью, стали целоваться. Светлане показалось, что она лишняя, про неё забыли, ей стало неловко. Она уже хотела тихо выскользнуть из комнаты, но не успела.
Макс развернул свою жену к себе спиной, та встала на коленки, наклонилась вперед, и он быстро пристроился сзади. "Порнография" , - мелькнуло у Светланы, а сама стала внимательно наблюдать за ними. Маргарита закрыла глаза, закусила губы, её тощие груди повисли как у козы и закачались из стороны в сторону. Макс дернулся, и Маргарита зарычала, он опять дернулся и рычание повторилось. Звук исходил откуда-то из глубины, был низким и протяжным. Уже через несколько секунд он затрясся. Все так просто. Светлана могла со своим мужем целоваться часами, до тех пор, пока губы не заболят, а после обнимать и ласкать друг друга. Сейчас перед ней шла простая сцена, минута поцелуев и: это: просто страстный трах. Они слились воедино, их энергетика, темп, вибрация, дыхание стало единым. Светлана смотрела и даже завидовала. Она была единственным зрителем, и никто ей не мешал рассматривать и слушать их.
И вдруг все прервалось. Затихло. Маргарита резко открыла глаза. Они были туманными, смотрели сквозь пространство. Снова их закрыла, дернула попкой и Макс продолжил. Через секунду Маргарита довольно заурчала. Её руки задрожали, и тело просто упало на кровать.
Светлана чувствовала её, ощущала, будто это произошло с ней. В глазах немного потемнело, а в ушах послышался звон. Она посильнее прижала подушку и потянула на себя покрывало. Макс сел на пол. Минута тишины.
Зачем она тут? Снова спросила себя Светлана. Она оберегала свою честь, следила за своими поклонниками, не заигрывала с ними, не отвечала взаимностью, а ведь порой хотелось. Зачем она тут? Светлана не знала. В животе все ныло, а между ног зудило. "В каком идиотском положении я оказалась" , - думала она, ища момент, чтобы выйти из комнаты.
Вдруг Маргарита открыла глаза, шлепнула себя по животу, села и весело подмигнула Светлане.
- Я хочу есть, - вдруг заявила она и быстро встала. - Пойду приготовлю, как сделаю позову, - и тут же, не обращая внимание на Светлану, горячо поцеловала мужа, голышом выскочила из комнаты.
Что теперь делать? Светлана не знала. В голове крутились моменты последних минут, теперь она никуда не хотела уходить. Как глупо бежать, да и Макс удовлетворен, теперь ей ничто не угрожает. Она с облегчением вздохнула и внимательно посмотрела на его затылок.
- Ты красивая, - вдруг сказал он.
- А ты только сейчас это заметил?
- Нет, знал, но не думал, что настолько обворожительна, - он повернулся к ней, его глаза были спокойны, страсть и холод растворились. - Ты сексуальна.
- Спасибо, - зачем-то ответила Светлана.
- У тебя нежная кожа.
Светлана гордилась этим, кожа у неё и правда была мягкой, шелковистой. Макс присел рядом, поднял руку и потянул покрывало на себя. Что делать?! Светлана на мгновение запаниковала, но ничего не предприняла. Макс тянул покрывало на себя. Оно медленно сползло, оголив руки, а после и грудь. Он не остановился, потянул его дальше, вот засиял живот, тонкие белые трусики. Покрывало упало на пол. Неловкий момент. Светлана была вроде и не совсем раздета, но в то же время чувствовала себя обнаженной. Небольшая грудь чуть выпирала вперед. Светлана улыбнулась: Не знала, как себя вести. Как девочке завизжать и убежать? Глупо. Она так не могла поступить, да и признаться честно, не хотела, уже не хотела. Светлана посмотрела Максу в глаза. Его взгляд не был пошлым, он был открытым, каким-то странным, притягивающим. Молчание затянулось. Она взяла трусики за резинку и потянула их вверх, отчего губки буквально впечатались в шелковистую ткань, прорисовывая всё до мельчайших подробностей. Опять улыбнулась. Оттянула резинку вверх, вытянула шею, как будто рассматривая то, что под тканью.
- Я, наверное, пойду, - вдруг сказала она и собралась сесть, как вдруг руки Макса легли ей на бедра, Светлана замерла.
- Разве этого ты хочешь?
Она не успела ничего ответить, как его пальцы подцепили трусики и потянули их на себя. В душе Светлана задрожала от неуверенности в себе. Её пальцы отпустили резинку, и трусики соскользнули с неё. На мгновение стало стыдно. Кто-то ещё кроме мужа увидит её обнаженный, такой нежный и беззащитный лобок. Но она ничего не сделала, а просто ждала неизбежного. Сердце задребезжало как у старой машины, все заныло на пределе, скрежет и писк в груди. Живот, пальцы, да, впрочем, всё тело похолодело. Она наблюдала, как чужой мужчина стягивает с неё трусики. В этом было что-то ужасное и в то же время столь возбуждающее.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|