Рассказ №2313 (страница 3)

     - Может у тебя там и не болит вовсе?
     - Где? - притворяясь непонимающей отвечает девица, включаясь в игру давно ей известную.
     - А вот здесь, - внезапно Гавриил Степанович бесцеремонно , но настойчиво лапает ее за лобок, - я-то знаю, что когда ты смотришь на мужчинок, у тебя тут начинает гореть и будто огнем жечь:Вот здесь, иль не прав я?
     Бесстыдные мужские пальцы задирают подол платья, приспускают панталончики и сразу находят то, что искали, сжимая гладенько выбритый пухлый лобок, который девка ежедневно выбривала, чтобы казаьбся совсем невинной.
     - Вот здесь? Верно? Отвечай, негодная! А то прикажу выпороть или запереть на хлеб и воду в карцер. Вместо того, чтобы учиться и радовать послушанием, да прилежанием родителей, учителей своих, ты здесь изображаешь больную. Не на того, милочка, напала!
     И Гавриил Степанович принимается бранить ее нехорошими словами, которые сам не решается произносить, когда рядом супруга или детки. Эти грязные матерные слова, постыдные, за которых взрослые детей обязательно должны наказывать.
     - Вот сюда пальцы положи! Да не жмись, не жмись! Чуешь, чем я тебя накажу? - околоточный берет ее ладошку и кладет на брюки, там где в паху уже выросла здоровая "шишка", - ты грязная, испорченная девчонка, тебе не место в гимназии! - продолжает он, хотя бесстыдная рука девицы как бы в ответ уже проворно мнет вздрагивающий член. Все это она делает молча, боясь произнести даже словечко, строго выполняя указания мадам Жоржетты, которую Сашенька специальн о держал в доме, чтобы девицы от нее ума-разума набирались. Это с ее легкой руки гулящая малолетка в девичестве своем недолгом Матренка, преобразилась в "гимназистку" по имени Полина. Старая сводня мадам Жоржетта, которую самою-то несколько лет назад звали в публичном доме купчихи Носовой просто Нюрка, знала толк в том, как угодить мужчинам, особенно тем, кто уже перевалил на пятый десяток.
     Им нравились невинные молоденькие девицы, да только где же их для бардака столько наберешь? Вот и пришлось учить всяким премудростям молоденьких шлюшек, одевая их то в гимназическое платье, то просто в детское бельецо. Доход у Сашеньки сразу возрос, клиентов прибавилось. По вечерам стали подъезжать и коляски, своих пассажиров они правда высажвали за пару домов от мастерской, но это маленькое неудобство не смущало визитеров.
     - У других девиц и мыслей таких нет, когда смотрят на учителей или другимх мужчин. А ты, лахудра, от горшка два вершка, вон что удумала! Грязная, отврат-и-и-тельная дев-чонка!, - толстые пальцы мужчины сильнее жмут податливое девичье тело.
     Гавриил Степанович дышит шумно и тяжело, начатого дела не бросает, чувствуя ответные прикосновения продажной девки. Он жарко целует ее в губы, хотя это и возбраняется с публичными девками, но сердцу не прикажешь. Девица окончательно вошла в роль невинной гимназистки, которую наказывают строгий папаша. Гавриил Степанович чувствует пахнущие помадой жадные как у пиявки губы, которые тот час присосались к нему, ее горячий язык, в ответной ласке, проникший ему в рот. Твердый, быстро вращающийся он облизывает изнутри щеки, двигается вглубь.
     - Эвон чего выдумала... Будто не я ее, а она меня еть собирается,- думает про себя околоточный.
     - Ну-те-с, барышня, открой-ка ротик, да пососи, что тебе добрый папенька даст - бормочет Гавриил Степанович, задыхаясь. Цепкие пальцы девицы посильнее прижали плоть Гавриила Степановича.
     - Это ты верно решила, дочурка! Щупай, щупай! Что, хочется "его" в рот-то принять?..
     Ладонь шлюшки сжимает вовсю торчащий член, сильнее оглаживая его. В голове мужчины клубится рой мыслей, он никак не может выбрать, что бы такого-эдакого предложить, конечно она пососет у него, забавно французишки дело это греховное называют " минетом". Никуда девица не денется, для этого и приставлена, но настроение у него умиротворенное, домой еще не скоро. По сему он решает немножко пошалить. Гавриил Степанович чувствует шелковистую мягкость женской плоти, рука сползает вниз, расширяя податливо раскрывшуюся и уже мокрую насквозь щелку. Негнущимися толстыми пальцами больше сдавливает нежную плоть продажной девицы, освобождая наружу уже немного распухшую головку ее "похотника".
     - Сейчас доченька будет сосать сладкую штучку у папеньки: Ведь хочешь? Ты отвечай, не скрытничай!
     Он с удовольствием смотрит, как мамзель проворно достает из прорехи брюк уже вовсю торчащий член и, высунув язык острый, да горячий, принимается медленно, будто леденец, облизывать головку. Горячий и шершавый язык быстрее и быстрее скользит по обнаженной плоти Гавриила Степановича, прерывистое дыхание и сопение, перемежающееся чавканием, девицы сильнее раззадоривает полицейского .
     - Ты глаза -то не закрывай! Ты смотри, смотри на меня, да говори, чего- б еще хотелось! Не молчи! Вот так пр-а-а-вильно, Поленька ,- одобряет он, когда девица широко раскрыв рот вбирает его член на всю длину.
     Чтобы было удобнее, девица встала на колени перед ним, смотрит подняв голову вверх, удерживая за раздувшейся щекой член. Причмокивая, с удовольствием глубже засасывает его в рот, а получив в глотку пульсирующее мужское естество, удерживая его подальше от зубов, она превращается в глазах Гаврииила Степановича из беззащитного и кроткого существа в охваченную страстью фурию. С непередаваемым наслаждением хозяина над покорной и беззащитной рабыней, он не торопясь поднимается на гребень близкого наслаждения. Не прекращая сосать, девица берет в ладонь нежную кожу мошонки, перекатив там яички, но как только ей почудилось, что Гавриил Степанович от ласки ее опрожнится спермой, отпускает член из плена губ и рта, принимается лизать оголившийся живот полицейского, всем своим видом как бы говоря:
     - Чего еще, батюшка? Все что пожелаете. Может хотите, я вам все показывать театр буду. Будто вы доктор, а я лечиться от хвори к вам пришла - девица прекратила движения и сидя на полу предано, по собачьи, смотрит на "повелителя". Она уже досконально знает прихоти полицейского, уж очень он любит изображать из себя врача по женским болезням. Гавриил Степанович довольно щурится и кивает головой. Брюки суконные он поддернул вверх, немного прикрыв торчащее естество, готовясь принять участие в спектакле.
      Девица встает с колен, отходит немного вглубь комнатки. Положив руки на широко раздвинутые бедра, приподнимает подол сорочки нижней, чтобы он смог лучше рассмотреть, просунув руку под панталоны, и пальцами ловко двигает за тонким батистом.Всем видом как бы говоря о страдании, которое с ней приключилось между ножек. Похотливо глядя в глаза, капризным голоском маленькой девочки спрашивает.
     - Господин доктор, Гавриил Степанович, а что у вас там, в брюках? Мне так интересно поглядеть онемело от стояка-то? Вы снимите порткито, снимите скорей, дайте хоть одним глазком взглянуть, сильно я ндравлюсь али нет. Эге-ж! Эвон какой длинный, да толстый стал!Будто поросенок, я думаю, он во рту не поместится. Вот ежели бы им вы меня лечить взялись- мечтательно спрашивает она.
      Гавриил Степанович вновь одобрительно кивает, возбужденный член торчит толстым бревнышком. Одной рукой, кулаком, двинул по нему вверх-вниз пару раз, будто собираясь мастурбировать.
     - Чудо какое! Покажите еще разик, как это выходит ловко! Я хочу, чтобы вы "елдак" ишшо поддрачили, да так, чтоб я видела. Давайте скорее. Я сызмальства обожаю смотреть, как это делают, с самого детства.
     В ответ околоточный медленно двигает пальцами вверх и вниз по всей длине члена. В ответ, девица,облизнув пересохшие губы, пальчиками начала двигать будто в ответ с движениями руки полицейского.
     - Вам это шибко ндравится? Да?
     Он молча кивнул головой, продолжая начатые движения, чувствуя, как семя вскипает в яйцах, готовой в любой момент выплеснуться.
     Держа член зажатым в кулаке, но несколько ослабив натиск, чтобы не излиться преждевременно, он подвинулся ближе, чувствуя острый запах возбужденной бабьей плоти, услышал хлюпающий звук ее пальцев, которые дрочили блестящие от выступившей слизи пухлые губы влагалища. Она продолжала мастурбировать в нескольких вершках от его лица. Опустившись перед ней на колени, чтобы было получше видно, он бы мог кончить и, не прикасаясь к девкиной плоти..
      Все это время Полинка так и не вынимала руку из преддверия влагалищного, двигая мокрыми от выделений пальцами по надувшимися розовым губкам влагалища, иногда то, погружаясь полностью внутрь, то, щекоча вокруг уже оттвердевшего "похотника". Она дразнила, возбуждая Гавриила Степановича больше, как бы спрашивая, не хотел бы он потереть возбужденной головкой "залупы" меж набухшими и влажными губками ее.
     Девица поднесла ко рту мокрые пальцы и, облизнув с них влагу собственную, это был как бы приглашающий жест. Гавриил Степанович продолжал удерживать и поглаживать торчащий член, сюжет требовал продолжения. Строгим тоном он спросил:
     - Ну, что там у тебя там рассматреть надобно? - Полина, поднявшись на маленькую скамеечку, повернулась к нему спиной и руками раздвинула расширяющийся просвет худеньких бедер своих.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также: