 |
| |
| | Я смутился: пригласили в гости, как человека, а я... Вдруг вспомнил свой первый медицинский осмотр, тошнотворное ощущение, когда в твоей жопе без твоего на то желания шарится нечто чужеродное. Я понял, что мне не хочется его насиловать: он такой нежный, андрогинный; наверно, и внутри он такой же нежный, чуткий. Получить первый опыт через насилие, с геем, в пассивной роли... Нет, мне хотелось, чтоб ему тоже было приятно. Да и... не умею я насиловать, сам девственником был. | | |
| |
|
| |
| | К таким откровениям Гриша не был готов. Хотел было уже ретироваться к себе. Но Толик перевел разговор на тему женщин вообще, и стал осторожно расспрашивать Гришу о его заграничных впечатлениях. И попал на благодатную тему. Чтобы не смущать соседа, Толик повернулся спиной к душу, облокотился обоими локтями на ограду, и, разглядывая предвечернее солнце, вел беседу. Гриша, теперь смелее бросал взгляды в летний душ и любовался с удовольствием Галиным телом, с вырезанным стенкой куском от щиколоток до пупка. Воображение дорисовывало остальное. | | |
| |
|
| |
| | Кореянку снова положили на спину. Степан навалился сверху, чувствуя под собой мягкое тело. Головка сама нырнула в подставленное отверстие, ощутив тепло и обильную влагу. Член мягко ходил внутри, приятно сжимаемый скользкими стенками влагалища, с каждым толчком убеждая Степана, что не зря он согласился опробовать заграничную бабу. Баба вяло пыталась его с себя столкнуть, напрягаясь всем телом, отчего вагина еще сильнее стискивала член, что еще больше распаляло Степана. Вцепившись зубами в сосок, он с остервенением вбивал в нее окаменевший орган, плотно прижимаясь к ее мокрому мягкому лобку. Хрен стоял как в давно забытой молодости, увеличившись, казалось, до полуметра. Воткнув его последний раз и кончая, Степан почти всерьез опасался, что его сперма сейчас хлынет у кореянки изо рта. | | |
| |
|
| |
| | По щекам этого хрупкого создания вновь полились слезы. Одной рукой он уперся в кровать, наклонился над ней, и начал слизывать с её лица кровь - слезы. Затем облизал её шею, прикусил мочку ушка, в которое так любил нашептывать всякую нежность. Левой рукой он сжимал её бедро, и рывками входил и выходил из неё. | | |
| |
|
Рассказ №22854
|
